Я поймала себя на том, что разглядываю Нейта, который стоял неподвижно, ожидая продолжения, будто не существовало в мире ничего важнее, чем услышать, чем же закончится моя история. Он исследовал меня, и я была его целью. Никаких намеков, двусмысленных сигналов — всё было ясно. Это было удивительно приятно.
— Что? — спросил он, оперевшись рукой о дверной косяк. Его пиджак давно снят, а рукава когда-то безупречной рубашки были закатаны до предплечий.
— Ты не устал?
— Да, а теперь рассказывай.
— Ой, я устроила целое представление и… — я покачала головой. — Знаешь, у нас была эта полка над камином…
— Кажется, я догадываюсь, к чему всё идет, — в его груди вибрировал смешок. — Неуклюжий ребенок, да?
Я кивнула.
— Это были часы его покойной матери, моей бабушки, которую я никогда не видела. Она умерла до моего рождения. В общем, полка не была как следует прикреплена к кирпичной кладке. А я использовала ее как опору для эффектного наклона, прямо как в «Флэшденсе114», и…
— И ты потащила всю эту конструкцию за собой, — рассмеялся Нейт.
— Это было ужасно. Просто кошмар. Не знаю, как мои родители пережили мое детство, — я округлила глаза. — Я разбила часы. — Я тяжело вздохнула. — И знаешь, что сделал мой отец?
Нейт сделал шаг вперед.
— Что, Стелла?
Он был так близко, а я не отступила. Вместо этого я сама подалась вперед.
— Ничего. Он не кричал и не злился. Но я видела грусть в его глазах. Это была одна из последних вещей, оставшихся от нее. Он просто поднял их, поставил обратно на полку и сказал, чтобы я продолжала танцевать.
— Похоже, он хороший человек.
— Я чувствовала себя такой виноватой, — прошептала я, когда Нейт убрал волосы с моего плеча.
— Это были всего лишь часы, а с тобой всё было в порядке.
— Так сказал и отец. — Именно так он и сказал. Я не отрывала взгляда от Нейта.
— Я бы подумал так же, — тихо сказал он.
Я сжала его руку, лежавшую на моем плече, и наклонилась ближе. Мы были так близко. С книгой в руке я смотрела в его глаза цвета индиго, мысленно притягивая к себе. Мои веки начали смыкаться… Секунды тянулись, затем еще…
— Ты любишь футбол?
Я вздрогнула и уставилась на его губы, гадая, почему они всё еще не на моих.
— Футбол.
— Завтра.
— Завтра, — выдохнула я, глядя на его полные губы, что растянулись в улыбке.
— Хорошо. Заеду за тобой в три. — Нейт взял книгу и взглянул на обложку.
— Ты ее читал?
— Стелла, — его шепот коснулся моих губ. — Я, блядь, жил на этих страницах неделями.
— О, — мое лицо вытянулось от разочарования. — Я надеялась подарить тебе что-то новое.
— Ты и подарила, — не колеблясь ответил он, и его губы коснулись моего уха. — Завтра.
— Уже сегодня.
— Сегодня, — согласился он, всё же принимая протянутую книгу и одаривая меня чертовски сексуальным подмигиванием, прежде чем уйти.
— Спокойной.
В течение нескольких долгих минут я не чувствовала себя виноватой. Ни из-за того, что не вспоминала о Риде, находясь рядом с Нейтом. Ни из-за того, что предложила ему свое время… или свои губы. Всё это принадлежало мне.
И молчание Рида подтверждало это.
Но была одна вещь, что заставляла меня ворочаться в постели, пока мысли неотступно следовали за мной. Я хотела, чтобы Нейт поцеловал меня.
Глава 31
Clumsy
Fergie
В ту субботу я проснулась ближе к вечеру и поняла, что Лекси всё еще нет дома. Я тут же отправила ей короткое сообщение:
Я: Скучаю по тебе.
Лекси: Приходи сегодня на концерт.
Я: Хорошо.
Лекси:Правда?
Я: Ага. Прости.
Лекси: Не извиняйся. Увидимся вечером.
Я вышла из дома пораньше с длинным списком дел и уже успела выполнить половину, когда вдруг вспомнила, что согласилась пойти с Нейтом на футбол. Взглянула на время на iPod, и осознав, что опаздываю, последние три квартала до дома, я бежала так, словно за мной гнались.
Захлопнув входную дверь, я уставилась на старые часы с римским циферблатом в гостиной.
— Черт!
У меня было десять минут.
Я прыгнула в душ и как раз уже брила ноги, когда услышала настойчивый стук в дверь. Наспех обернувшись полотенцем, я рванула в прихожую. За дверью стоял Нейт в игровой экипировке. На голове у него торчали солнцезащитные очки, а сам он был в серой толстовке с надписью Texas кирпичного цвета. Но сосредоточиться я смогла только на мурашках, пробежавших по позвоночнику, когда его взгляд вспыхнул, увидев меня — мокрую, в одном полотенце, со струйками пены, стекавшими по ногам.