Сегодня вечером я была одна, и, хотя музыка стоила того, чтобы дышать этой пылью, с жарой было уже не так просто. Бабье лето, твою мать! Это же Техас. Осень здесь длится неделю, прежде чем ударят морозы. Было очевидно, что жара не собирается отступать, пока я вглядывалась в потные лица толпы. Не говоря уже о том, что ураган «Рита»104 бушевал у побережья и швырял порывами ветра прямо на фестиваль, превращая его в песчаную бурю. Ко второму дню я уже просто боролась за то, чтобы досмотреть сет и не задохнуться. Я была измождена этой борьбой.
Более десяти тысяч человек кричали вокруг, пока я пробивалась сквозь бесстрастных фанатов, освещенных огнями сцены. Я была на грани паники и отчаянно искала хоть немного пространства.
— Прошу прощения, — пробормотала я, пробираясь сквозь толпу, которая теснила меня со всех сторон. Перегретая и выбитая из колеи, я пригнула голову и прорвалась дальше, проталкивая себе путь локтями.
До самого края людского месива оставалось всего пару шагов, когда меня будто что-то остановило — тонкий шепот, вспыхнувший где-то на границе сознания. Несмотря на зной, по позвоночнику скользнуло холодное, настороженное чувство.
Подними глаза, Стелла.
Я подняла.
И встретила взгляд Рида Крауна, который смотрел прямо на меня, всего в шаге от места, где стояла я. Электрический разряд пронзил меня с головы до пят, пока он смотрел на меня — на то, как я смотрю на него, а толпа вокруг двигалась будто в замедленной съемке. Мои шаги замедлились, на губах дрогнула слабая тень улыбки, но мгновенно исчезла, когда я поняла, что он стоит за какой-то девушкой. Она была мне незнакома, а его руки свободно лежали у нее на плечах. Она покачивалась перед ним под песню Лиама Галлахера105 о женщине, которая, возможно, сможет его спасти. Я зажмурилась, как делала уже сотни раз, уверенная, что это всего лишь галлюцинация от жары и усталости. Потом открыла глаза.
Он всё еще был там.
Рид вернулся в Остин.
И обнимал другую девушку.
Телефон завибрировал у меня в кармане, но я проигнорировала его, не отрывая взгляда от него. Его взгляд прожигал меня, пока блондинка подпрыгивала в такт музыке, сияя улыбкой и похлопывая его по по рукам, обнимающим ее.
Она, наверное, часто улыбается. Наверное, не задает много вопросов. Молодец, Рид.
Что-то в его выражении лица говорило, что он никак не ожидал увидеть меня здесь. Вполне справедливое предположение, учитывая, сколько людей нас окружало.
Вот он, момент. Пора двигаться дальше, Стелла.
Но это казалось неправильным. В этой ситуации всё было не так. Я смахнула с лица всю грязь, включая проклятые слезы, которые позволила ему увидеть, и снова начала пробиваться, прокладывая путь через натиск толпы. Сердце билось, словно выброшенная на берег рыба, пока я шагала сквозь редеющие группы людей у палаток, и внезапно врезалась в чью-то твердую грудь.
— Простите, — пробормотала я, налетев на стену из мышц и ухватившись за его руки, чтобы не рухнуть и не увлечь его за собой.
— Ничего страшного.
Мы подняли глаза одновременно, и я мгновенно узнала эти потрясающие, глубокие синие глаза.
Нейт Батлер.
— Какая неожиданная встреча. — Он усмехнулся, разглядывая меня, нахмурив брови. Я была буквально раскаленным месивом, мои губы, наверняка, всё еще дрожали. — Ты выглядишь горячей, причем не в том смысле, — сказал он, отводя меня к ларьку с напитками и заказывая несколько бутылок с водой, которые тут же принялся мне вручать.
— Пей медленнее, — сказал он, наблюдая, как я залпом осушаю две подряд. Я намочила ладони и провела по лицу холодной водой. Он прищурился, потянулся ко мне и большими пальцами аккуратно стер тушь, размазавшуюся под моими глазами.
— Почему у меня такое ощущение, что эта смола на твоем лице поплыла не из-за жары?
— Что? — выдавила я, чувствуя себя худшей актрисой в мире. — Я прекрасно провожу время!
— Ладно, — протянул он, и его затянувшийся взгляд кричал о том, что он не верит ни единому слову, после чего он кивнул в сторону приятеля, которого я даже не заметила.
— Стелла, это Маркус.
Маркус был красив — не как Нейт, но близко. Высокий, с кожей цвета кофе с молоком и теплыми карамельными глазами. Нейт снова перевел внимание на меня, и с гордым видом оглядывая меня, произнес: