— Мне всё равно.
— Но приказ Рендона Хоу… — начал усатый командир солдат и снова обернулся на Элиссу. — Предатели… Говорят, их видели неподалёку…
— Здесь нет предателей, — коротко изрёк эрл, развернулся и ушёл к своему столу.
Люди Хоу что-то проворчали и в сомнениях тоже вернулись на свои места.
— Вы шестеро, — грубо ткнул в подчинённых пальцем усатый командир в красных доспехах. После беседы с эрлом он был не в духе. — Идите и прочешите окрестности ещё раз. Если надо, дойдите до соседней деревни. Если не тут, то наверняка там. Без новостей не возвращайтесь.
Солдаты откровенно заныли, но их командира это не трогало. Они вяло надели перчатки и шлемы, накинули на плечи ещё сырые плащи и уныло поплелись прочь. Командир залпом опрокинул содержимое кружки в рот, подёрнул усами и заорал в никуда, где его суп.
— А ты! — обернулся он на Элиссу. — Коль менестрель, так играй. Чего замолчала? — и отвернулся снова.
— Сестра, ты устала. Позволь, я подменю тебя, — ласково сказала Лелиана, села на место Элиссы у стойки, провела рукой по струнам и запела ещё более прекрасным голосом, разом очаровав всех в таверне.
Элисса тяжело опустилась на стул возле своих товарищей спиной к входу и солдатам. Алистер положил её меч ей на колени.
— Ни слова, — предупредила она устало, закинула в пустую кружку два золотых и отправила Чейза передать её тавернщику.
Пока Лелиана пела, все в таверне на время расслабились, хоть и не решались беседовать громче шёпота. В брошенный на полу пустой мешок из-под лютни иногда летели монетки. Даже солдаты не пытались больше наводить шум, а просто пили, грелись за своими столами и разговаривали.
— Лихо ты их обратно в холод отправил, — усмехнулся один из них.
— Вряд ли они что-то найдут. Мы уже больше недели шастаем по округе туда-сюда и ничего. Только обморожение заработаем, а не денег. Нет их здесь давно. А кому что привиделось, пусть сами и ищут, — заметил второй, глядя на командира.
— А трупы наших людей по всему эрлингу кто оставил? — не унимался тот.
— Да мало ли кто? — пожал плечами первый. — Может, порождения тьмы эти.
— Тэйрну Хоу вы то же скажете? — командир стукнул кружкой по столу и с досадой добавил: — Кабы знал я ещё, как эта девчонка выглядит!
— Так ты что? Не знаешь? — удивились солдаты. — Ты разве не участвовал в резне в Хайевере?
Элисса вздрогнула.
— Да к тому времени девчонки и след простыл. Вроде, только её мамаша ещё живой оставалась.
Ладонь сжалась в кулак и дрожала. Алистер осторожно положил руку на запястье Элиссы, но та отдёрнула свою.
— Вы бы видели: весь замок был в крови! Даже тощих детей и эльфёнышей перерезали. Всех перебили. Попробуй после этого проведи ночку-другую среди трупов и крови. А Хоу хоть бы что.
— Дыхание Создателя! А город? Деревни? Я был там после этого. Кабы человека можно было убить одной ненавистью, мы бы все уже были в могиле. В жизни так не радовался, что откуда-то уезжаю!
Спина Элиссы выгнулась как лук, плечи напряглись. Ненависть закипала, норовя выплеснуться наружу кровавым неистовством. Рука до боли сжала меч.
Командир в красных доспехах допил последнюю порцию эля, грохнул кружкой по столу и поднялся.
— Пошли. Нужно прочесать окрестности.
— Чего? — запротестовали солдаты.
— Того! — огрызнулся он. — Проглядим — Хоу нас всех четвертует. Брр, что за погода!
Солдаты пробурчали что-то невнятное и принялись собираться. Командир бросил на стол пару медяков — куда меньше, чем стоило то, что они выпили и съели. Тавернщик на это промолчал, так как уже получил оплату аж в три золотых, и мысленно пожелал этим четверым «разбойникам» катиться куда подальше и не возвращаться.
Элисса терпеливо выдохнула и разжала кулак. Она молилась Создателю, чтобы люди Хоу поскорее ушли, убрались прямо сейчас… пока их командира уже у выхода не спросили об этом:
— Ты сказал, её мамаша была ещё живой. А что с ней стало?
— А. Так Хоу заставил её целовать ему сапоги, а потом взял и перерезал ей горло. Сожгли с мусором, как и остальных.
Дверь таверны захлопнулась.
— Элисса… — прошептал осторожно Алистер, в её глазах горело голубое пламя. Алистер попытался взять её за руку. — Элисса, не…
…но не успел. Край тёмного плаща взметнулся над столом и только мелькнул в проёме за хлопнувшей дверью. Мабари беспокойно залаял. Страж кинулся вон. Остальные тоже повскакивали с мест. Лелиана прекратила играть.
Темнота ночи после яркого света казалась плотной и чернильной. Мокрый снег с лужами хлюпал под ногами, а косой дождь бил по лицу и глазам. Он ничего не видел.
— Где же ты? — шептал Алистер, не рискуя из-за солдат позвать её вслух по имени.
Элисса…
Он кинулся вперёд, потом в другую сторону, но замер, когда услышал звон стали. Совсем рядом.
Они не успели уйти далеко. Она нагнала их в паре десятков шагов от таверны чуть в стороне от входа. Когда Алистер, наконец, привык к темноте и увидел её, она уже стояла одна среди трупов, истекающих кровью. Луна показалась из-за туч и осветила поле боя. Нет, боя не было. Они даже не успели сделать двух взмахов оружием. Мастерство мечницы и неистовая ярость обрушились на них в темноте и лишили жизни. Прямо, холодно, безжалостно.
— Элисса? — тихо позвал Алистер.
Она обернулась. Её глаза были пусты и холодны, а дождь смывал с лица и клинка кровь.
Остальные спутники уже нагнали их и стояли позади, глядя на эту картину. Мабари жалобно заскулил, но не подошёл.
— Ну вот. Из-за кое-кого нам теперь опять в холод идти, — посетовала Морриган. — А ведь в тепле же могли остаться.
Однако Элисса не стала извиняться. Чётким движением она вложила меч в ножны и сухо сказала:
— Идём.
Никто не стал спорить.
Мельком Элисса заметила, что под ярким светом с крыльца таверны за ней наблюдает пара тёмных глаз. Видел он её в темноте или нет, Элисса благодарно склонила голову, а после скрылась во тьме холодной ночи.
========== Глава 31. Сомнения ==========
Логэйн сидел на троне в пустом зале, подперев ладонью подбородок. На улице давно стемнело и только несколько канделябров разгоняли окружающий мрак. Он слушал доклад Хоу о ситуации в Винтер Брис, Хайевере и Осуине. Мятежи вспыхивали по всему Ферелдену, слухи об Остагаре ползли и среди его собственных людей. Многие банны открыто заявили, что не поддержат его, другие пока отмалчивались в стороне, а с юга доходили плохие вести.
Всё пошло не так, но Логэйн не отступится. Он защитит наследие Ферелдена и, если надо, сделает это один.
Дверь зала внезапно хлопнула, оборвав доклад Хоу на полуслове. Анора торопливо шла к трону, её шаги звонко отдавались в тишине. Прежде идеальный макияж королевы оказался чуть смазан в уголке правого глаза, что осталось незаметным для всех, кроме неё.
Эрл неуверенно оглянулся на Анору и попытался закончить:
— В общем… да, битва прошла именно так, как вы и…
— Довольно! — Анора властно взмахнула рукой, Хоу замолчал. — Отец, я хотела бы знать, чего ты добиваешься? Давай сражаться с порождениями тьмы, а не друг с другом!
— Мы заставим знать подчиниться, а затем победим порождений тьмы, — объяснил Логэйн, точно неразумному ребёнку. — Это даже не настоящий Мор. Только тщеславие Кайлана требовало, чтобы это было так.
— Прошу прощения, сир, — вмешался Хоу, — но Мор это или не Мор, скоро не останется людей, чтобы сражаться с порождениями тьмы.
— Кайлан ведь звал на помощь орлесианцев, разве нет? — осторожно начала Анора, но Логэйн стукнул кулаком по подлокотнику.
— Никогда! Мэрик и я прогнали этих мерзавцев, и мы не станем встречать их с распростёртыми объятиями!
— Отец, нам нужна помощь! В тяжёлые времена нам не справиться в одиночку.
— Ферелден выстоит и сам! — крикнул на дочь Логэйн, та замолкла, но взгляд был полон несогласия. Тэйрн осёкся и вздохнул. — Я позабочусь обо всём, Анора. Поверь в меня.
— Это ты убил Кайлана? — бросила она отцу. Столько слухов, разговоров, свидетелей, но никто не говорит прямо. Что случилось? Как умер король? Почему Логэйн Мак-Тир его не спас? Почему люди шепчутся, что её отец убийца…