Элисса мерила шагами кабинет и старалась дышать спокойно. Когда вошёл Алистер и прикрыл за собой дверь, она не повернула к нему головы.
— Слушай, давай поговорим, — начал Страж, Элисса не остановилась, а только скрестила руки на груди. — Я понимаю, ты злишься, но пойми и меня. Вся эта история с королевской кровью… она никогда не приносила мне ничего хорошего, и я рассказывал это только тем, кого хорошо знаю.
Элисса остановилась и взглянула на него.
— А меня ты знаешь плохо? — спросила она. — Ты мне не доверял.
Её голос успокоился, а голова немного остыла, но Элисса чувствовала невероятную обиду, и она причиняла ей боль.
— Нет, это не так! Нельзя сказать, что я тебе не доверял! — Алистер шумно вздохнул. — Послушай меня, пожалуйста, — Элисса слушала. — Я… я всегда ненавидел тот факт, что во мне течёт королевская кровь. Мне всё время казалось, что она руководит моей жизнью, не спрашивая, чего хочу я сам. Когда люди узнавали, то начинали относиться ко мне как принцу-бастарду, а не как к Алистеру. Поэтому часть моей души не хотела, чтобы ты знала. Даже из Серых Стражей об этом знал только Дункан.
— То есть ты боялся, что я стану относиться к тебе по-другому? — почти шёпотом спросила Элисса, и обида в её взгляде только усилилась. — Ты совсем мне не доверял? Никогда?
— Нет, то есть…
— Алистер, — Элисса подошла к нему вплотную и посмотрела в глаза тем твёрдым взглядом, каким иных людей могла поставить на колени. — Я дочь тэйрна, — объявила она. — Мне ли не знать, какое бремя порой несёт за собой титул? Но для тебя это что-нибудь значило, когда я была вся растрёпанная, в ожогах, а ты говорил, что любишь меня? И ты боялся, что я поступлю по-другому?
Алистер начинал понимать, что именно её так разозлило.
— Я… да. Боялся. И сейчас боюсь, — честно признался он.
— Ты мне не доверял, — продолжала повторять Элисса и мотать головой. — Алистер, мне было бы всё равно, чей ты сын, но ты не сказал мне. Не доверился… Ты… ты говорил, что любишь меня, но разве можно любить без доверия? Когда всё так обернулось, о каком нашем будущем можно говорить? — в её глазах отразилась такая боль, что Алистер разом растерял все слова. — Сейчас я смотрю на тебя и словно никогда тебя по-настоящему не знала!
Элисса отвернулась, изо всех сил глотая подступившие слёзы. Алистер стоял и остолбенело смотрел на это, не зная, что сказать, и потому сморозил первую пришедшую в голову глупость:
— Н-да. Пожалуй, всё-таки это было не очень хорошей идеей, да? — легкомысленно пожал он плечами и неловко улыбнулся.
Элисса скрипнула зубами и с разворота замахнулась кулаком.
В зале по-прежнему стояла тишина. Никто не произнёс с тех пор ни слова, и только эльфийка-служанка заглянула к ним, чтобы унести пустую тарелку эрла и закуски, к которым не притронулся никто, кроме Морриган. Когда дверь в зал снова скрипнула, все повернули головы. Алистер тихо вошёл, прикрывая разбитый нос, и поднял голову.
— Разговор, похоже, не закончился мирно, — не скрывая удовлетворения, усмехнулась Морриган.
Алистер её проигнорировал и глянул на чародейку.
— Винн…
— Даже не смотри не меня, — с притворной строгостью отозвалась она. — Ты заслужил.
— Пожалуй, — согласился понуро Страж и еле слышно добавил, — но ты хоть представляешь, какой у неё удар…
— Что ж, — громко объявил Эамон. — Полагаю, нам всем следует отдохнуть. Я прикажу слугам, проводить вас в комнаты. Позже мы продолжим обсуждение.
Он поднялся с кресла, опираясь на трость. Изольда, которая всё это время тихо стояла в уголке, поспешила ему помочь, хотя эрл уже чувствовал себя куда лучше.
Служанка Валена нашла Элиссу снаружи, где Кусланд просто стояла и смотрела, как рассветает горизонт, но едва ли что-то видела. Мысли словно витали в другом месте. Валена вежливо предложила «показать миледи комнату», и Элисса кивнула без единого слова. Оказавшись одна, Кусланд просто сняла броню и обувь, легла на не расправленную кровать и заснула крепким сном, далёким от всех печалей.
