– Доброе утро, суб-командир Венди! – произнес капрал, улыбаясь, и с нескрываемым интересом глядя на молодую американку, стоящую около входа в шатер в трусиках, с полотенцем через плечо и обмундированием подмышкой.
– Доброе утро, – ответила она, – Я сейчас буду мыться, так что отвернитесь, парни.
– Да, мэм, – сказал он, и отдал приказ на африкаанс, – kop draai, kyk na die noorde!
Через секунду весь экипаж дисциплинированно смотрел на север. К Венди были обращены только стриженые затылки. Сержант занялась водными процедурами, параллельно размышляя о предназначении устройства, привезенного, вероятно, лейтенант-инженером Чкиро, и (опять-таки, параллельно) вспоминая вчерашний деревенский праздник… Там о мелких правилах западной пристойности никто не вспоминал – ни когда купались в озере (с неправдоподобно-чистой водой), ни на танцевальной вечеринке в местном стиле. Инспектор по абсорбции Длези очень откровенно клеилась к Джиму Лумису… А, может быть, она просто решила его абсорбировать в этнически-родную негритянскую среду? Джим даже спросил у лейтенанта Симпсона: «Слайд, что мне делать а?», и получил ответ: «Действуй по обстоятельствам, солдат!»… Венди, намыливая себя странно пахнущим местным пальмовым мылом, весело фыркнула, вспомнив, как на танцах, через час после захода солнца, Симпсон с некоторой тревогой поинтересовался у нее: «Слушай, ты не видела Джима?»… Вообще-то повод для тревоги имелся. Мало ли кто тут водится. Ладно, бегемоты – на закате они плескались метрах в пятистах от деревни, и выглядели совершенно безобидно, а с такой дистанции даже как-то игрушечно. Но в озере Альберта, как отмечалось в инструкции, водятся ещё и крокодилы… Правда, через полчаса Джим нашелся, живой и невредимый, хотя слегка помятый, из чего следовал логичный вывод, что его утаскивал с танцулек вовсе не крокодил, а гораздо более симпатичный персонаж. Хи-хи. Джима можно понять. Он просто исполнял приказ.
Чувство времени у сержанта Уайтби было на высоте. В момент, когда над лагерем батальона заунывно пропел рожок, она застегнула пряжку на ремне. Вот так! Через несколько секунд вылетевший из шатра Гомер Симпсон резко затормозил, и…
– Венди, что за долбанная хреновина здесь лежит?
– Не знаю, Слайд. Вероятно, это как-то связано с радарной вышкой.
– Что? Черт! Ни капли не похоже.
– Нет, это не вышка, командир Симпсон, – отозвался зулусский капрал из кузова бронетранспортера, – Это специальная инженерная вещь для воздушных пузырей.
– Каких пузырей?
– Пузыри привезут люди Мпулу, после завтрака, – лаконично пояснил капрал.
– Так!.. Осталось выяснить, зачем нам эти мпулуанские пузыри.
– Для радара сэр. Майор приказал поднять его на 600 метров. Привезут пузыри, и мы поднимем. Майор тоже приедет смотреть! Интересно, да!
Джон Бриггс, двигаясь от сортира к душу, проинформировал.
– Слайд, я читал про это. Радар поднимают на специальном аэростате, который стоит гребаную кучу денег.
– Вы, янки, богатые, – заметил капрал, – Вы можете тратить на пузыри гребаную кучу денег. Мы, люди Зулу, пока не очень богатые, и люди Мпулу тоже не очень богатые. Поэтому у нас просто пузыри. Не такие красивые, как у вас. Только чтобы работали.
…
Понятие «после завтрака» в черной Африке означает «неизвестно когда, но гораздо раньше обеда». В данном случае, оно реализовалось около десяти утра. Вестником появления «людей Мпулу» стал Чкиро. Несмотря на свое сонное состояние (весь прошлый вечер и большую часть ночи он с группой саперов мастерил из подручных материалов подвес для радара), он первым заметил точку в южном секторе неба.
– Вот! – его палец указал направление, куда смотреть.
– Что? – переспросила сержант Уайтби.
– Летят люди Мпулу, – пояснил зулусский лейтенант-инженер.
Венди хмыкнула, вытащила из кармана портативный бинокль, навела на небо, и…
– Слайд! Посмотри, какая хреновина!