– Нет, просто прикольно, – девушка хихикнула. – А кэп Рон говорит: это правильное умение. У нас, у людей татутату, четыре правильных умения: подкрадываться тихо, нырять далеко, видеть радугу и разговаривать с белой собакой, которая на небе!
– Именно с белой собакой? – Переспросил Лаполо.
Йи сползла с шеи Сиггэ на собственные ноги и энергично утвердительно кивнула.
– Да. Поэтому её и видно на небе. Она вся из белых точек. Мы ещё умеем некоторые полезные вещи, но эти четыре – главные. Все остальные происходят от них.
– Вот как? Интересная теория. А вам, людям татутату, нравится здесь, на Пелелиу?
– Да. Здесь хорошо. В Хитивао, на Вааа теперь тоже хорошо, но здесь интереснее.
– ещё бы, – согласился полковник. – И здесь встречаются красивые парни, верно?
– Да! – Эмоционально подтвердила девушка. – А ещё Сиггэ пишет нашу правильную историю. Это очень полезно. Я только недавно поняла.
Жерар Лаполо бросил быстрый взгляд на Марвина (который с кем-то общался по мобайлу) и снова повернулся к Йи.
– Вашу – в смысле историю татутату?
– Вообще, – уточнила она. – Раньше было много-много племен, как мы. Сейчас мало. Многие исчезли. Кто-то стал не таким. А кто-то ещё остался. Надо быстро найти.
– Быстро найти, – повторил он. – До меня дошли крайне интересные слухи о неких никобарских, а возможно и андаманских туземцах.
– Интересных слухов много, – неопределенно ответила девушка.
– Хороший ответ, – похвалил Лаполо, и обратился к Марвину. – Если вы на связи с Батчерами, то спросите, какие будут инструкции на счет меня.
Тот показал движением глаз, что услышал эту реплику, и полковник, улыбнувшись, принялся раскуривать потухшую сигару, одновременно наблюдая, как в небе чертит невообразимые кривые маленький силуэт дрона, управляемого Ффо.
Разговор по мобайлу завершился минут через пять. Сиггэ убрал трубку в карман и сообщил.
– Шеф сделал предположение, что вас интересуют, во-первых, методики тренировки, которые вы сейчас видели, во-вторых – никобарский полигон индийского морского консорциума «Bharati», в третьих – деревня татутату и особенности этих ребят.
– В основном верно, – подтвердил Лаполо. – И я бы хотел дождаться Батчеров.
– ОК, – Марвин кивнул и повернулся к Йи. – Непоседа, ты возьми лодку и поезжай с Жераром в деревню. Проведи ему экскурсию и все такое. Я через пару часов здесь закончу и приеду. Нормально?
– Нормально. А если я застрелю хорошую рыбу, ты её поджаришь по-вкусному?
– Этим могу заняться я, – сказал Лаполо. – Как ни странно, я люблю готовить.
– Не странно, – ответила Йи. – Мужчины хорошо готовят, если их уговорить.
…
Моту Румелет – это не один остров, а почти два десятка куполообразных островков, разбросанных в радиусе полумили и разделенных протоками. В отличие от болота Эсколкуар, местность здесь сухая, протоки чистые, а на островках есть родники с пресной водой. Из-за отсутствия здесь хотя бы минимально ровных участков грунта Румелет оказался незаселенным до появления татутату, чьи миниатюрные хижины замечательно прилепились к кривым и косым склонам. Собственно, деревней здесь считались только четыре наиболее крупных островка, где через протоки даже были переброшены висячие мосты (явно сделанные не самими татутату, а канаками). Все остальные островки были как бы промысловой терракваторией, однако некоторое количество хижин имелось и на них. В частности – хижина Йи. С первого взгляда становилось ясно, что дизайн данного жилища весьма существенно отличается от традиционного для татутату. При той же конической форме эта хижина была вдвое больше «стандартной» и внутреннее пространство разделялось на полтора уровня и несколько функциональных помещений (включая даже нечто наподобие рабочего кабинета на полуторном этаже).
Йи по этому поводу высказалась в том смысле, что Сиггэ большой оригинал, но получилось, в общем, удобно. Только убирать в такой большой хижине долго, а заниматься таким делом, как уборка, всегда лень. Быстро поменяв «Ere-combi» на традиционный поясной шнурок и схватив несколько специфических подводно-охотничьих инструментов, девушка объявила: «Сейчас пойдем добывать рыбу и знакомиться со всеми, потому что сейчас жарко и на суше делать нечего».
Особо активное участие гостя в подводной охоте на мелководье, в общем-то, не предполагалось. Загарпунив пару небольших морских угрей, Лаполо взял на себя функцию сторожа сетки с уловом, погруженной в воду в тени, которую отбрасывал высокий и крутой берег одного из островков, густо заросший кустарником. Здесь получился наблюдательный пункт, легко позволявший держать в поле зрения всю компанию охотников, засекать время их пребывания под водой и слышать певуче-щебечущие реплики, которыми они обмениваются.