– Фию, как вы живете рядом с такими тварями? – Прошептала Люси, когда эта третья птица была помечена маячком. – У вас же дети, все такое…
– Живем, – ответил он, убрав пистолет в сумку и перехватив ружье поудобнее. – Мы привыкли: кто-то всегда рядом. Раньше – хуже. Говняные люди с автоматами. Я был маленький. Мы прятались. Кто не успел, тот умер или увезли в плен. Там тоже умер. Долго было так. Старики думали: радуга на небе повернулась в плохую сторону. Мы уходили. Дальше от говняных людей с автоматами. Пришли сюда. Птица Бэ лучше говняных людей. У нее вкусное мясо и нет автомата.
– Говняные люди это индонезийские солдаты? – Спросил Хаген.
– Не солдаты, – ответил Фию. – Работорговцы. Солдаты пришли потом. В год, когда я первый раз сам ходил на охоту. Не индонезийцы. Папуасы, как мы, но не совсем. Но хорошие люди. Как шеф Лрл Нопи. Как шеф Оо Нопи. Больше нет говняных людей с автоматами. Все ушли. Кто не успел, тот умер. Мы вместе с солдатами-папуасами их убили. Теперь нам хорошо. Птица Бэ живет на этом берегу, мы на том.
Хаген кивнул и поинтересовался:
– А почему этих птиц нет на вашем берегу?
– Мы всех убили и съели, – сообщил проводник. – Переплывают редко. Тогда сразу убиваем и съедаем. Зачем нам птицы Бэ на нашем берегу?
– Незачем, – согласилась Люси. – А почему, кстати, мы тут встали и никуда не идем?
– Куда идти? – Удивился Фию.
– Э-э… – юная меганезийка почесала за ухом. – Ну, типа ты же проводник.
– Да, – с некоторой гордостью подтвердил он. – Когда надо идти, я скажу.
– А сейчас не надо идти?
Проводник утвердительно кивнул.
– Если идти не надо, то не надо идти.
– Зачетный афоризм, – буркнула Люси, и замолчала, сосредоточенно размышляя, как поставить вопрос так, чтобы получить какой-нибудь более содержательный ответ. Придумать она не успела, поскольку послышался хруст веток, сминаемых поступью тяжелых ног и… Следующие события слились в одну картину, будто порожденную в недрах какого-то безумного калейдоскопа.
Метрах в двадцати от них с треском раздвинулись хилые стволы болотных деревьев, открывая большую птицу Бэ во всей красе. Едва оказавшись на открытом месте, она прыгнула, расправив невероятного размера крылья. Хаген развернулся, вскинул свой «Lap-Jab», и принялся в максимальном темпе нажимать на кнопку, отправляя пулю за пулей в голову птицы… Растопыренные перепончатые лапы коснулись земли, и сразу пришли в движение. Они быстро и мерно шагали, неся почти обезглавленное тело по направлению к группе людей… Растопыренные крылья волочились по земле… Фию, схватив Люси в охапку, прыгнул вместе с ней в воду. Хаген попытался перепрыгнуть через крыло, но не рассчитал, зацепился ногой, упал на плотные перья и скатился в колючие заросли. А птица Бэ, продолжая шагать, налетела грудью на чахлую пальму, почти вывернув её с корнем остановилась и медленно рухнула на бок. её ноги ещё несколько раз вхолостую провернулись в воздухе, скрючились и застыли.
Хаген выпутался из колючек и вытер ладонью кровь с расцарапанной щеки.
– De puta madre… Hei foa, вы как там?
– Мы в порядке. А как ты? – спокойно ответил проводник, легко поднимаясь из воды вместе с Люси, судорожно вцепившейся в его плечо.
– Типа, отделался легким испугом, – проворчал меганезиец. – Joder! До чего живучая скотина! Провалиться мне сквозь небо! Мне показалось, что она вообще не сдохнет!
– Надо в туловище, а ты в голову, – менторским тоном сообщил Фию, – птица может бежать без головы. Но все равно, ты хорошо стрелял.
– Я успевал, и ты не стал мне мешать? – Уточнил Хаген.
Фию улыбнулся и молча кивнул. Люси громко выдохнула, отпустила его плечо и по-собачьи отряхнулась, так что брызги воды полетели во все стороны.
– Бррр! А больше их тут нет? – Спросила она. – В смысле… Бррр… Этих птиц?
– Есть. Но не очень близко, – проинформировал проводник. – Пойдем искать?
– Пожалуй, нет, – тихо ответила Люси.
– Мне как-то тоже больше не хочется, – добавил Хаген и мягко обнял её за плечи.
– Тогда мы пойдем к берегу, – невозмутимо подвел итог Фию и, вытащив из плетеной сумки пневматический пистолет, отстрелил в тушу птицы пулю-маячок.
…
К берегу притока Вааа они вышли немного раньше четырех утра, причем проводник вывел их почти точно к причаленной к топкому берегу надувной моторке. Функции экипажа выполняла девчонка лет 15, коротавшая время за какой-то сетевой игрой по ноутбуку.
– Фзии. Сестра, – сообщил Фию.
– Фзии, – попытался повторить Хаген, чем вызвал у туземцев взрыв смеха. Имя этой девушки следовало произносить, как звонкий комариный писк. Несколько минут все четверо развлекались (одни – тренируясь в произношении, другие – слушая то, что из этого получается, и ехидно комментируя). Потом брат с сестрой быстро обменялись певучими репликами, и она, сбросив с ветки причальный трос, включила движок.