– Я не догоняю, – встряла Скиппи, – в чем тут оптимизм?
– В том, что в ходе охлаждения углекислый газ частично поглотиться минералами, а частично переработается в кислород разросшимися посевами псевдобионтов и той атмосферой, которая получится, можно будет дышать. Я напомню вам, что до удара «Баллисты» на Венере было давление почти сто атмосфер и 96 процентов газового состава приходилось на CO2. Сейчас и общее давление, и количество CO2 упало на порядок, а температура уменьшилась от исходных 470 Цельсия до уровня ниже ста, однако говорить об успехе проекта, как о совершившемся факте, ещё рано.
Гренландец с шумом вдохнул и выдохнул, как слоненок Dumbo в мультике.
– Ладно, Кватро, а допустим, все получилось, как надо. И что с этим делать?
– А кто у нас фантаст, я или ты? – Иронично поинтересовался Чинкл.
– Ну, допустим, я. Но ты же ученый, и все такое…
– Кватро, давай расскажем ему про Лапуту? – Предложила Зирка.
– Зачем рассказывать? – Возразил Чинкл. – Пусть лучше это будет сюрприз.
– Лапуту? – Переспросил Орквард. – Это же летающий остров у Свифта в третьем приключении Гулливера. И при чем тут Венера?
– Скоро увидишь, при чем, – лаконично ответила Зирка.
– Где?
– На Тиморе, разумеется. Мы же туда летим, ты не забыл?
…
С некоторых пор Элвира Лабриа начала просыпаться относительно поздно. Не сразу после рассвета, как раньше, а примерно в 8 утра. На то имелась естественная причина: Элвира была на 6-м месяце беременности, и организм достаточно жестко диктовал ей определенные требования к образу жизни. Так было и сегодня. Она открыла глаза и увидела на соседней подушке нежный лилово-алый цветок и листок из блокнота с короткой надписью «Bon soro lanh oon. Nim», выполненной почти каллиграфическим почерком комбрига Ним Гока… Эта фраза по-кхмерски, одна из немногих, которые Элвира могла перевести, означала: «Я люблю тебя». В мирное время комбриг всегда вставал в 6 утра независимо от того, рабочий был день или выходной, и очень тихо выходил из комнаты. Если ему надо было куда-то по делам, а жена ещё спала, то он оставлял на подушке цветок и записку, всегда с одним и тем же коротким текстом.
Элвира улыбнулась и осторожно встала с постели. Прошла в ванную и, не торопясь, привела себя в порядок. Посмотрелась в зеркало и осталась, в основном, довольна результатом. Упаковала верхнюю часть себя в футболку, а нижнюю – в свободные бриджи, в которых пузо чувствовало себя комфортно. Вышла на кухню 2-го этажа и прислушалась. Со двора доносились несколько голосов. Ну вот. Опять…
Когда интересное положение Элвиры стало заметно окружающим, её сразу начали ненавязчиво опекать. Простая фермерская логика: в такой маленькой семье из двух человек домашние дела не на кого переложить. Значит нужна соседская помощь. Попытка красного комбрига как-то ограничить эту активность наткнулась на стену непонимания. Соседка, Тётя Марион, в ответ на его замечание о недопустимости эксплуатации снисходительно объяснила: «Не бойся, мы просто так поможем, без эксплуатации. Твой Маркс не обидится». (Тётя Марион считала Маркса каким-то языческим божеством наподобие древнеримского Марса.) Дядя Жосе был ещё более категоричен: «Это у себя в политбюро и в бригаде ты главный, а в житейских делах я главнее, я все равно, что твой старший родич». Спорить с Чуки, vahine Хаамеа, было вообще бесполезно, а у местной молодежи имелся четкий ответ: «мы имеем задание комсомольской организации: взять шефство над бытом товарища комбрига».
Судя по звукам во дворе, несколько молодых людей как раз занимались этим самым шефством. Выйдя на открытую террасу, Элвира увидела трех парней: Байио, Хуго и Джеспэ и Наоми, подружку Джеспэ. Эта компания без особой спешки доделывала лестницу к маленькому домашнему пирсу (на месте грунтового спуска, размытого ливнями продолжающегося сезона дождей, в этом году особенно мощного). Сейчас облачность была умеренная, ярко светило солнце, но Элвира почти с безошибочной интуицией, свойственной местным жителям, угадывала, что через час все внезапно изменится, на небо наползут тяжелые непроницаемые тучи, и как начнется…
Разумеется, долго оставаться незамеченной, стоя на террасе, не получилось.
– Привет! – Закричала Наоми. – Классно выглядишь!
– Да, – ответила Элвира. – Я даже пузатее, чем мой любимый китайский чайник! А скажите-ка, ребята: вы завтракали?
– Почти! – Ответил Хуго юниорской идиомой, которая в переводе на обычный язык означала: «нет, но я надеюсь, это будет очень скоро» (примеры: компьютер почти работает, электричество почти включили, я почти нашел хорошую работу, и т.п.).