Я поцеловала Джека в щеку, которая находилась ближе всего ко мне. Он стал сиротой, еще и я на его голову свалилась. Хотя моя ситуация не лучше, его родители умерли, а я при живых себя сиротой ощущаю. После моего поцелуя Джек посмотрел на меня по-другому. Так как никогда не смотрел. У него такой усталый взгляд, он так измучен всем этим, а я не могу помочь. Все что могу сделать сейчас это переодется и спать с ним. Я не могу его оставить.
— Давай поедим, — сказал он. Даже голос изменился. Он не хочет показывать свои эмоции. Привык держать все в себе.
— Джек, — он посмотрел на меня. В его глазах боль за слоем пофигизма, — Тебе нужно отдохнуть, хоть раз отдохнуть от всего.
Он посмотрел на меня, а затем отвернулся и силой мысли, которой он видимо обладает великолепно, достал столовые приборы, бокалы для сока и тарелки для салата. Мы начали есть, но с колен он меня не отпускал. Тишина была такая, что я боялась лишний раз пережевывать. Но доела я все равно быстрее Джека. У него, кажется, желание пропало.
— Я пойду переоденусь, — сказала и, опустившись с его колен на пол, ушла, нет, убежала к себе.
Одела ту самую черную сорочку, а поверх кардиган с длинным рукавом, тоже от Ники. Выдохнув, направилась в соседнюю комнату, куда уже наверняка вернулся Джек. А стучать надо? Вдруг он уже уснул? Лучше не буду. Я осторожно приоткрыла дверь и зашла, закрыв ее за собой как можно бесшумнее.
— Надо же, сама пришла, — сказал с небольшой насмещкой Джек, но в его голосе все же читалась грусть.
Я не отвечала ему. Джек лежал на кровати, а руки у него были за головой, так они еще сексуальнее! Кажется, Юля опять не в ту сторону пошла. Я подошла к кровати, глаза Джека закрыты, ну и хорошо! Сняла кардиган и, отодвинув одеяло, легла в кровать. Но поза Джека мешала мне нормально спать. Поэтому я сделала то, о чем бы ни когда в жизни даже не подумала. Я оккуратно легла на грудь Джека. Чуть позже мне стало ясно, что моя голова лежала на его сердце, а значит и татуировке. Но мне было приятно ощущать каждый удар по лицу, а еще приятнее стало, когда рука Джека легла мне на талию и притянула ближе. Моя ладонь легла ему на плечо. А потом…нет, больше не помню, дальше я уснула. Слишком мне хорошо рядом с ним, что-то тут не так.
Мне никогда не было так хорошо! Я как будто всю жизнь во сне не отдлыхала, а наоборот. Только этой ночью рядом с Джеком я смогла отдохнуть. В его объятиях так тепло и спокойно. Всю ночь я чувствовала его рядом, но тем не менее ни разу не проснулась. И сейчас так не хочется открывать глаза. Хочется сильнее укутаться в одеяло и прижаться к падушке, которая до сих пор пропитана его запахом. Хотя, это ведь его комната, тут повсюду его запах. Кстати, а как она выглядит?
Я открыла глаза. Потолок…обычный, темно-серого цвета. Постель черная, спинка кровати такого же цвета кожаная. По бокам от нее две тумбочки с красивыми и массивными светильниками. Перед кроватью телевизор. Под ним светлые деревянные полочки. Рядом весит красная электро-гитара. Куча различных игр для приставки, а возможно и компьютера тоже. Колонки, различная электроника. Между кроватью и телевизором на полу лежит чья-то шкура, а может она искусственная. Слева балкон с таким же акном в пол, как у меня, шторы светлого кремового цвета сочетаются с полочками такогоже цвета. Паркет тоже светлый, цвета слоновой кости.
Но я так поняла, что это была зона отдыха. Так как если сесть лицом к телевизору, а потом обернуться, то можно увидеть рабочий стол. Получается, что комната разделена на две. Вторая рабочая зона находится чуть выше, первой зоны отдыха. Там стоит светлый рабочий стол, такогоже цвета, как и паркет. На нем черная лампа, компьютер и куча бумаг и блокнотов. Позади стола находятся кованные полки, которые вносят свою изюминку, не давая комнате превращаться в дюже светлое серое нечто. Рядом со столом слева находится окно в пол. А справа находится гардероб, он, кстати, с прозрачными дверями. Там сейчас и стоит Джек, точнее он одевается.
Он выбрал клечатую красно-черную рубашку с длинным рукавом, черные джинсы и кросовки черного цвета с белой подошвой. Сейчас он начал снимать шорты, в которых спал. Я машинально придвинулась к спинке кровати. Он слишком прекрасен, чтобы не любоваться! Почему мой взгляд останавливается на этих ягодицах? А дальше его спина, но в отражение зеркала я вижу и пресс…еще чуть-чуть и я прокушу свою нижнюю губу. Он надел Джинсы, кросовки, затем рубашку, пуговицы которой застегивались очень медленно, затем взглянул на себя в зеркало, так сексуально улыбнулся и, проведя рукой по волосам…
— Подглядывать не хорошо! — сказал он с небольшой насмешкой. Я закрыла глаза и, развернувшись обратно, прикрыла лицо руками. У меня сейчас щеки, как помидоры. Значит он все видел: и как я пялилась на его пятую точку, и на пресс, и на руки, и…Мамочки, как стыдно! Я почувствовала, как кровать немного прогнулась, Джек точно сел передо мной, — Ну, и чего ты? — он убрал одну мою ладонь от лица, я отвернулась, а волосы закрыли меня, хоть какая-то польза от них! Но Джек очень нежно убрал их мне за ухо, а затем повернул мое лицо к себе за подбородок. У него такой нежный взгляд! — Эй! — он обнял меня, а я…а я молча уткнулась ему в грудь своим лицом и еще больше засмущалась, — Прекращай! Мне очень приятно, что я тебе нравлюсь! В этом нет ничего такого.
— Для тебя нет, а для меня есть! Я никого так не разглядывала! — он отодвинул меня и посмотрел пристально в глаза.
— И правильно. Разглядывай только меня!
— Какой-ты самовлюбленный! — он лишь хихикнул.
— Сегодня выходной, есть планы?
— Ну, для начала умыться и одеться, — Джек щелкнул пальцами, а я начла оглядываться, — Что ты сделал?
— Увидишь в ванной, — а потом добавил, — У меня в ванной!
— Ну…
— Все! Дальше то что?
— Я видела у тебя сад, он большой, покажешь?
— Хорошо, но перед этим завтрак.
— Да! А потом…
— А потом ты пойдешь со мной к Кандилле, — я вопросительно на него взглянула, — Ты ведь и сама догадываешься, что нас не просто так поженили. А Кандилла занет все.
— Да, ты прав, нужно спросить, — мы еще сидели в обнимочку, а потом я все-таки спросила, — Может ты отпустишь меня?
— А если нет?
— А если нет, то сам иди к Кандилле, и завтракай тоже сам! Пусти! — я попыталась вырваться. Но меня крепко держали. — Джек, пусти! — его забавляет эта ситуация. Он уже конкретно ржет! Но после двух минут моих брыканий он "сжалился".
— Поцелуешь и отпущу! — что же мне оставалось делать?
— Хорошо, только глаза закрой, я смущаюсь, — он послушал, и зря! Я медленно приблизилась к его губам, искушение так велико, но нет, — Фиг тебе! — прошептала ему в губы и убежала. В ванную! По двери резко ударили, но звук был совершенно не страшный, он явно просто…играется!
Ванная у Джека тоже в серых тонах, а сама ванна больше моей будет. Да уж! Но я голову мыть не буду, просто расчешусь, кстати, расческа зубная щетка и одежда здесь. Умывшись и причесавшись, я посмотрела, что из гардероба оказалось здесь. Это были светлые обтягивающие джинсы, черная вязанная с длинным рукавом кофта, но не под шею, естественно! Иначе как Джек будет ее целовать? Вот он специально все это выбрал, чтобы проще было, тут шея открыта, там бедра обтягивает, а кофта еще сама по себе свободная, сунуть под нее руку ничего не стоит! Извращенец!
Я переоделась, но выходить как-то страшно. Я же знаю, что он там стоит и выжидает. Вот выйду, и накинется на меня. Так, выдох и пошли! Только я открыла дверь, как меня тут же прижали к себе и поцеловали. Все, мои ноги снова подкосились, мозг отключился. Пара секунд и я уже на его рабочем столе. Ноги обвились вокруг его талии, а его руки, как я и говорила, залезли под мою вязанную кофточку. Еще немного и я опять начну расстегивать его рубашку.