А сейчас вы видите на экране партизан самообороны Экваториальной Гвинеи. Их командир также ставит свою подпись под договором. Партизаны провели несколько стремительных диверсионно-боевых операций в глубоком тылу войск Африканского Единства и Габона. Как отметил в своей речи президент Буэзи Момбата, их действия сделали бы честь даже лучшим подразделениям коммандос Америки или Китая…
------------------------------------------------------------------
Гомер Симпсон от избытка чувств хлопнул ладонью по столу.
– О, черт! Там в первом ряду лейтенант Котто, сержант Лаас и Мбиби. Какие они, к чертовой матери, экваториальные гвинейцы!? Они же из десантных войск Мпулу!
– Не придирайся к ерунде, Слайд, – с иронией в голосе произнес Маркони. – Если наш подводник может превратиться в гренландского коменданта, то почему мпулуанский десантник не может превратиться в экваториально-гвинейского партизана?
– Они ещё и не то могут, – после некоторого раздумья согласился Симпсон. – Мбиби рассказывала мне, как она везла французского кардинала с Цейлона на Реюньон.
– Это шутка, Слайд?- Подозрительно спросила Уайтби.
– Знаешь, Венди, – ответил он. – В каждой шутке есть доля шутки. Так вот, в наше специфическое время эта доля очень мала. Теперь стало модно шутить всерьез.
– Это точно! – Поддержал Маркони. – Наши серьезно врезали тряпкоголовым в этом Гвинейском заливе!
– Какие наши? – Спросил Симпсон.
– Ну, наши подводники, – уточнил рядовой.
– Гренладские, – поправил лейтенант.
– Ну, допустим, гренландские, – согласился Маркони. – Но фокус с Ираном уж точно провернули наши, так, командир?
– Какой ещё фокус с Ираном?
– Ты ещё ничего не знаешь? – Изумилась Венди…
-------------------------------------------------------------------------
-------------------------------------------------------------------------
Как мы уже сообщали, прошлой ночью внезапно замолчали все теле- и радиостанции Тегерана и прервалась телефонная связь. Ситуация прояснилась только к полудню. Сейчас известно, что в ночь с 19 на 20 ноября в Тегеране шли ожесточенные уличные бои с применением минометов между корпусом Стражей исламской революции и силами специального назначения 8-го департамента SAVAK (Sazeman-e Ettela-at va Amniat-e Keshvar), остававшимися верными династии Пехлеви после её свержения Исламской революцией 1979-го. Около 2:00 группировка SAVAK заняла аэропорт Мехрабад на западе Тегерана и около 4:00 приняла несколько тяжелых транспортных самолетов с бойцами и военной техникой. Вскоре после этого сопротивление Pasadaran (Стражей исламской революции) было подавлено. Части регулярной иранской армии не успели прийти им на помощь: дивизии, лояльные режиму, были связаны на юго-восточном фронте (против Белуджистана) и на северо-западном фронте (против Курдской рабочей партии). Боеспособные дивизии в районе Тегерана утром перешли на сторону принца Мансура Реза Пехлеви (внука последнего иранского шаха Мухаммеда Реза Пехлеви). Принц Мансур прибыл в Тегеран после полудня, когда бои за столицу уже практически прекратились и выступил перед журналистами. Он заявил, (цитата) «Бесчеловечный эксперимент по созданию в Иране теократической диктатуры аятолл длился более полувека и принёс народу только страдания. Долготерпению народа пришел конец. Возобладала мудрость, заключающаяся в постоянстве прогрессивной национальной власти. Династия Пехлеви, Ахемениды, правила Ираном с VII века до новой эры по современному летоисчислению и сделала нашу страну великой. Сегодня я принесу присягу в том, что я, как и мой род, буду служить реальным интересам нации».
Присяга и коронация шаха Мансура Реза Пехлеви состоялась 20 ноября в 20:00 в скромной обстановке. Из гостей присутствовали представители ряда монархий Персидского залива, дипломаты, представители штабов армии и флота Альянса и журналисты, для которых шах Мансур в 22:00, провел пресс-конференцию. Он решительно опроверг слухи о массовых внесудебных расправах над сторонниками свергнутого режима, но признал, что (цитата) «значительное количество фанатиков поклялись защищать режим аятолл и были уничтожены в ходе боев за Тегеран». В противовес утверждению о десятках тысяч людей, погибших от действия нервно-паралитического газа «VX», примененного минометчиками сил SAVAK при штурме столицы, шах указал на (цитата) «факты народного ликования, которые были бы невозможны, если бы число жертв было так велико, как утверждают клеветники».