— Но, кажется, моя репутация бежала впереди меня, потому что, когда я села напротив этого рэп-магната, Филлип выглядел так, будто готов к расстрелу. Мы достойно сражались, пока я задавала неудобные вопросы — вопросы фанатов. Вопросы, на которые, я уверена, хотят услышать ответы миллионы его преданных слушателей, и, думаю, вас очень удивят его ответы. Итак, без лишних слов, взгляните на мое эксклюзивное интервью с человеком, который стоит за всеми этими мифами. Смело составляйте собственное мнение, но главное — помните, что важнее всего музыка.
Я вставила ссылку на свое заранее записанное интервью и наблюдала, как цифра просмотров взорвалась, стоило его лицу появиться на экране.
Это был момент, когда моя карьера достигла пика.
С гордостью я смотрела свое интервью с «белым китом», настоящим Моби Диком 1музыкальной индустрии. Великолепный, блистательный и крайне неуловимый, Филлип Престон был самым сложным артистом, с которым можно было говорить откровенно. И я была той девушкой, к которой он обратился, чтобы нарушить молчание: он рассказал о своем пути к успеху, о родителях, о бывшей жене и, наконец — после долгих уговоров, словно по минному полю, — заговорил о своих недавних отношениях. Он преподнес мне на серебряном блюдечке личные подробности своей жизни, в то время как все остальные журналисты потерпели неудачу, и это было сродни чуду.
Это было мое величайшее достижение как музыкального журналиста. Я летала, парила, пока мой телефон начинал разрываться от сообщений. Никому, ни единой душе, я не рассказала о своем эксклюзиве. Я была на адреналиновом пике, когда уведомления начали всплывать одно за другим на экране телефона. Сотня, две сотни сообщений, а потом я увидела, что количество зрителей резко подскочило до полумиллиона. Полмиллиона! Я нервно рассмеялась и зашла в социальные сети Филлипа. Он только что выложил ссылку на мой подкаст с нашим интервью. У меня отвисла челюсть. Только на одной платформе у него было более восьмидесяти миллионов подписчиков.
Число зрителей продолжало расти. Я сделала это. Я ахнула, когда просмотры перевалили за миллион.
Миллион человек смотрели мой подкаст.
Миллион человек смотрели мой подкаст!
— ААААА! — закричала я в пустоту, оглядывая пустую комнату. Я вскинула обе руки вверх, когда цифра просмотров преодолела отметку в два миллиона. — О, Боже мой! — Я вскочила из-за стола, а глаза наполнились слезами невероятного изумления.
У меня никогда не было больше миллиона просмотров. Никогда. И те набирались месяцами. Это был величайший карьерный взлет в моей жизни. Я снова посмотрела на телефон, страстно желая поговорить с кем угодно. На экране высветился средний палец Лекси, и я не смогла не ответить на звонок.
— АААААА! — заорала я прямо в трубку.
— Стелла?
— Да! Ну что, все хорошо? Как думаешь, я задала правильные вопросы? Я монтировала его девять часов!
— Чего?
— В смысле, чего? Интервью Титана!
— Ты взяла интервью у Титана?
Небольшая часть моего восторга тут же улетучилась.
— Это был не тот звонок, на который стоило отвечать.
— Ты, блядь, взяла интервью у Титана?!
— Да. Я хотела всех удивить.
— И не взяла меня с собой?
— Прости. Почувствую вину позже.
— Ага, — ее голос понизился. Я услышала, как смыли воду в унитазе. — Да, Стелла, это чертовски круто. — Снова спустили воду.
— Ты где?
— Я в туалете в «Марки».
— Ладно. В общем, я сейчас на пределе, женщина. Мой телефон, в буквальном смысле, взрывается. Пять миллионов просмотров, Лекси. Пять миллионов!
— Я так счастлива за тебя, Стелла.
Я нахмурилась:
— Да уж, по этому удивительно монотонному тону я сразу поняла.
— Прости, — и тут ее голос ломается. Моя лучшая подруга никогда не плачет. Никогда.
— О, черт. Что случилось?
— Я перезвоню тебе, хорошо? Не хочу портить тебе момент.
— Ты ничего не испортишь. Ты не смогла бы это испортить. Обещаю. Меня будет штырить еще несколько дней. Так что, говори. Почему ты в туалете?
— Я на свидании вслепую. Он привел меня на свадьбу.
— Ну, и? Тебе нужна отмазка? Это на тебя не похоже. Ты же прямолинейная, как танк. Просто скажи ему свое обычное: «Дело не во мне, дело в тебе». — Улыбаюсь, вспомнив, как она использовала эту фразу при мне, отшивая басиста с вихром и дурным запахом изо рта.
— Стелла.
Я узнала этот тон. Он всегда был предвестником чертовски плохих новостей.