– А откуда йагмаг узнали про море Нези и Папуа? – Поинтересовалась Кияма Хотару, разливая какао по кружкам.
– Вот, – Штос коснулась пальцем пластиковой игрушки наподобие краба с клешнями, прицепленными к поясному шнурку «lza», – тут woki-toki-phone и topical-info-TV.
– Называется «tokinfo», – сообщил Окедо. – Удобный dick для тех, кто привык носить коммуникатор на поясе, а не на плече, как в Кирибати, и не в кармане, как в Японии.
– А в Папуа, – добавил Эланг, – носят на поясе, но в кармане. Это папуасы придумали удобные пояса с карманами, а подсмотрели у шотландцев, поэтому называют: «kilt».
С точки зрения юниоров-упаики, функция одежды в тропических широтах состояла в размещении мелких предметов в карманах, а также картинок и «фенечек» на внешних поверхностях. На борту корабля-кладоискателя посреди залива вторая часть функций отпадала, и трое этих юниоров обходились матерчатыми наплечными браслетами с кармашком для мобайла. Штос (по обычаю своего племени) носила только поясной шнурок – «lza». Пара японцев в майках и шортах выглядели на этом фоне одетыми для английского церемониального «five o'clock». Какое-то сходство между послеобеденным чаепитием, изобретенным в позапрошлом веке герцогиней Анной Бедфорд, и утренним какао на борту «Sea Shade» было. В обоих случаях к напитку прилагались в качестве неотъемлемой части светская болтовня о всякой всячине.
– «Tokinfo» придумала Пиопио, она vahine Хенаиофо Тотакиа, который старший сын Фуопалеле, – продолжила Тиви. – Когда готовилось освобождение Западного Папуа и Южных Молуккских островов, пришли волонтеры татутату, это племя буньипов, из которого Йи, vahine Сиггэ. Они носили «lza», на который удобно что-нибудь цеплять. Поэтому, Пиопио придумала gadget в виде вот такого краба. А потом к этому крабу в Кимби-колледже, в Новой Британии придумали язык «Robotic Britain Nova» – robobri, канал «topical-info-TV» и софтвер-адаптер «lingua support mix interactive» – Lsmi.
– Нет, – возразил Окедо. – Lsmi это Lingua South Maluku Islands, межплеменной язык Южных Молуккских островов в составе Папуасского Фриюниона. Типа нашего lifra.
– Ага, – Тиви кивнула, – ты глянь в i-net. Там все чётко: адаптер подобрал такую смесь языков, которая всем удобна, и теперь это южно-молуккский национальный язык.
– А когда смотришь южно-молуккское TV, то похоже на pidgin-en, – заметил Эланг.
– Ну, – она снова кивнула, – это потому, что языковая платформа там тот же robobri.
– А на Южных Молуккских островах интересно? – Спросила Штос.
– По TV интересно, – ответил он. – А как в натуре, не знаю.
Окедо открыл лежащий на столе рядом с котелком ноутбук и, продолжая неспешно отхлебывать какао из кружки, поиграл пальцами на клавиатуре.
– Хэх! Есть тема! 70-метровый японский минный тральщик W9 подорвался на мине и затонул около Амбоина в феврале 1943-го. Глубина небольшая, можно поднять.
– Ржавая жестянка, – вынес свой вердикт Эланг.
– Ты что? Ты посмотри толщину брони! Если с него содрать ржавчину пескоструйной пушкой и заварить дырку от мины, то можно задвинуть знаешь за сколько фунтиков?
– За сколько? – Практично поинтересовалась Тиви.
– Ну… – Окедо глубоко задумался над оценкой.
– Амбоин, – пояснил Эланг для Штос, – это центр Южных Молуккских островов.
– Я не отвечаю, что этот тральщик классная тема, – добавил Окедо, – но почему бы не посмотреть? Мы там не были, а может у Штос там есть родичи. Типа, познакомимся.
– Типа, копы, – сообщила Тиви, глядя на монитор радара на стене кают-компании.
– Что? – Спросил Дземе Гэнки.
– Филиппинская береговая охрана в восьми милях, – невозмутимо уточнил Эланг.
– Unkoketsu, – выдохнула Кияма Хотару, мгновенно опровергая мнение большинства лингвистов об отсутствии сильно грубых слов в японской лексике.
Ситуация, в которую попали двое японцев выглядела так. Они оказались, по существу, единственными взрослыми на меганезийском частном кораблике-кладоискателе с 16 малыми субмаринами Японского военно-морского Императорского флота, висящими у бортов под поплавками, в территориальных водах Филиппин и с несовершеннолетней гражданкой тех же Филиппин на борту (ясно, что девушка-буньип с Минданао по всем правилам является местной гражданкой). И вот: катер береговой охраны…
Чтобы понять, как так получилось, надо вернуться к раннему утру этого дня. Принц Поэтеоуа Тотакиа, сын Фуопалеле, позвонил и сообщил, что новозеландская пресса (точнее – кинохроника) собирается вылетать с Пелелиу к Лэйте. Это значило, что подводный танкер-кладоискатель должен выдвигаться на юг к проливу Суригао, где намечен впечатляющий подъем со дна двух эсминцев «Ямогумо» и «Митисро» и (на сладкое, если все пойдет хорошо) линкора «Ямаширо». Согласно плану и обычному здравому смыслу, всё внимание будет приковано к району этих работ, а оставшийся севернее кораблик «Sea Shade» окажется за кадром. Это позволит группе Поэтеоуа загрузить в трюм и вывезти все 16 малых субмарин «Koryu», не привлекая никакого внимания общественности и не отвечая на вопросы «куда?» и «зачем?».