Морриган сморгнула и уставилась в потолок:
— Флемет часто говорила, что мир таков, потому что не может быть иным. И люди тоже. Я всегда с ней спорила.
Элисса промолчала. Одно она поняла о колдунье точно: несвобода для Морриган хуже смерти.
— Мы готовы идти, — кивнула Кусланд Винн. — Убирайте барьер.
Комментарий к Глава 20. Разорванный Круг
*Паршаара! – (кун.) Хватит!
https://pp.userapi.com/c853624/v853624350/1de3e/_Kzb_Zc1kH8.jpg - символ Круга магов (разбитый)
Приглашаю пообщаться в свою группу, как всегда: https://vk.com/akili_books
========== Глава 21. Во тьме коридоров ==========
Каллен Резерфорд крался по коридору с мечом наготове. Несмотря на то, что он старался производить как можно меньше шума, тяжёлый храмовничий доспех позвякивал в тишине и больше раздражал, чем создавал ощущение защиты. У Каллена промелькнула мысль его снять и стать невидимым как мышь в темноте, но он тут же отбросил идею. Доспех показывал его принадлежность к ордену, Каллен будет сражаться и, если выхода и впрямь нет, умрёт как храмовник.
Подумать только, что такое случилось. Неужели маг способен сотворить подобное? А Каллен им ещё сочувствовал! Теперь он крался по коридору, готовый убить любого чародея, который окажется на его пути и попытается сотворить хоть одно заклинание.
Латная перчатка всё крепче сжимала рукоять так, что начинали болеть ладони. Нервы находились в чудовищном напряжении, но храмовник не смел упускать сосредоточенность.
Сзади раздался грохот. Каллен вздрогнул от неожиданности и резко развернулся, выставив меч.
— Э-хе. Прости, — почесал затылок другой храмовник.
— Дыхание Создателя! Бевал! Разве можно так пугать? — шёпотом воскликнул Каллен и опустил оружие.
Послышались близкие шаги, и оба молодых храмовника напряглись. Они не двинулись с места, даже когда уловили скрежещущий звук таких же, как у них, доспехов, и расслабились, только когда из-за угла вышли их друзья.
— Это вы так расшумелись? — упёрла руки в бока Эннлайс.
— Я споткнулся о жестяной тазик, — виновато пожал плечами Бевал и попинал ногой упомянутый предмет. — Откуда он вообще тут взялся посреди коридора?
— Иди и скажи усмирённым, чтоб прибрались и пыль протёрли, — проворчал Фэррис.
Он и Эннлайс больше пяти лет служили в Круге и имели звания рыцаря-капрала и рыцаря-лейтенанта соответственно. Каллен и Бевал едва пробыли здесь год, когда внезапно всю башню наводнили демоны, а маги на глазах превращались в одержимых. Каллен тогда нёс караул на третьем этаже и гадал, чем закончилось собрание магов, которые они по какому-то невероятно важному поводу устроили.
Что важного могло у них случиться тут? — подумал тогда молодой храмовник. Привычный уклад Круга не менялся десятилетиями. Маги здесь жили, учились и умирали от старости. Некоторые сбегали, и храмовники пускались в погоню, чтобы их вернуть или, если маг обратился к запретной магии, убить. Конечно, некоторые не переживали Истязания, и это всегда было грустно — видеть, как обрывают жизнь молодого мага, потому что тот не смог противостоять демону. Чародеи всегда ненавидели храмовников и Церковь за этот экзамен. Но если маг не мог справиться с демоном там, в Тени, то и здесь представлял бы опасность для окружающих. Разве нет? Уж лучше быть усмирённым, чем одержимым. Каллен никогда не видел одержимых. Говорят, это форменное уродство.
Когда всё началось, в коридорах почти никого не было. Большинство магов и храмовников собралось на последних этажах. Услышав крики, Каллен бросился наверх. По стенам грохотало; кажется, запахло дымом. Другие храмовники и маги, которые не участвовали в собрании, высунулись из своих комнат. Внезапно дверь на следующую лестницу кто-то вышиб, из проёма побежали люди и что-то кричали. Каллен увидел рыцаря-капитана Калдера, на мече которого алела кровь. Он призывал запереть все двери наверх, а магов в их комнатах.
Что они натворили?
