Глава
21
Sugar, We’re Going Down
Fall Out Boy
На следующий день после обеда моя сестра ломилась в дверь, как гребаная полиция. Когда Рид спустя несколько минут открыл, стало ясно — она «кое-что» прервала. Я затаила дыхание, пока она проходила мимо нас на кухню.
— Мне нужно, чтобы один из вас подменил меня на смене. Больше некому, и… ну, вы можете подменить?
— Я могу. У Рида концерт, — предложила я, пока она осматривала квартиру и затем отшатнулась, ахнув.
Она уставилась на Рида с таким недоверием, будто не верила своим глазам.
— Она забрала всю мебель, вообще всё?
Рид стоял с каменным выражением лица, пока Пейдж расхаживала по квартире.
— Какого черта, Рид? И ты вот так живешь с тех пор, как она ушла? — ее глаза мгновенно наполнились слезами, когда она перевела взгляд на меня. — И ты живешь с ним в таких условиях?
— Перестань делать вид, будто тебе не всё равно. Мы в порядке, — сказала я, скрестив руки на груди. — Я тебя прикрою. Сейчас оденусь.
— Я подвезу тебя, — сказала она. Я взглянула на Рида, и его пораженная поза говорила сама за себя: он только и мечтает выбраться из этой ситуации.
— Ладно.
Я достала из своей спортивной сумки чистую черную футболку и переоделась прямо при них. Пейдж поморщилась и пристально посмотрела на нас. А потом перевела взгляд на Рида, на ее лице застыло негодование:
— Как ты позволил ей уйти, оставив тебя в таком положении?
Я навострила уши, пока мчалась в ванную за резинкой для волос. Мне самой не терпелось услышать те же ответы.
— Пейдж, — сказал он, — прекращай.
— Ни хрена! Ты же не настолько бесхребетный. Она забрала всё! Здесь же была мебель. А теперь один матрас на полу, Рид?!
— Не важно.
— Да как ты можешь так говорить?
Пейдж наседала сильнее, чем я когда-либо.
— Эй! — вмешалась я, стараясь предотвратить надвигающуюся ссору. — Мы едем?
Я подошла к Риду, беззвучно прошептала «прости» и сказала, что встречусь с ним на его концерте, после чего вышла за дверь. Десять минут я наматывала круги у подножия лестницы и уже собиралась подняться обратно, когда Пейдж спустилась вниз.
— В чем дело? — спросила я.
— Ни в чем, — тяжело вздохнув, ответила она. — Поехали.
Мы сели в машину, и я с облегчением выдохнула, когда она повернула ключ, и по радио заиграла Heart-Shaped Box Nirvana. Я не хотела с ней разговаривать, хотя мне до жути не терпелось узнать, о чем она только что говорила с Ридом. И еще больше — выяснить, не усугубил ли этот разговор и без того напряженную между нами ситуацию.
Впервые в жизни я промолчала. У меня не было ни малейшего желания оправдываться.
— Он не жил так, — сказала она спустя несколько минут. — Их квартира была уютной. Совсем не то, что сейчас.
Я не понимала, кого она пытается убедить — себя или меня.
— Не знаю, почему он позволил ей это сделать, даже если…
Тут она привлекла мое внимание.
— Даже если что?
— Ничего. Просто это нелепо. Он умный парень. Он не дурак.
— Чувство вины. Возможно, она давила на него этим, — сказала я, многозначительно взглянув на нее и намекая, что она сейчас поступает так же с нами. — Но, Пейдж, авария — это не его вина.
Мы подъехали к ресторану.
— Откуда ты знаешь?
— Просто знаю, — ответила я, забирая свой фартук из бардачка.
— За рулем был он, — сказала она с высокомерием.
— А причиной стала она, — ответила я монотонно. У меня не было сил продолжать его защищать. Сколько бы она ни твердила, что заботится о нем, она никогда не давала ему и шанса на оправдание. Я была уверена: Рид — не тряпка. Может быть, его слишком часто били исподтишка, ему просто уже было плевать, и он устал защищаться.
— Я знаю, ты считаешь меня конченной сукой…
От злости на глазах выступили слезы, но я взяла себя в руки.
— Я никогда тебе этого не прощу, — прошептала я, поворачиваясь к ней. — Никогда. Что бы ни случилось между мной и Ридом. И дело не в том, что я сплю на матрасе на полу. Я лучше буду там с ним, чем буду мыть твою посуду и спать на твоем диване. Ты вышвырнула меня на улицу и повернулась ко мне спиной, потому что я не сделала так, как ты велела. Я не твой ребенок. Не тебе решать за меня. Я твоя сестра. А Рид, может, и твой друг, но он всего лишь твой друг.
Ее глаза сузились.
— Ты ворвалась сюда, как ураган, и всё испортила. Ты не невинная жертва. Ты — ходячая драма, и ты это знаешь. Я обязана о тебе заботиться, но, эй, раз хочешь свободы — теперь ты сама по себе.