Элисса шумно выдохнула от представшей картины. Трупы мужчин и женщин в робах и доспехах усеяли весь коридор. Кровь впиталась в тёмный ковёр, обломки камней осыпались с высокого узорчатого потолка и стен, и казалось, что в тенях рядом с ними витает что-то зловещее.
— Здесь явно враг наш побывал и бродит где-то тут. Всё ещё ты хочешь идти? Нужна тебе эта Башня? — задала риторический вопрос Морриган, но Элисса ответила.
— Нам не нужна вся башня, мы поищем выживших. Они наверняка близко, ведь тут единственный выход.
— Который храмовники запечатали, — констатировала колдунья, — и результат ты видишь.
Морриган оказалась права, так много тел было лишь в коридоре у выхода. Маги и храмовники пытались выбраться, но дверь оказалась закрыта, и демоны нашли их… или же они сами в своей вражде друг друга перебили. Элисса прошла мимо молодой волшебницы в робе ученицы, которая перед смертью тянулась к запертым воротам, а под ней растеклось и давно засохло пятно крови. Меч или потустороннее существо нанесло ей рану, Кусланд знать не хотела.
Тишина пугала. Провожатого, знающего башню, рыцарь-командор давать отказался, сославшись на нехватку людей. Элисса бы решила, что он просто не желал отпускать подчинённого на смерть, но было в его пожелании удачи что-то от надежды. Отряд продвигался очень медленно и осторожно. Кусланд велела вступать в битву с врагом, только если он их заметит. Она боялась того, что может сотворить «орда одержимых», когда они с одним-то в Редклифе ещё совладать не сумели, но было тихо, ни одной живой души.
Они заглянули в большую комнату, которую сплошь заполняли выставленные тесными рядами двухъярусные кровати. В разных концах зала располагалось по камину с давно потухшей золой, кое-где стояли шкафы и туалетные столики с потрескавшимися или забрызганными зеркалами. Под самыми потолками были узкие окна, и тусклый свет едва разгонял мрак этой спальни, где двое молодых магов-учеников заснули навсегда.
Пока отряд продвигался вперёд по округлому широкому коридору, им встретилось ещё несколько тел магов и храмовников, но ни одного одержимого или демона. Всё было странно спокойно, пока из дальней двери не послышался грохот и крики. Элисса быстро переглянулась со спутниками и рывком влетела в комнату.
Огненное пятно скользило по полу, группка детей и чародеев разбегались от него в стороны, посылая слабые заклинания. Пятно, точно живое, ловко от них увернулось, и вот из него уже вытянулись тонкие когтистые лапы и вцепились в каменные плиты, показалась пылающая, словно капля лавы, голова с маленькими глазками. Едва огненное чудовище приготовилось к рывку, как его объял снег и сковал мороз. Пожилая чародейка в красной мантии раскрутила посох и раскинула руки. Сотни острых льдинок впились в демона, и тот, издав предсмертный рык, утонул в том пятне, из которого вылез, и исчез.
Чародейка обернулась к дверям и заметила незнакомцев.
— Ты? Нет, не подходи, — почти приказала она. — Серый Страж ты или нет, но я убью тебя на месте.
Элисса замерла и внимательно присмотрелась к чародейке. Седые волосы, стянутые сзади, тонкие губы, острый подбородок и чистые почти юношеские глаза.
— Винн? — спросила Элисса. — Вы ведь Винн? Мы разговаривали с вами в Остагаре.
Чародейка усмехнулась.
— Рада, что ты меня помнишь, однако ближе к делу. Что вы здесь делаете? Почему храмовники вас пропустили?
— Мы ищем выживших магов и храмовников. Но почему вы сидите здесь, а не стучитесь в ворота? — Элисса оглядела прижавшихся от испуга к стене детей и оберегающих их других чародеев. — Рыцарь-командор думает, что никого уже не осталось.
— Ты думаешь, мы не стучались? — Винн убрала посох за спину, за ней Элисса заметила мерцающую стену из энергии. — Скорее всего, храмовники по ту сторону нас даже не услышали, а может, и не захотели услышать. Они думали, что здесь никого, кроме демонов и духов, и бросили нас на произвол судьбы, но даже запертые в ловушке мы выжили.