— Резерфорд! — окликнул его рыцарь-капитан. — Найди других храмовников и живо вниз! Я поищу командора.
Больше Каллен его не видел. Хаос распространялся этаж за этажом куда быстрее, чем молодой храмовник мог уследить. Он не сразу понял, когда коридоры наполнились странными существами. Они атаковали и магов, и храмовников. И те, и другие пытались защититься, но нападение было неожиданным, и они проигрывали. Каллен сам едва успел укрыться щитом, когда какой-то демон дыхнул на него огнём, точно дракон. Его спасла Эннлайс. Они вместе отыскали Бевала и Фэрриса.
Фэррис был на собрании и рассказал, что маг по имени Ульдред обезумел и впустил в мир целую свору демонов и призраков, которые тут же принялись всех атаковать и вселяться в самых слабых из магов. Первый Чародей велел увести всех из зала собраний, а сам вместе с несколькими магами остался там прикрывать отход.
— А тот безумец Ульдред просто смотрел на это и хохотал. Кажется, в него самого вселилось нечто, — сетовал тогда Фэррис. — Мы вообще не должны были допустить этого собрания.
Несколько одержимых и призраков тогда напали на них, и четверо храмовников забаррикадировалась в небольшой келье. Когда они собрались с силами и с именем Создателя на устах предприняли попытку и прорвали осаду, в коридорах уже никого не осталось, и только жуткие до дрожи крики отдавались по стенам дальним эхом. Свет погас, и без того полумрачная башня погрузилась в темноту. Только тусклое дневное свечение слабо лилось через витражи под потолком. Храмовники хотели спуститься вниз и найти рыцаря-командора и капитана, когда поняли, что все двери заперты. Их оставили в темноте наедине с одержимыми и духами.
— Грегор не мог допустить, чтобы эта зараза выбралась из башни, — кивнула Эннлайс и посмотрела на товарищей. — У нас два пути: спрятаться и ждать помощи, которой, скорее всего, не будет, и демоны найдут нас раньше, или пробиться наверх и убить этого ублюдка Ульдреда, который посмел такое сотворить.
— Ульдред не был один. На его сторону встали другие маги, — заметил Фэррис. — Будет нелегко.
— Даже Первый Чародей? — удивился Бевал, но Фэррис покачал головой.
— Я сам видел, как Ирвинг метнул в голову Ульдреда заклинание. Правда тот увернулся.
— Кто знает, что Ульдред сделал с остальными магами и храмовниками, которые не успели уйти, — стиснула зубы Эннлайс.
— Если объединимся с ними, то сможем прорваться, — сказал Каллен.
Так они и крались по коридорам. Некоторые группы одержимых и восставших призраков они не трогали, чтобы не тратить время, и запечатывали проходы всем, чем могли, хотя бы пока. Им было не по себе оставлять за спиной врагов, но храмовники решили: их задача — Ульдред. Дороги назад не было, только вперёд.
Когда они добрались до предпоследнего этажа, то все были измотаны и не только физически. По пути они находили тела своих товарищей. Один из них внезапно поднялся и напал на них — демоны могли вселяться не только в магов. Эннлайс отрубила ему голову.
Ещё немного.
— Ульдред, должно быть, в комнате Истязаний.
— Ты слышишь эти крики? Мне не по себе. Там как будто кого-то живьём режут, — поёжился Бевал.
— Кроме нас, больше некому его победить, — севшим голосом сказал Каллен.
Он столько раз за сегодня применял способности храмовника, что истощил весь запас лириума, и теперь от усталости даже щит и меч держал с трудом. Каллен был измотан, как и все, но едва они сделали шаг в сторону последней лестницы, как его тело сковала мощная сила. Каллен отчаянно боролся с ней всей оставшейся волей. Он успел увидеть, как руки и шея Бевала выворачиваются под неестественными углами, из носа течёт кровь, а глаза остекленели. Он слышал душераздирающий крик Эннлайс, видел, как она схватилась за голову и вопила это прекратить. Видел, как Фэррис попытался рассеять чудовищную магию, но у него не вышло, кровь из его собственных ран начала вскипать и пузыриться, а потом он рухнул на пол, как подкошенный, и после страшных судорог затих. Больше Каллен не видел ничего. В его разум будто вторглось нечто чужеродное и вызвало в голове жуткий взрыв, бороться с которым Каллен был уже не в силах.