— Госпожа, что происходит? — робко уточнила Дора. — Пришли лакеи, собрали все наши вещи и принесли в это жуткое место.
— Самое место для вас, убогие, — раздался голос от двери, и я не успела успокоить напуганную горничную. В дверном проходе торжествующе улыбалась Диналия. За ее спинами виднелись любопытствующие мордашки девушек, которые недавно подбегали к Селине, чтобы узнать про танцы.
— Быстро она переоделась, — тихо заметила я, повернувшись к Изумрудной. Та только кивнула головой.
— А мы зашли узнать, как вы тут расположились, — как будто ничего не произошло, продолжила Диналия. Шагнула в сторону и махнула рукой. Из-за ее спины тут же вышел лакей в парадной ливрее. В одной руке у него было деревянное ведро с водой, а в другой швабра.
— Ты смотри, даже инвентарь принесли, — сухо заметила я. Лакей, повинуясь жесту Лиловой, поставил ведро передо мной, а швабру положил рядом.
— Диналия, по-моему, ты переходишь все границы, — очень спокойно произнесла Изумрудная.
— И что мне с этим делать? — поинтересовалась я, разглядывая орудия труда, и непонимающе хлопнула ресницами.
— Как что? Лей воду и мой, — оскалилась Диналия. Мое унижение доставляло ей истинное наслаждение. То есть, про унижение, это ей так хотелось думать.
— Лить воду и мыть? — переспросила я.
— Да, — резко ответила Лиловая.
— Ну, лить, так лить, — согласно кивнула я, подхватила тяжелое ведро за ручку, придержала дно и со всей силы плеснула. Нет, не на пол, как того хотелось Лиловой. А на саму Лиловую. Девушки сзади с визгом отскочили в стороны и их не особо задело. Диналия, получившая холодный душ из ведра, стояла, глупо открывая рот и силилась что-то сказать. Селина громко расхохоталась. Дора испуганно прижала руку к губам и замерла.
— Да как ты посмела, дрянь? — наконец собравшись с силами, взвизгнула Лиловая.
— Сама приказала, — флегматично ответила я, поставив ведро на пол, и отошла чуть в сторону, чтобы брызги воды от разозленной Диналии меня не достали.
— Я не это приказывала, гадина! — снова взвизгнула Императорская фаворитка.
— Да почему меня все гадиной называют? — возмутилась я и холодно посмотрела на Диналию. — Не умеешь приказывать, не берись.
— Это я не умею? — возмутилась Лиловая.
— Чтобы все было исполнено так, как нужно, указания должны быть четкими и ясными, — менторским тоном пояснила я. — И не должны вызывать разночтений.
— Что? — разом потеряв голос от злости, прошипела Диналия.
— Повторяю для особо одаренных, — ответила я. — Указания должны быть четкими и ясными, не вызывая разночтений.
— Да кто ты такая, — снова зашипела Лиловая, — чтобы меня учить, как отдавать приказы прислуге?
— Ну, — холодно посмотрела я на нее, — во-первых, никак не прислуга, чтобы приказывали мне. И, уж извини меня, дорогуша, мысли твои читать я не могу. Конечно, допускаю, ты пришла с самыми чистыми намерениями, чтобы помочь. Но это совершенно не меняет того, что ты посмела приказывать мне.
— А кто ты такая? — зло оскалилась Диналия. — Всего лишь представительница рода изгоев.
— Вот тут ты ошибаешься, — улыбнулась я ей, словно неразумному ребенку. — Если я была бы просто представительницей рода изгоев, то моя сестра не стала бы супругой Серебряного.
— Это твоя сестра, а не ты, — зло посмотрела на меня Диналия. — А ты просто отребье. И Император взял тебя в жены, потому что не хочет, чтобы Золотые снова нанесли удар в спину.
— А знаешь, — вздохнула я, всеми силами стараясь подавить в себе ярость. Слова Лиловой о причинах, побудивших взять меня в супруги, сильно резанули по сердцу, — причины в данном случае совершенно неважны.
— Как это? — ахнула Лиловая.
— А вот так, — слегка приподняла я плечи. — Артефакт принял меня, а не тебя. И именно я супруга, а ты всего лишь шлюха. Вот и все.
— Ах ты тварь! — взвизгнула Лиловая и бросилась на меня. Никто не успел ничего предпринять. Кроме меня. Я как раз была готова к этому, поэтому и специально злила Диналию. Прекрасно было понятно, что она хотела унизить меня на глазах у остальных девушек. Но не тут-то было. Так что встретила я Лиловую быстрым ударом основанием ладони в солнечное сплетение. Она отшатнулась, потеряв дыханье, и изумленно посмотрела на меня. Но злость ее не прошла, и она снова кинулась. Следующий мой удар, уже кулаком, пришелся в глаз Лиловой. И этого уже девушка не выдержала, рухнула в лужу на полу и замерла, схватившись рукой за ушибленный глаз.
— Встать! — приказала я ей. Как ни странно, Диналия подчинилась. Я снова холодно улыбнулась. — Вот так, дорогуша, следует отдавать приказы.