— А чем вы отличаетесь от нас? — Дитфен говорил, не отводя взгляда. — Мы грабим корабли, вы грабите корабли, и даже города и земли. Я был в Йорке в тот самый день, когда даны подошли к нему.
— Ты видел сыновей Рагнара Лодброка?
—Только издалека видел Ивара, которого вы зовете Бескостным. Мне повезло, я остался жив. С тех пор много чего повидал.
— Почему вы напали?
— У нас не было выбора, — пояснил Дитфен. — Когда утром мы увидели, что к острову подходит драккар викингов со щитами по бортам, стало ясно, что лучше переждать, спрятаться. Мы ведь рассчитывали, что это торговый корабль.
— Совсем как тот, что заходил сюда два дня назад? — Рогнвальд высился над всеми, и его руки, обагренные кровью, внушали невольное уважение и страх всем, кто видел его сейчас.
— Верно, — подтвердил Дитфен. — Мы убили всех, кто оказал сопротивление, а эти... — он показал в сторону дерева с повешенными. — Сдались нам, но это их не спасло.
— Почему вы убили их? Это ведь хороший товар?
— А зачем они нам? — удивился Дитфен. — У нас нет корабля, чтобы отправлять пленных на невольничьи рынки. — А пищи на всех не хватит. Эти люди были не способны к нашему делу. Поэтому мы принесли их в жертву. Может, и вороны Одина отведают их мяса.
— Ты веруешь в Одина? — недоверчиво спросил Рагнар, глядя на разбойника с возрастающим интересом. — Разве ты не христианин? Я слышал, что в Йорвике до прихода данов жили только христиане.
— Я верую в того бога, который помогает мне, — двусмысленно отвечал Дитфен, усмехаясь каким-то своим тайным мыслям. — Я видел, как сотни христиан лежали в поле со вспоротыми внутренностями, совсем как мои несчастные товарищи. — Он кивнул на трупы разбойников. — Какой из богов помог им? Сыновья Рагнара Лодброка пришли в Англию с именами своих богов на устах. И они помогли им. А еще скажу тебе, викинг, что Христос — бог слабых и отверженных! Воину лучше веровать в других богов.
— Как тебе удалось так быстро прийти на помощь? — Рагнар повернулся к молчаливо наблюдавшему за разговором Инегельду.
— Благодари зоркие глаза Беспалого, — показал тот на Виглифа, который вместе с остальными викингами бродил по поляне, собирая оружие и доспехи убитых. — Он увидел кого-то из вас... там, на склоне холма. И сказал мне, что надо поторопиться. — Инегельд замолчал, что-то обдумывая, затем обратился к Дитфену: — Скажи мне, где же тот корабль, который зашел сюда несколько дней назад?
— За этой скалой есть еще одна бухта. Корабль там. Они плыли в королевство свеев.
— Ты отведешь нас в лагерь, как и обещал! — резко проговорил Инегельд. — Покажешь источник воды и...
— Вы сохраните мне жизнь? — в тоне голоса Дитфена не было чего-то умоляющего. В его искореженной, запятнанной кровью невинных жертв душе не находилось места для жалости к самому себе. Он был по-своему мужественен и только хотел ясности.
— А зачем ты нам? — усмехнулся Инегельд, повторяя те самые слова, которые некоторое время назад разбойник сказал о повешенных корабельщиках. — Или ты хочешь стать рабом?
— А почему бы мне не стать викингом? — Дитфен держался с достоинством, с которым у него на родине обычно держались знатные таны. — Я владею мечом не хуже любого из вас, — он глянул на Рогнвальда и добавил: — Кроме этого бойца...
— Мы подумаем, — поспешил с ответом Рагнар, которого раздражало, что Инегельд ведет себя как вождь. Ему хотелось, чтобы Дитфен, в котором чувствовался вожак береговых разбойников, относился бы к нему как к ярлу.
— Поспешим в лагерь, — подал голос Инегельд, догадываясь о чувствах сына Стейнара. — Нам надо многое успеть...
Он отдал приказы, и часть викингов направилась к драккару, забрав оружие и тела трех погибших товарищей. Трупы разбойников остались на съеденье птицам и зверям.
Лагерь разбойников находился неподалеку от побережья, в укромном месте. Дозорные, выставленные на холме, могли в случае надобности предупредить об опасности. Но сейчас здесь было пусто. Они не оставили здесь никого, чтобы справиться с кучкой викингов наверняка.
Дитфен отдал им всю награбленную добычу за последний год. Викинги с удовлетворением разглядывали монеты мавров, и серебряные, и золотые женские украшения, застежки, фибулы, оружие с инкрустированными драгоценными камешками рукоятками, бусы из янтаря — чудесного камня, который приносит на берег Балтики море; здесь были и ткани с Востока — Серкланда, которые везли на рынок купцы-венеды.