Она проспала до самого вечера, и никто так и не смог её разбудить. Алистер начинал волноваться, но Винн заверила, что с ранами Элиссы всё в порядке, и долгий сон — просто следствие сильной усталости — физической и моральной, на что Морриган не упустила шанса поязвить:
— Поздравляю, Алистер. Ты её добил.
Он так приуныл, что даже не огрызнулся в ответ. Подошедшие в замок утром Зевран и Стэн теперь обсуждали с остальными последние новости и косились на Алистера. Страж вздыхал и уже сам хотел упасть и заснуть крепким сном, чтобы ничего этого не видеть. Он даже пытался, но мысли роились в голове, и сон не шёл.
В замке в честь выздоровления эрла готовили роскошный ужин. Сам эрл пока не мог отведать яства из-за длительного голодания, но в замке теперь было много гостей, и Эамон объявил, что этот ужин устроен и в их честь тоже.
Когда Элисса проснулась, она с удивлением обнаружила, что уже вечер. Две служанки, караулившие её пробуждение, подогрели ей воды в ванне с розовыми лепестками и любезно пригласили Элиссу искупаться. Кусланд в замешательстве согласилась, но попросила расстаравшуюся прислугу удалиться. Впрочем, они вернулись скоро и принесли для одевания красивое синее с золотым шитьём платье и предложили уложить Элиссе волосы. Та совсем растерялась и спросила:
— Зачем это?
— Леди Изольда так распорядилась в честь ужина для эрла.
Элисса покорно подчинилась, хотя в Хайевере её так облагораживали только по особо весомым случаям. В другие же дни она прекрасно справлялась без помощи слуг.
Ужин уже был готов, все её товарищи расположились за большим длинным столом вместе с эрлом и его семьёй, и Элисса была последней, кого ждали. Она приоткрыла дверь в столовую и неловко извинилась за опоздание. У всех из отряда округлились глаза, Теган тоже был удивлён, а Изольда победно улыбнулась. И тут Элисса поняла, что эрлесса слукавила. На всех, кроме самой Изольды и Коннора, была более чем обычная будничная одежда, но Кусланд промолчала.
— Элисса. Проходи. Надеюсь, ты хорошо отдохнула, — эрл указал на пустое кресло рядом с Изольдой.
— Да, благодарю вас, — склонила голову Элисса и направилась к месту. Теган резко вскочил и поспешил пододвинуть даме кресло. Алистер молча это проглотил.
Во главе стола сидел эрл. По левую и правую сторону от него расположились Изольда и Коннор, затем Элисса и Теган, Винн и Алистер, Лелиана и Зевран, Стэн и Морриган. Мабари уже грыз под столом ароматную говяжью косточку. Ужин прошёл за будничными разговорами, хотя разговаривал в основном Коннор, который был невероятно счастлив выздоровлению отца. Эамон тоже радовался каждому мгновению, проведённому с женой и сыном, и на какой-то миг забыл обо всём остальном. Впрочем, едва ужин закончился, он попросил Коннора поиграть в комнате, и снова поднял вопрос о нынешней ситуации в стране.
— Я вижу только один путь: я созову в Денериме Собрание земель, на котором соберётся вся знать Ферелдена. Тогда Ферелден, так или иначе, сам решит, кто будет править. После этого мы займёмся подлинным нашим врагом. Что вы на это скажете? — Эамон посмотрел на Элиссу с Алистером.
— А других вариантов нет? То есть… кто я такой, чтобы править? Я всегда думал, что вы на эту роль подходите куда больше. Вы дядя Кайлана, и народ вас уважает.
— Мои права на трон подкрепляются только родством с особой, вышедшей замуж за короля, то есть они ничем не лучше притязаний Логэйна, — пояснил эрл. — А вот ты, Алистер, именно особа королевской крови.
— Оу, ясно, — сник Страж.
Думая обо всём этом и о Элиссе, он так и не смог заснуть, и бессонница теперь ярко красовалась на его лице в виде мешков под глазами. Хотя его нос был в полном порядке. Видимо, Винн всё-таки сжалилась. Алистер чувствовал себя не в своей тарелке, роль, которую ему теперь пророчили, пугала куда больше, чем сражение с Логэйном.
— Алистер, на тебе большая ответственность, — снова объяснил Эамон. — Если бы не ты, мне бы пришлось ради блага Ферелдена поддержать Логэйна. Скажи, ты этого хочешь?