Спаси Создатель. Только бы ещё не поздно…
Поздно.
Он понял это, когда подошёл ближе и увидел…
В тусклом свете мрачного утра мабари сидел над телом хозяйки и пытался её разбудить. Он тыкался носом в её лицо, теребил лапами руку, лизал щёки и тихо погавкивал. Ничего. Элисса не шевелилась. Она лежала на берегу бледная и холодная. Ногти ободраны до крови. Глаза закрыты. Губы посинели. Камни под ней окрасились в красный. Мокрые волосы растрепались и прилипли к лицу.
Они больше не пахли розами.
Винн, Морриган и Лелиана видели, как Алистер опустился перед Элиссой на колени и бережно её приподнял.
— Элисса, — тихо позвал он, словно осторожно будил ото сна, она не шевельнулась. — Ради любви Создателя очнись. Элисса? — он убрал с её лица мокрые пряди и легонько потряс за плечи, но она лишь безвольно лежала у него на руках, точно мёртвая. — Пожалуйста, — Алистер обнял её и уткнулся лицом ей в волосы, — Пожалуйста…
…не уходи.
— Алистер, — окликнула Винн.
Он не слышал. Все голоса тонули во мраке, не могли пробиться сквозь толщу безжиненной темноты, больно давящей на виски.
— Алистер, опусти её.
Пожалуйста, не уходи. Я всё исправлю. Только не уходи.
Он не чувствовал собственных рук. Не чувствовал, что держит её, настолько невесома она была в покое смерти, будто её тело уже превратилось в пепел на погребальном костре. Холодном и невыносимом.
Прости меня.
— Алистер, опусти. Ты поранишь её.
— А? — он поднял голову, когда чья-то рука легла ему на плечо, и посмотрел покрасневшими от влаги глазами на присевшую рядом чародейку.
— Дай, я закрою рану. Может быть, ещё успею. Опусти её аккуратно, у неё кости сломаны.
— Она?..
Алистер протёр глаза рукавом и посмотрел на Элиссу, пока Винн колдовала над её раной. Элисса выглядела бледной, почти мёртвой. Дыхание Создателя, Алистер мог поклясться, что она была мёртвой. Сквозь туман сознания он не слышал ни дыхания, ни сердца и не видел… не видел, как с прикосновением чуть дрогнула её рука… И с целительными потоками света вмиг расцвела и умершая надежда. Элисса была ещё жива.
Алистер неуклюже улыбнулся.
Она жива. Она не уйдёт. Она будет рядом. Будет заботиться, касаться, говорить. Может, когда-нибудь снова засмеётся. Она сможет, и Алистер сделает всё, чтобы вновь увидеть её улыбку.
Он облегчённо выдохнул, словно глотнул воздуха после толщи воды, и прижал девушку к себе, как хрупкое сокровище.
— Конские перья! Алистер, осторожней! — прикрикнула на него Винн, усиленно сплетая целительные заклинания.
— Ой, прости, — отпрянул Страж.
Прости меня.
— Отойди от неё, пока не убил, — закатила глаза Морриган.
— Хвала Создателю, — выдохнула Лелиана.
Свет из ладоней Винн проникал в израненное тело. Она действовала вслепую через одежду и кольчугу, так как трогать Элиссу было нельзя, не рискуя повредить ей кости ещё больше. Вскоре свет начал тускнеть, пока вовсе не погас. Чародейка вытерла ладонью пот со лба.
— Вот. Это всё, что я могу сейчас сделать. Переломами займусь позже. Сейчас нужно как можно скорее унести её отсюда и согреть. Она замёрзла.
— Она выживет?
— Милостью Создателя и нашими усилиями. Я надеюсь.
Когда отряд Стражей отошёл от разорённого Тримхолла достаточно далеко, они разбили в лесах лагерь. Колонну беженцев они потеряли из виду и надеялись догнать позже. Сейчас нужно было помочь Элиссе. Винн скомандовала поставить палатку, положить туда девушку и развести огонь пожарче. Порождения тьмы ещё могли их настигнуть, но спорить никто не стал. Сейчас тёмные твари упивались своей победой в Тримхолле и не преследовали их.
Переодеть Элиссу, не навредив, оказалось сложно. Морриган просто рассекла на ней кольчугу, как это сделала когда-то Флемет, и Винн смогла прощупать все переломы, чтобы аккуратно их срастить. Когда Элиссе их лечили, она бессознательно вздрагивала, а Винн шептала ей какие-то успокаивающие слова, которые Элисса не слышала.
