Буньипы, обосновавшиеся на одном из шишковатых выступов кораллового барьера примерно вровень с поверхностью моря, уже успели загарпунить дюжину кефалей и теперь с аппетитом уплетали этих рыб сырыми даже без соли. Пири и Лвок тут же с азартом присоединились к этому первобытному пиршеству.
– Вкусно, – пояснил Урра, видя некоторое удивление Кэна и Фэй, – полезно. Научно. Витамины. Хотите?
– Спасибо, но мы привыкли для витаминов кушать фрукты, – ответил Кэн Инхэ.
– Фрукты тоже полезно, – согласился Йвви, и оторвал зубами четверть спины кефали.
– Спасибо за эту штуку, – сказала Фэй Лани, возвращая ему коммуникатор – «краб».
– Тебе было интересно? – Спросила Тйеп, прожевав очередной кусок.
– Да. Я увидела… Как лучше сказать?… Увидела мир вашими глазами.
– Красиво! – Обрадовалась Скек. – Увидела мир вашими глазами! Если человек может увидеть мир глазами другого человека, то эти два человека друзья. Да?
– Я об этом не думала, – призналась тайванька. – Но, наверное, так.
– Непонятно, – сообщила Нзее, привычными движениями обдирая шкуру с рыбы.
Тйеп повернулась к ней и прощебетала несколько фраз. Нзее ненадолго погрузилась в задумчивость, потом заулыбалась, и похлопала Фэй по животу.
– Если твои глаза, как мои глаза, то это сильная дружба.
– Идем, Фэй, – сказала Скек. – Я покажу смешную большую мидию, на которой растут солнышки, и поле с красными веточками, и ещё много чего!
– Э… – Тайванька бросила взгляд на лейтенанта Кабреро.
– Это хорошая идея, – решил он. – Поплавайте в паре. Вдруг там окажется ещё что-то интересное? Я полагаю, что оставшейся банды хватит для работ по разметке.
– Фэй, внимательно следи за самочувствием, – предупредил Линси Ли.
– Ценный совет, – подтвердил Пири.
– Хорошо, я буду внимательна, – согласилась Фэй и нырнула вслед за Скек.
– Надо было объяснить развернуто, – проворчала Гвэн Нахара. – Алло, Лвок, давай ты будешь немного присматривать? И я тоже буду немного присматривать. Типа…
– …Типа, ясно, – договорила Лвок.
– А в чем проблема? – Спросил Кэн Инхэ.
Юн Чун, раскладывая на надувном рафте цилиндры радио-маячков, пояснила.
– Проблема в том, как ныряют буньипы, верно Линси?
– Да, – подтвердил континентальный старший лейтенант. – На первый взгляд ничего особенного. Буньипы проводят полторы – две минуты под водой и кажется, что это уровень обычного фридайвера. Но за час у них в сумме получается полста минут под водой. Они выныривают, делают три – четыре выдоха-вдоха и снова погружаются. Я полагаю, что это их врожденная расовая способность, а не только тренировка.
– Фэй не врубилась, – буркнула Лвок, заслонившись ладонью, как козырьком от яркого солнца и внимательно глядя в сторону ныряющей парочки. – Прикиньте, она пытается делать то же самое. Пири! Может, ты метнешься и поставишь ей на вид?
– Ага, вот значит, как? – Отозвался он. – Пири в каждой бутылке пробка.
– Не вредничай, – сказала она и слегка укусила его за ухо. – Все равно, пока Юн Чун не протестирует маячки, делать не хрен. Зато знаешь, как нежно я тебя потом поцелую? В смысле, вечером. Я нашла магическую полянку на берегу около «скворечника». Вот!
– А-а! Это меняет дело! – Произнес Пири, встал, потянулся и привычным беззвучным нырком ушел под воду.
– Около «скворечника», правда, есть магическая полянка? – Заинтересовалась Тйеп.
– ещё нет, – призналась Лвок. – Но будет, когда я её заколдую.
…
Неизвестно, в чём заключалось колдовство Лвок. Может быть, просто в правильном выборе нескольких бамбуковых циновок или в том, как они были уложены на этой полянке в ста метрах от «скворечника» и в двух шагах от крайней линии добегания слабых волн. Но колдовство получилось достаточно эффективным, если судить по интенсивности эмоциональных вскриков и обрывкам фраз, доносившихся до кают-компании. Вечер выдался исключительно теплый и безветренный. Прозрачная стена (играющая роль окна) была распахнута настежь, поэтому – слышимость…
…Гвэн Нахара взяла стакан с красновато-лиловой жидкостью из гнезда кухонного комбайна, поставила перед Фэй Лани и объявила: