Он сгорал во мне — вместе со мной.
Блаженство.
Завершение.
Я не могла думать, не могла дышать, и всё, чего я хотела — это еще. Он поднял меня выше, чем я когда-либо взлетала, прежде чем мы рухнули сплетенным клубком на его матрас.
Обессиленные, лежа на спинах, глаза в глаза, мы молча переводили дыхание, рассматривая друг друга глазами людей, которые только что стали любовниками.
В голове кружилось так много слов, но могла лишь смотреть на него. Он медленно провел пальцами по моим губам, вниз по шее и вдоль изгиба груди.
Пока его пальцы исследовали мое тело, он не отрывал от меня взгляда, заполняя собой тишину. И в этих глазах я увидела ту часть себя, которую он забрал.
Глава
17
I Belong to You
Lenny Kravitz
Я рухнула на грудь Рида, когда он достиг разрядки, сжимая мою задницу и продолжая мягко пульсировать во мне.
Когда мы оба наконец отдышались, я отстранилась, всё еще обхватив его бедра ногами, и сузив глаза, сказала:
— Никогда больше не называй меня сестренкой.
Его улыбка была такой, что захватывало дух, когда он посмотрел на меня взглядом, всё еще наполненным желанием.
— Обещаю.
— И, кстати, я хотела сказать, что шоу было просто отвал бошки.
— У меня было ощущение, что оно было даже лучше, чем ты говоришь, когда ты начала кричать.
Я закатила глаза.
— Я про шоу говорила.
— Я тоже, — сказал он с лукавой ухмылкой.
— Откуда тебе знать? Ты ни разу не поднял головы.
Он наклонился и захватил мой сосок ртом, что-то пробормотав.
— Что?
Он отстранился, зажав сосок между зубами.
— Я никогда не смотрю в зал. Я там не ради них.
— Господи, — сказала я, презрительно фыркнув. — Просто ради музыки? Как банально.
— Не люблю толпу.
Я высвободила свой сосок из его рта и перевернулась на бок, оперевшись на руку.
— Тогда у тебя скоро будет большая проблема.
— Блядь. Ты выглядишь потрясающе без одежды, — сказал он, наклонившись, и прижимая меня к матрасу, снова впиваясь в мой затвердевший сосок до боли.
Я пискнула и вцепилась в его волосы.
— Рид, что ты будешь делать, когда поедешь в тур?
Он оторвался от моей груди и посмотрел на меня так, будто у меня только что вырос третий сосок.
— Тур?
— Ну да. Вас скоро подпишут. Вам придется гастролировать.
Его выражение лица было где-то между скептицизмом и весельем.
— Ага, — сказал он, широко раскрыв глаза, его голос был пропитан сарказмом. — Конечно, — прошептал он, стягивая наш второй презерватив и выбросив его в пакет из-под Taco Bell.
— Да, подпишут, — сказала я, когда он сел и посмотрел на меня через плечо, нахмурив брови.
— Тебе нужно завязывать с травкой Броуди, Стелла.
— Ты же знаешь, что я не курю. Ты правда не веришь, что вас подпишут, да? Ты не веришь, что это произойдет?
— Мы играем три года. Так что, нет, блядь, не верю. — Он поднялся и протянул мне руку.
Я взяла ее и встала рядом с ним.
— Вас подпишут. Это лишь вопрос времени. И выгонять меня невежливо, Рид. Должна сказать, я близка к тому, чтобы прихватить с собой одно из твоих яичек.
Его выражение лица оставалось невозмутимым:
— Надеялся, что ты помоешь мне голову, но, когда голый мужчина слышит угрозу своим яйцам, я буду бояться повернуться спиной.
— Ладно, но теперь у тебя две руки. Ты можешь помыть голову сам.
Он притянул меня к себе и сжал мою голую задницу.
— Я хочу твои руки. И я никогда… — он сглотнул, и его глаза вспыхнули искренностью, — Я никогда не говорил тебе, как сильно я ценю всё, что ты для меня сделала.
Я покачала головой.
— Да ладно, пустяки.
— Стелла, это было всё. — Его глаза пронзили меня, и тепло мягко разлилось по телу. — Это значило всё. Я был в таком дерьмовом состоянии.
— А теперь ты не в нем? — сказала я, мой голос был пропитан надеждой, но я знала, что это не так, потому что вина, которую он нес в себе, всё еще была очевидна на его лице.
— Нет, я всё еще в дерьмовом состоянии, — сказал он, пожав плечами, — но здесь, когда ты рядом, становится менее дерьмово.
— Ага, — сказала я, когда он направился к ванной. — А я-то думала, что действую тебе на нервы.
Он шел по коридору, и я пялилась на его идеальную задницу.
— Так и есть.
Я на секунду подумала о том, чтобы укусить его за ягодицу.
— И бешу?
— И это тоже, — сказал он, включая душ.