— Мы… — Элисса мельком посмотрела на остальных спутников, но они не выразили желания вступить в разговор и лишь выжидательно смотрели на неё, по какому-то негласному правилу все переговоры всегда ложились на Элиссу. — Мы пришли, чтобы попросить помощи у магов, но тут такое… что произошло?
— Скажем так, нечто вроде мятежа во главе с магом по имени Ульдред. Вернувшись после битвы при Остагаре, он попытался захватить власть над Кругом. Как видишь, не всё у него пошло гладко, и я не допущу, чтобы Круг погиб из-за гордыни и глупости одного человека.
— Что вы хотите сделать?
— Это ты мне скажи. Ты разговаривала с храмовниками. Чего они ждут?
Элисса с сомнением посмотрела на детей, которые со страхом и любопытством глядели на незнакомых гостей. Одним было лет по десять-одиннадцать, другим и того меньше, стоит ли говорить при них и пугать?
— Неужели Грегор послал за Правом Уничтожения? — заметила Винн, но дети никак не отреагировали, только с немым вопросом уставились на чародейку.
Элисса кивнула.
— Вот значит как, — спокойно констатировала Винн и обхватила себя руками. — Грегор считает, что Круг обречён. Выживем мы или погибнем, но если он объявит Право, мы не выстоим. Ты сказала, что пришла просить у магов помощи. Какой именно?
— При мне договор, который обязывает Круг магов помогать Серым Стражам во время Мора. Однако прежде я прошу нескольких магов взять запасы лириума и отправиться с нами в Редклиф. Вот только…
Элисса ещё раз оглядела мрачную обстановку. Занавески валялись на полу вместе с гардиной, статуя Андрасте с чашей разбита на кусочки, а на стенах виднелись следы срикошетивших заклинаний.
Винн удовлетворённо кивнула, подумала секунду и указала на мерцающую стену.
— Я возвела барьер перед дверью, чтобы никто с той стороны не смог напасть на детей. Я не знаю, кто ещё там остался и живы ли они, но если Грегор кого и послушает, так это Ирвинга — Первого Чародея. Помоги мне найти его и спасти Круг, тогда я обещаю, что исполню твою просьбу и поеду с тобой и магами в Редклиф. Что касается Мора… не в моей власти тебе что-либо обещать.
— А дети не окажутся в опасности, если вы снимете барьер? — осторожно спросила Элисса.
— За ними присмотрят Петра и Киннон, — два чародея в фиолетовых мантиях кивнули. — Если мы будем убивать всех демонов и одержимых, которых встретим, дети будут в безопасности.
Элисса задумалась. Она не хотела новых встреч с одержимыми, а потому надеялась поискать уцелевших по ближайшим этажам, избегая прямых столкновений, насколько это возможно.
— Хватит ли у нас сил против стольких демонов и одержимых? Я знаю, что они способны подчинять чужой разум и что тогда? От этого можно защититься? — озвучила она свои сомнения.
— Только самые могущественные демоны могут привносить в этот мир магию, которой не владеет их сосуд, — пояснила Винн. — Это редкость, надеюсь, мы их не встретим. Большинство разгуливающих здесь духов похожи на того, что я одолела недавно, но и они опасны. Нам следует быть осторожными.
Элисса кивнула и сделала шаг вперёд, пока не услышала позади полный раздражения голос Морриган:
— Я правильно тебя поняла? Ты хочешь, чтобы мы помогали этой занудной классной даме? Хочешь спасти эти жалкие пародии на магов?
— Морриган, что не так?
Колдунья упёрла руки в бока и начала прохаживаться по комнате, вскинув подбородок.
— Они позволяют запирать себя в загоне, как безмозглый скот. Теперь их хозяева решили предать их смерти, и я скажу только одно: так им надо.
Присутствующие чародеи одарили Морриган осуждающими взглядами, но ей не было дела. Уверенная в своей правоте колдунья расхаживала по комнате, не удостаивая прочих магов никаким вниманием, будто они были для неё пустым местом.
— Все хорошие люди заслуживают уважения и помощи. И ты тоже, — серьёзно сказала Элисса.
Морриган рассмеялась.
— Считаешь меня хорошей? Известно ли тебе, что я и Флемет творили, когда храмовники на след наш нападали?
— Не думаю, что хочу знать об этом сейчас, — терпеливо прикрыла глаза Элисса. — Однако, если бы в этой башне была ты и оказалась в опасности, я бы тебя не бросила.