– А я из Бильбао, – сообщил другой мужчина, чем-то неуловимо похожий. – Я тебя поддерживаю. У нас, правда, расплодились всякие борцы за права макак, но у меня в чулане есть отличное помповое ружье 12-го калибра и куча патронов с картечью.
– Генрих, не заводись! – Сказала стоящая рядом с ним женщина, дергая его за рукав.
– Я ещё не завелся, – ответил он, ласково похлопав её по попе. – Вот приедем домой…
В стороне от пирса под красивой группой пальм стояли полтора десятка малайцев. Местный персонал… Берилл почувствовала, что этих людей ей точно жалко.
Тем временем на островках северного кластера Ланг-Реданг бойцы РККА, отправив в эвакуацию 500 туристов вместе с отрядом сопровождения, разворачивали бразильские мобильные системы залпового огня «Astros», оставшиеся после покойных гвардейцев. Теперь ракеты были наведены не на восток и северо-восток (в море), а на юг и северо-запад, на столицы султанатов Терегану и Келантан. Обе столицы попадали в радиус 30 миль. Около полуночи первый ракетный залп накрыл оба аэропорта… Линейный командир Даом Вад отрапортовал коменданту Кхеолонга Лон Бусану об успешном достижении целей, и тот приказал ракетной батарее на Пуло-Ваи в Сиамском заливе возобновить обстрел – уже не по морским нефтегазовым платформам, а по берегу, лишившемуся авиабазы сил ПВО и теперь практически беззащитному.
Реплики крылатых «Фау-1» образца 1942 года стартовали, но до их подлета к целям оставалось ещё примерно 40 минут. В этот интервал времени предстояло уложиться множеству событий. Сейчас ход был за австралийским корветом «Индевер» и тремя ракетными катерами первого удара, подошедшими для его поддержки. И капитану Олдсмиту было тошно от того, что предстояло сделать. Технически всё просто, как молоток. Цели известны: два патрульных корабля Теренгану прямо по курсу, ещё два таких же – в полста милях к югу, на рубеже островов Дунгунг, и три вспомогательных корабля в том же южном районе (они ведут поисково-спасательные работы на месте загадочной гибели эсминца «Хэви-Блом»). Суммарная огневая мощь австралийского корвета и трех катеров превосходит силы противника в 40 раз. Это расстрел кораблей с экипажами. И надо отдать приказ, потому что десантные летающие лодки «Hercules» вылетели с базы Кокос. У кластера Ланг-Реданг они не должны попасть под удар ПВО противника. Сухопутную ПВО уничтожат комми, а морская – это задача Олдсмита…
Судовой врач Кэтлин Финчли тихо подошла к капитану, курившему в открытой части командного мостика у леера и положила ладонь ему на плечо.
– Угрызаешься совестью, Джед?
– Что-то вроде того, – проворчал он. – Если бы эти чертовы исламисты по-настоящему обстреляли тот дурацкий корабль «Красного креста» на юге, то мне было бы проще.
– Давай, я позвоню Пак Ену? – Предложила она.
– И что? – Спросил Олдсмит. – Ен объяснит мне, что убивать исламистов можно, как он выражается, не ухудшая свою личную карму? Я хорошо видел, как с его мини-фрегата запустили робота-камикадзе. И малазийский эсминец с экипажем полтораста человек разнесло в клочья…
– Ты считаешь, что Ен поступил аморально? – Перебила Финчли.
– Нет, Кэт. У Ена свои резоны. Он обещал Ним Гоку прикрывать красных парней…
– …И туристов, – снова перебила она.
– Да. И туристов. Ен отличный парень, но мы с ним по-разному смотрим на жизнь.
– Представь себе, Джед, он знает, что вы с ним по-разному смотрите на жизнь.
– Мы по-разному смотрим на жизнь… – капитан «Индвевера» сделал паузу, чтобы затянуться сигаретой, – …но результат одинаковый. Пак Ен на моем месте отдал бы приказ «fire» потому, что он лично считает это правильным, а я отдам такой приказ потому, что это мой долг, потому, что я давал присягу, потому что…
– …Давай, я всё-таки позвоню, – в третий раз перебила судовой врач.
– Зачем, Кэт?
– Понимаешь… – начала она, и в этот момент на мостике появился боцман Джонс.
– Алло, кэп! Ты уже знаешь про ту хрень, которая творится в эфире?
– Джим, – укоризненно ответил Олдсмит, – я тебе ещё раз ставлю на вид, что термин «хрень» никогда не отражает существенных особенностей обстановки или события.
– Да, кэп, обычно так, но сейчас творится натуральная хрень. Сюда идут ещё 4 мини-фрегата «Itanga» и Пак Ен их инструктирует на открытой волне. Ты послушай…
Олдсмит надел протянутые боцманом беспроводные наушники и услышал:
«…Зачистить все плавсредства, не принадлежащие к дружественным формированиям РККА и оззи. Людей уничтожать всех. Никто не должен остаться в живых. Есть одно исключение: суда в дрейфе с заглушенным движком и белым флагом, подсвеченным прожектором. Это «Красный крест» плюс специально обученные исламисты, которые сдадутся в плен к оззи, и оззи докажут «Красному кресту» гуманность ведения войны. Такой PR-прием очень выгоден. Поможем нашим друзьям сделать этот бизнес».