— Не смей умирать у меня на руках, — шипела на неё Морриган и плела свои заклинания.
Алистера из палатки выгнали. Колдунья только фыркнула, что от его несчастного вида там проку не будет. Алистер и сам вздрагивал при каждом движении Элиссы, а мабари скулил и пытался заглянуть за полог. Из палатки веяло сильным запахом зелий и трав и напряжением в воздухе ощущалась магия.
Стэн угрюмо начищал свой меч, Зевран молча метал ножи в дерево, а Лелиана тихо молилась Создателю, зажав в ладонях церковный амулет. Над лагерем царило безмолвие, и в нём больше не было места спорам. Только тревожному ожиданию.
Алистер тяжело опустился на снег, обхватил голову руками и просидел так какое-то время. Он не сразу понял, когда магия погасла, и слышны были только тихие голоса Морриган и Винн. Он хотел заглянуть к ним, но не решался и лишь впивался пальцами в снег, не в силах ни о чём думать. Мабари положил голову ему на плечо. Страж потрепал его по холке и приобнял. Все молчали до самого вечера.
Когда совсем стемнело, Винн, наконец, вышла из палатки с таким видом, будто постарела на пятнадцать лет. Даже Морриган выглядела измождённой. Магия сделала, что могла, ещё утром, и они весь день просто лечили руками и напряжённо следили, чтобы драгоценная жизнь не угасла. Едва они появились в поле зрения, Алистер вскочил на ноги.
— Не волнуйся, — опередила его вопрос Винн. — Завтра ей должно быть легче.
— Она пришла в себя?
— Нет, и до утра не придёт, — вмешалась Морриган. — А если тебе неймётся, займись полезным делом — ночью подежурь. Хоть польза от тебя какая будет.
Алистер, к удивлению Морриган, спорить не стал. Произошедшее наложило отпечаток на всех и тревожило мысли, и мало кто сегодня смог быстро заснуть. Алистер иногда поглядывал чутьём, нет ли поблизости порождений тьмы, но, видимо, этой ночью Создатель оберегал их от бед.
Алистер тихонько заглянул в палатку к Элиссе. Она спала, но тревога и слабость вместе с ссадинами отпечатались на лице. На голове была повязка, ногти обёрнуты в какие-то листья, торс укрыт двумя одеялами и шерстяным плащом, и теперь было немного видно, что она ещё дышит. Да, Элисса была жива. Израненная, хрупкая, уязвимая, но живая… и такая ослабевшая, словно вот-вот исчезнет из этого мира.
Алистер вспомнил, как держал её на руках, думая, что потерял навсегда, и у него снова чуть не остановилось сердце. Он схватился за грудь и сделал глубокий вдох.
Она жива. Она поправится. С ней всё будет хорошо.
Чейз, лежавший рядом с хозяйкой, тихо заскулил. Он просунул голову под её руку и больше не шевелился, чтобы не потревожить её. За весь день мабари ничего не съел, да и сам Алистер тоже, хотя аппетит Серого Стража должен был грызть изнутри не хуже голодного волка. Алистер и не вспомнил про это, он протянул руку, чтобы коснуться Элиссы, но так и не осмелился. В тот раз она отстранилась от него.
«Ненавижу Серых Стражей»
«Алистер, мне некогда»
Наутро Винн ещё раз проверила её состояние. Дыхание было слабым, но стабильным. Бледность не исчезла, но раны успешно заживали. Только температура поднялась. Отряд ждал до полудня, но Элисса так и не открыла глаза. Все решили, что лучше дойти до Редклифа или хотя бы до другой ближайшей деревни, чтобы набраться сил, чем надолго оставаться на месте в лесах, кишащих порождениями тьмы.
— Надеюсь, с беженцами всё хорошо, — сказала Лелиана, протаптывая впереди по снегу тропинку. — Всё-таки мы бросили их.
— С ними шли их банн и солдаты. Наверняка они придут в Редклиф раньше нас, — ответила Винн и перевесила полегчавшую за вчерашний день сумку с травами на другое плечо.
Алистер шёл последним. Он нёс на спине Элиссу и то и дело отставал от остальных. Когда он в очередной раз остановился, чтобы поудобнее её перехватить, Зевран обернулся.