— И это столица?
Грунтовые протоптанные дорожки, над которыми летом то и дело нависали пылевые тучи от шагов прохожих, сейчас были утрамбованы грязным снегом. Плотно построенные друг к другу деревянные дома и местами покосившиеся крыши нависали над узкими тропинками, где порой невозможно было протиснуться втроём. Ни следа величия, но явный запах трущоб и сточных канав.
— Денерим — контрастный город, — мягко пояснила кунари Винн. — Сейчас мы явно в бедном квартале. Строительство началось вон с того форта, — чародейка указала на врезанную прямо в скалу башню в западной части города. — Постепенно от этой башни город разросся, а новые кварталы достраивались приезжающими переселенцами и беженцами.
— Это везде так?
На родине кунари такого варварства нет.
— Говорят, в местном эльфинаже ещё хуже…
Стэн наступил в собачьи нечистоты и выругался, проклиная Ферелден и всех хвостатых.
— В Дворцовом квартале районы богаче. Это ближе к башне, — тихо объяснила Элисса. — Там мощёные дороги, деревьев больше, скверы ухожены, и стоит красивая часовня.
— Откуда ты знаешь? — проворчал кунари, обтирая грязный сапог о кучку снега.
Элисса ненадолго замолчала.
— …У моей семьи было там поместье.
Они решили остановиться в одной из портовых таверн и подумать над дальнейшими планами. В этой части Денерима нечасто можно встретить солдат, а значит, вероятность быть узнанными невелика. Лелиана указала на «Речной косяк», где, по её словам, работает очень надёжная девушка Флисса — лучший источник местных новостей.
— Популярное местечко, — заметил Алистер, когда ему пришлось протискиваться сквозь шумную толпу с пятью кружками эля и сидра в руках, — и рыбой сильно тянет.
— По мне, лучше рыбой, чем мокрой псиной, — проворчал Стэн, и Чейз громко гавкнул.
— Так ведь порт рядом, — отозвалась Флисса и брякнула на стол тарелки со снедью и поставила одну на пол — для пса. — Крупнейший в Ферелдене, между прочим. Только за счёт моряков и процветаем.
— Флисса, что интересного слышно? — спросила Лелиана.
— Да что там интересного? — отмахнулась служанка. — Все только и твердят, как в Баннорне страсти не утихают. Говорят, при Винтер Брис было крупное сражение. Несколько баннов собрали тысячу солдат против тэйрна Логэйна, и всё равно проиграли. Почти все полегли и с той, и с другой стороны.
— Похоже, все решили, что Мор — самое подходящее время, чтобы поубивать друг друга. Просто удивительно, — невесело усмехнулась Морриган.
— Про Мор тут тоже говорят. В основном то, что от беженцев слыхали, — пожала пухленькими плечиками Флисса и убрала выбившуюся каштановую прядь под косынку.
— Например?
— На дорогах по всей стране находят повозки с добром, а вокруг ни души. В глухих местах дома фермеров опустели, лошади бродят без наездников, будто люди просто исчезли. Говорят, их порождения тьмы забрали под землю и сожрали там.
Элисса передёрнула плечами. Воистину так беззаботно говорить об этом могут лишь те, кто никогда не видел порождений тьмы и ужаса, что они за собой несут. Она хотела попить, но поняла, что опоздала, и ей не досталось кружки.
— Ой, прости. Я мало принёс. В руки не влезло, — спохватился Алистер. — Сейчас.
— Оставь. Я сама, — равнодушно отмахнулась Элисса и поднялась из-за стола.
— Обратитесь к Эрвину. Он добрый, не обидит, — подмигнула вдогонку Флисса.
Кусланд протиснулась к стойке сквозь толпу пьяных и плохо пахнущих матросов. Они уже начали голосить кабацкие песни и в полутёмном помещении не обратили на девушку внимания. Пухлощёкий с добродушным лицом хозяин таверны облокотился на засаленную стойку и с интересом слушал рассказы постояльцев, что заливали глаза до покраснения.
— …и тут тэйрн Логэйн срубил голову банну Грэйну! Мол, вот что бывает с предателями короны!
— Под Винтер Брис?
— А, слыхали?
— Я слышал, что жена банна за это сожгла все свои поля и амбары, только чтобы урожай не достался солдатам Логэйна.
— Это она погорячилась.
