– Что конкретно вас интересует? – Спросил экс-коммандос.
– Меня интересует ваша оценка военной перспективы таких аппаратов.
– А если я скажу, что перспектива такова, что она изменит рисунок операций флота?
– Гм… – Лаполо потер ладонью лоб. – Радикальная смена военно-морской парадигмы?
– По ходу, так, – подтвердил экс-коммандос. – Если вы хотите знать подробности, то объявляйте условия.
– Право первой руки, – лаконично ответил полковник.
– Официально, на партнерство «Te-Ke Toys»? – уточнил Рон.
– Сен Батчер, вы циничный шантажист…
– Он опять нас обижает, – ввернула Пума. – А мы так помогаем «Красной Корее»…
– ОК, – полковник махнул рукой, – пусть будет официально, со всеми бумажками. Мы договорились. Предъявляйте товар. Посмотрим, что мы прикупили на вашей сдаче.
– Aita pe-a, – Рон кивнул. – Сиггэ, Йи, покажите сену Лаполо наше призовое кино.
Посреди циновки рядом с котелком и кружками как будто по волшебству появился ноутбук с 20-дюймовым экраном, и началось кино. Сначала – море, поблескивающие серовато-синие волны и зеленый берег на расстоянии около полутора миль. Потом голубое небо с легкими перистыми облачками. В поле зрения возникает пятнышко болотного цвета. Оно описывает причудливую дугу, растет…
– Обратите внимание на конфигурацию, – сказал Марвин. – Схема «утка» с кормовой турбиной. Основные несущие плоскости стреловидные, заглаженные, короткие, но шириной почти во весь корпус. Минус: большой угол атаки на взлете. Плюс: низкое лобовое сопротивление на малых углах атаки… Сейчас вы увидите, как оно нырнет.
Летательный аппарат прокатился метров двести по воде сначала на узких, как лыжи, поплавках, затем – на брюхе, а затем клюнул носом и ушел в глубину, взметнув тучу сверкающих на солнце брызг за кормой…
– Впечатляет, – буркнул полковник. – А как глубоко эта штука погружается?
– Около полста метров, – ответила Йи. – Может оно умеет и глубже, но я не видела.
– Сейчас будет очень удачный видеоряд взлета, – предупредил Марвин.
Лучи высоко стоящего солнца проникали глубоко в толщу воды, так что можно было разглядеть вытянутую треугольную тень, несущуюся снизу к поверхности. Машина, окруженная длинным веером брызг, выпрыгнула на несколько метров вверх, потом тяжело шлепнулась брюхом на волны, стремительно промчалась по ним, постепенно вставая с брюха на поплавки-лыжи и оставляя за кормой шлейф водяной пыли. ещё несколько секунд – и летающая субмарина свечкой ушла в небо.
– Так, – произнес Лаполо. – Похоже, ни нырнуть сходу, ни взлететь сразу из-под воды такой аппарат не может. Ему требуется время на переход в ту или другую сторону.
– Возможно им удастся сократить эти интервалы времени, – ответил Марвин, – но я считаю, что нырять слету и взлетать прямо из-под воды не получится. Нужно время, чтобы продуть или, наоборот, заполнить балластные цистерны. И движок не может мгновенно переключиться из режима гребного винта в режим воздушной турбины. Внимание! Сейчас будет ракетный удар по надводной цели…
200-метровая ржавая баржа, стоящая милях в пяти от берега, взорвалась, как могло показаться, сразу по всей длине и, переломившись в нескольких местах, практически мгновенно пошла ко дну.
– Что за ракеты? – Спросил Лаполо.
– Норвежские «Kongsberg», безлицензионного индийского производства, – ответил Марвин и продолжил. – У этой летающей субмарины две модификации. Первая: та, которую вы сейчас видели – штурмовая, а вторая – десантная. Там помещается их стандартное отделение морского спецназа с техникой… Сейчас будет самая экстазная часть кино… Йи, прокомментируй.
В кадре появился нос первобытной пироги, движущейся по морю, а впереди – легкий корвет и, рядом с его бортом, летающая субмарина в окружении четырех надувных понтонов с компанией парней в индийской военно-морской форме и в гражданских комбинезонах. Расстояние сокращается… Парни приветливо машут руками…
– Это я встала в пироге и повертела попой, – начала комментировать Йи. – … Я очень эротично выгляжу, когда верчу попой, правда?
– Ты замечательно выглядишь, – сказал Лаполо, – но мы сейчас о другом, верно?
– Да. Это я объяснила, почему они так обрадовались. А я как бы поймала барракуду, метра два длиной, и хочу поменять на что-нибудь… Вот это они рассматривают мою барракуду, а я причалила к крылу летающей субмарины. Как бы случайно… Это они обсуждают… Что-то там про мою попу и сиськи… Это я вообще вылезла на крыло и начала бродить взад-вперед и крутиться. Типа, мне интересно. Им тоже… А сейчас я заглядываю туда, где движок-турбина. Хорошо видно, правда?… Это я стала трогать носовые рули высоты-глубины, и тут они мне предложили складной ножик. Как бы швейцарский, но явно сделан в Малайзии… Это я торгуюсь: типа, барракуда такая большая, дайте мне ещё что-нибудь, и стою рядом с левым килем. Там два киля, вы видите… Это они добавили ещё пластиковый свисток и надувной мячик… Ну, типа, договорились… Это я от радости поскользнулась и шлепнулась в воду. И нырнула. Ничего такого – как бы, я с ними заигрываю… Видите дно этой штуки? Интересно? Теперь я вынырнула. Я бы ещё что-нибудь посмотрела, но подошел тот кекс, майор, сказал, что они все мудаки и бездельники, и погнал их работать. А я забрала ножик, свисток и мячик и слиняла. Такое хорошее кино. Вот.