– Но, – возразил Фуопалеле, – эту глыбу надо бросить на сто миллионов километров.
– Да, – сказал Иватомо. – И, тем не менее, цена льда может оказаться приемлемой.
– В каком смысле приемлемой, Тада-сан?
– В рыночном смысле. Цена окажется сопоставимой с прочими расходами по созданию постоянно обитаемой базы на Луне, не говоря уже о Марсе. Я имею в виду базы того масштаба, как вахтовые поселки в труднодоступных районах Земли или на нефтяных платформах. Обычно там персонал не менее ста человек. Их снабжение тоже недешево, однако ценность добываемого продукта многократно покрывает эти издержки.
Иватомо замолчал, взял кувшинчик и наполнил маленькие чашечки рисовой водкой.
– Этот проект, – произнес Фуопалеле, – не помещается в моих мозгах. Это что-то типа великой тыквы из китайской сказки.
– Тогда, – предложил японец, – давайте поговорим о первом маленьком шаге. Он не так сложен, но если мы сделаем это, то докажем, что большой проект тоже выполним.
– Хэх… И что это за шаг, Тада-сан?
– Пока у космического льда нет сбыта, – сказал Иватомо, – но в космосе есть и другие минералы. Есть астероиды, состоящие на 80 процентов из железа и на 20 процентов из никеля и кобальта. Некоторые из них размером порядка ста метров и массой порядка миллиона тонн часто проходят от нас ближе, чем Луна. Цена любого такого астероида превосходит миллиард долларов. За 40 лет в JAXA создан каталог подобных объектов.
– Это их цена на Земле, – заметил Фуопалеле. – Но пролетающий астероид сачком не поймаешь. Я так понял, что вы хотите использовать прототипы боевых космических дронов. Получается дорогостоящий венчурный проект. Кто рискнет кучей денег?
– Эти деньги, Фуо-сан, уже есть. Вы знаете размеры бюджета Японии?
– Ну, – король почесал в затылке. – Я думаю, больше триллиона долларов. Так?
Японец кивнул, многозначительно поднял чашечку и покачал её в руке.
– Конечно, война и связанные с ней события привели к существенным потерям. И это сыграло позитивную роль. Блок «Возрождение Ямато» потребовал ревизии расходов бюджета и выявил там запланированные платежи, бесполезные и даже вредные для нашего народа. Мы вычеркнули полмиллиарда долларов на ООН, более 10 миллиардов помощи странам 3-го мира и 20 миллиардов, непродуктивных в военном бюджете, как показала практика. И мы уже сейчас получили 300 миллионов на первый шаг, который необходимо сделать до Нового года.
– Сроки по-военному жёсткие, – проворчал король.
– Правильно, Фуо-сан. – Иватомо улыбнулся, – вот почему я в самом начале разговора сообщил, что ваш военный склад ума это в данном случае безусловный позитив.
…
Мини-траулер «Coral fish» снова лежал в дрейфе, остановленный теперь сторожевым тайваньским корветом «для выяснения целей контактов экипажа и владельца судна с военным флотом КНР». Сценарий повторялся во всем, кроме оснований остановки, и смены вахты (на этот раз с военными общался не капитан «Коралловой рыбки», а его помощник, Атакэто). После короткой пикировки на палубе на борт поднялся майор тайваньской военной разведки Сун Лунчан и, «угрожая оружием», потребовал, чтобы Лоимаэ проводила его к хозяину мини-траулера. Но в отличие от континентального коллеги, он не похлопал по кобуре, а вытащил пистолет, и с добродушной улыбкой протянул девушке, чтобы она убедилась: оружие заряжено и пригодно для угрозы.
Лоимаэ с удивлением взяла в руки длинный тяжелый револьвер с 8-гранным стволом.
– Ни фига себе… Это что за штука такая?
– Ультра-модерн, – ответил тайванец, – …для своего времени, разумеется. Это оружие периода американской гражданской войны: «Ремингтон» образца 1857 года.