— Разве? Мы ведь ещё живём по законам Ферелдена. Фригольдеры ничего никому не должны. Тем более тем, кому не присягали. Они вольны делать со своим урожаем, что хотят. Верно я говорю, Эрвин? — обернулся к тавернщику наименее пьяный постоялец, тот благодушно кивнул. — Вот, верно говорю. Налей-ка мне ещё.
Винтер Брис… плодородный был край…
— Что вам налить, молодая леди? — почтительно обратился к Элиссе тавернщик, когда та присела перед ним на освободившийся высокий стул.
— …Можно мне вина или сидра? — спросила она тихо, опустив голову. Заказывать что-либо в тавернах самой ей ещё не приходилось.
— Конечно. Того же самого, что унёс ваш друг? Я не был уверен, что такое придётся по вкусу таким господам и уж тем более леди.
Элисса напряглась.
— Вы… говорите так, словно меня знаете, — попыталась улыбнуться Кусланд.
— Нет, что вы. У меня хорошая память на лица, и вас я вижу впервые, — беспечно махнул рукой тавернщик. — Просто вы носите такой примечательный герб на мече, вот мне и подумалось, что где-то я его уже видел. Может, на одном из поместий в верхних кварталах? Я там иногда прогуливаюсь.
Элисса резким движением запахнула плащ.
— Думаю, вы ошиблись. Мне не доводилась там бывать, — сдержанно отозвалась она.
— Ну, если уж вы так говорите, то ладно, — улыбнулся тавернщик Эрвин и поставил перед Элиссой кружку ароматного вина. — За счёт заведения, — Элисса удивлённо посмотрела на него. — За мою ошибку.
Кусланд поспешила опустить голову и мысленно отругала себя за меч. Жизнь бок о бок с опасностью требовала от неё быть осторожной.
Тем временем компания пьяных матросов неподалёку громко захохотала. Потом один из них завёл песню про мабари Андрасте, которую тут же подхватили остальные, размахивая уже почти пустыми кружками.
Элисса мельком глянула на своих спутников в дальнем углу таверны. Алистер что-то увлечённо рассказывал. Флисса и Лелиана хихикали, Винн снисходительно улыбалась, Стэн, кажется, был себе на уме, а Морриган демонстративно игнорировала веселье. Чейз заметил долгое отсутствие хозяйки и побежал к ней, попутно чуть не сбив с ног другую служанку с подносом. Матросы, что пели песню про мабари захохотали ещё громче. Чейз с толстой костью в зубах кротко заглянул Элиссе в глаза.
— Нет уж, ешь сам, — улыбнулась она и ласково потрепала мабари меж ушей.
— О, какой хороший пёс. Сразу видно — породистый. Обычно сюда заходят с тощими дворнягами, — заметил тавернщик, и Чейз гордо гавкнул.
— Где здесь можно денег заработать? — Элисса поспешила сменить тему.
— Полагаю, вас интересует честный заработок? Многие места уже заняты беженцами с южных земель, так что с простой работой тут нынче туго. Хотя ваша вооружённая компания может поспрашивать в Торговом квартале. Я слышал, тамошний сержант за голову хватается: каких бестолковых парней к нему в стражу направляют. Наверняка, у него найдётся работа для умелых воинов. Я слышал, он не смотрит на то, кто они, лишь бы работу сделали, и платит золотом.
— Вы многое знаете, — с ноткой восхищения отозвалась Элисса. — Это тоже часть вашей работы?
— Моя работа — наливать тем, кто попросит, а уж слухи и сплетни сами ко мне приходят.
Элисса многозначительно кивнула и сделала глоток вина. На её удивление оно оказалось невероятно добротным, со сладким привкусом ягод. Тавернщик Эрвин удовлетворённо улыбнулся, по ходу рассчитываясь с одной из посетительниц.
— Например, слышал я один любопытный слух, — невзначай начал он, — будто новую армию против порождений тьмы собирает не тэйрн Логэйн, не банны, а какой-то Серый Страж.
Элисса чуть не подавилась вином.
— Что за слух такой? — тяжело сглатывая, спросила она. Эрвин как будто не заметил её замешательства.
— Заходили ко мне выпивать два храмовника, которых сначала отправили подкреплением в башню магов, а потом отослали обратно. Мол, Серые Стражи вмешались, и дела в Круге наладились. Вы, наверно, об этом не слышали? Гм… впрочем, откуда бы? — тавернщик поднял глаза к потолку и почесал щетинистый подбородок. — Эрл Хоу говорит, что эта их армия только добавит беспорядка. Да только никто его не слушает.