Глава 2: Откровения под луной
Алиса возвращалась полностью опустошенной, она перестала обращать внимание на звуки окружающей среды, лишь медленно брела, смотря на дорогу, Руки дрожат и болят от ожогов крови, лицо мертвенно-бледно, глаза широко раскрыты, но смотрят в никуда, словно выжженные солнцем пустыни. Она не плачет, просто молчит. Весь ее прежний восторг, вся энергия – испарились, оставив холодную золу. Её одежда в пыли, запекшейся крови, она заметила, что с момента побега прошло не больше 40 минут, хотя ей казалось, что прошла вечность. Голова страшно болела, в горле стоял ком.
Эмма, заметив ее, бросается навстречу, ее лицо искажено паникой.
-Госпожа! Святые небеса! Да что с вами случилось?! Вы выглядите... словно по вам проехался обоз! Упали в овраг? Или... -Ее взгляд цепляется за темные пятна на рубашке, она бледнеет еще больше- ...это кровь?! Боже милостивый! Ее величество... она вас живьем сожрет за такой вид! Где вы пропадали?!
-Пошли домой.-Алисасмотрит сквозь Эмму, словно та стеклянная. Голос глухой, плоский, без единой нотки прежнего озорства или тепла. Лицо Эммы, искаженное паникой, казалось размытой маской. Слова доносились обрывками:
-('...кровь... величество... сожрет...' Сожрет. Как тот дракон... Нет. Не думать.)
Эмма замирает, пораженная тоном. Она вглядывается в лицо Алисы, и ее собственная тревога сменяется глубоким беспокойством. Она осторожно берет Алису за руку – та не сопротивляется, как тряпичная кукла, даже не обращает на жгучую боль в них.
- Г-госпожа? Что-то... с-случилось? Вы ранены? Говорите, умоляю! Вы меня пугаете!
Алиса медленно поворачивает к Эмме голову. В ее глазах мелькает тень чего-то невыразимо тяжелого – ужас, жалость, отчаяние? Но она глотает это, отводя взгляд.
-Эмма... просто... пошли домой -Ее плечи слегка содрогаются, но она резко выпрямляется, отстраняя руку Эммы- Молчи. Ни слова. Никому. Поняла?
Ноги несли Алису к замку сами, без участия воли. Эмма идет чуть позади девушки, бросая на ее спину взгляды, полные немого вопроса и растущего страха. Возвращение в замок – молчаливая процессия по теням.
-(Да что с ней? Почти только что она прямо светилась жизнью, а сейчас?)-этот вопрос так и остался в голове Эммы без ответа.
***
Замок Альдебаран
Королевская Библиотека, часом позже.
Алиса сменила одежду на чистое вечернее платье цветом голубой лазури, она одела перчатки, красные разводы под тканью? Какая разница. Она сидит у окна, формально уткнувшись в книгу, но взгляд ее пуст, устремлен в никуда. Она уже переоделась, приняла ванну, но тень Красного поля все еще лежит на ней тяжелым саваном. Дверь с грохотом распахивается. Входит Биатрисс, королева Грасса. Она выглядит как взрослая Алиса, те же серебряные волосы, багровые глаза, она высокого роста, пышная грудь, королевское одеяние-мантия с бархатным воротником, золотая корона похожая на ангельский нимб, с изумрудом посередине, выглядящий словно огромное око. Ее осанка – воплощение власти, взгляд – острый, как скальпель. Она останавливается перед внучкой.
-Алисия! Вот где ты отсиживаешься! Прячешься от бабушки, как перепуганный заяц? -Голос резкий, как удар хлыста- Хм. Выглядишь... как выжатый лимон. Надеюсь, не из-за моих сегодняшних слов? Хватит дуться. Все эти болваны вокруг...
Алиса медленно, молча переводит взгляд на бабушку, Биатрисс видит мертвенно бледный взгляд внучки, та смотрит на неё так, словно её нет. В комнате становится очень тихо, не считая треска дров в камине.
-Ох, прости дитя, бабушка видимо была слишком противной... мне просто надо было излить душу. А ты – единственная, кто может это слушать. -Неожиданно ее голос становится почти... обыденным? Ее тон чуть смягчается, но в нем все еще слышна привычная ворчливость - Ладно. Хватит киснуть. Прикажу подать чаю с теми твоими любимыми клубничными пирожными. Составишь бабушке компанию? И расскажешь, наконец, что за тучи на твоем горизонте?
Алиса вздрагивает, возвращаясь в реальность. Она машинально кивает, пытаясь натянуть улыбку. Она не может отказать. Это часть маски. Часть долга. Алиса собирает волю в кулак, голос старается быть ровным, но в нем нет прежнего сияния
-Конечно, бабуля. Всегда рада чаю с тобой. И пирожным. -она говорит тихо, мысленно возмущаясь-(Излить душу... Да, прямо на меня. Как цементный груз. Но пирожные... маленькая соломинка в этом гнилом болоте.)