– А люди? – Спросила Брют. – Люди, которые там были, тоже… Так и лежат?
Поэте Тотакиа слегка кивнул головой.
– Ну. Я поэтому обратил внимание, и спрашиваю лейтенанта учебно-боевого крыла: за каким хреном разбомбили беженцев? Кому мешало, что они спокойно уедут? А он хороший парень, и ему тоже неприятно, он отводит глаза и говорит: «Ну, понимаешь, инструктор, они осели бы тут рядом на территории Центра, в лагерях для беженцев, и получилась бы «пятая колонна», источник терроризма, типа как палестинцы на Синае. Поэтому лучше их было сразу – шлеп»… С одной стороны, логика, а с другой, ничто нормальное так выглядеть не может. И ещё эти римско-католические попы…
– При чем тут римские попы? – Удивилась Брют.
– При том, что их епископ вручал нашему учебно-боевому крылу христианский aku. Устроили по этому поводу такой цирк-шапито. Я, конечно, отвалил в сторону, я не католик. У меня, типа, было чем заняться: проверить для профилактики системы механизации крыльев у наших флаек, черкнуть SMS родичам… Но цирк устроили практически на авиабазе, и я слышал, как обер-поп гонит муссон про римского бога, которому нравится, когда кто-то забрасывает фосфорными бомбами поклонников мекканского бога. После этого, хор девочек. Блин! Нет бы, пригласить нормальных девчонок. Ну ты понимаешь… А обер-поп притащил каких-то школьниц, чисто для музыкального фона. А потом одну девочку отправили за мной. В смысле, чтобы я поучаствовал, иначе, типа, неудобно получается. Я смотрю на это малолетнее горе с ножками – спичками, и думаю: как ей объяснить без «fuck» и «joder», почему мне не нравится ни мекканский бог, ни его римский близнец?
– И что ты придумал, Поэте?
– Я придумал креатив. Типа, у меня медитативное настроение. И спел ей вопилку про Великую Лунную Жабу. Слушай!… – пилот снова отбил ритм ладонями по панели…
Брют Хапиа захлопала в ладоши.
– Классно! Настоящая космическая вопилка. Правда, с заимствованиями из Биттлз.
– Ну… – Поэте развел руками, – по ходу, они бы не обиделись, как ты думаешь?
– Да, наверное, – согласилась она, – А как отреагировала девочка?
– Ну… Девочка немного офигела. Потом, я ей показал, как устроен пульт гибридного управления «Майского жука», загрузил на борт-комп программу – симулятор боя, и посадил девочку играться. Полный восторг! Римский бог был забыт нах.
– Ты толково выкрутился, – оценила Брют, – А кстати, на счет борт-компа. Тут можно поймать киви-канал? Интересно, что нового на острове Росса.
– Легко, – ответил пилот, и коснулся пальцем сенсорного экрана…
…
Уилки Гэмп покачал головой и негромко стукнул молоточком по столу.
– Тише! Ничего удивительного не происходит. Вооруженный конвой при доставке арестованного предусмотрен законом… Офицер, сейчас, пожалуйста, снимите с арестованного наручники… Спасибо. Вы свободны. Сопроводительные бумаги я подписал, они на столе, можете забрать… Арестованный, пожалуйста, успокойтесь. Назовите суду свое полное имя и гражданство.
– Я – Туджэддин Гюлям, гражданин Новой Зеландии! Я заявляю протест против этого незаконного ареста! У нас что, уже военная диктатура?!
– Ваш протест зафиксирован, – спокойно ответил судья, делая пометку в черновике протокола. – А сейчас готовы ли вы дать показания?
– О чем? Меня схватили на улице, застегнули наручники, угрожали, привезли сюда…
– Я задал вопрос, мистер Гюлям. Вы готовы давать показания, или отказываетесь?
Арестованный, смуглый высокий довольно полный мужчина лет 50, одетый в очень неплохой, но несколько помятый серый костюм, спросил:
– О каких показаниях может идти речь? В чем меня обвиняют?
– Вы подозреваетесь в террористической деятельности, – сказал Гэмп. – А сейчас суд интересуется: знакомы ли вы с муллой Фаттахом из Бангкока?
– Я был с ним знаком, но мулла Фаттах погиб. Застрелен. Вам это, видимо, известно, поскольку я вижу здесь боевика красных кхмеров, которые организовали множество убийств в тот день в Бангкоке. Судья, я, наверное, имею право знать, что происходит?
– Происходит расследование теракта с захватом заложников в Паттайе. В частности, расследуется ваше соучастие в этом теракте. Возьмите, пожалуйста, эту расшифровку перехвата телефонных переговоров между вами и муллой Фаттахом, и ответьте суду: соответствует ли эта расшифровка действительности, или в ней есть ошибки, – судья протянул арестованному несколько листов бумаги.