— С доброй целью камни на поезд сбрасывать не станут, — проворчала Ядвися, и в эту секунду из тамбура в коридор шагнул малый в черной полумаске и шляпе, сдвинутой на самые брови.
— Прекрасные панны! — протяжно заговорил он, раскинув в стороны руки и тем самым перегородив путь к спасению. — Стойте, мои милые, не убегайте. Ничего плохого я вам не сделаю. Идите сюда, красавицы.
— Назад! — зашипела сквозь зубы Ядвися. Не сводя глаз с бандита, она начала пятиться назад, чтобы выбраться через тамбур в другом конце вагона; упирающуюся Улле она тащила за руку.
— А там нас тоже ждут, — спокойно сообщила посланница, взглянув через плечо.
И в самом деле, с другой стороны коридора к ним приближался еще один разбойник, так же растопырив руки.
— Вот мы и попались, — хмуро констатировала Ядвися. — Интересно, что с нами сделают?
— Почему вы так уверены, что с нами обязательно должны что-то сделать? — посланница продолжала поражать чудесами наивности, и Ядвися даже не удостоила ее ответом. Она прянула к окну, попеременно стреляя глазами то в одного, то в другого разбойника. Те подходили неспешно, вразвалочку, уверенные, что панночки никуда от них не денутся.
— Ничего не бойтесь, — шепнула Улле в ухо Ядвисе, и та поняла вдруг, что мелко дрожит, как в ознобе. И страшно на себя разозлилась. — Я не позволю им вас обидеть.
Разбойником оставалось только протянуть руки, чтобы взять девиц под локотки, когда распахнулась дверь одного из купе, и на пороге возникла королевна Мариша во всей своей ледяной красе.
— Что здесь происходит? — вопросила она с превосходным высокомерием.
Через какую-нибудь четверть часа три девицы — Ядвися, посланница Улле и ее высочество Мариша, — стояли у подножья меловой горы, опутанные веревками наподобие куколок шелкопряда. Связали их не туго, но плотно, так что им не пошевелить было ни единым пальчиком. Прочие фрейлины — и среди них Эрика, связанные подобным же образом, были рассованы разбойниками по купе и там же и оставлены.
Ядвися с трудом сдерживалась, чтобы не стучать зубами; трясло ее не от страха, а от нервного перевозбуждения, но все равно было очень противно.
У нее не оставалось уже сомнений, что изначально бандиты намеревались схватить королевну и посланницу (Дракон знает, зачем) и их-то пленение и было целью дерзкого налета. Ядвисю вытащили из поезда только потому, что она оказалась рядом с Улле, и теперь разбойники явно не знали, что с нею делать и поджидали того, кто смог бы разрешить их затруднение, ибо вернуть Ядвисю в поезд они отчего-то не решались.
— Эрика теперь со страху помрет, — прошептала она, улучив момент, когда охранники их на секунду отвлеклись.
— Пустяки, с нею другие фрейлины, — безмятежно отозвалась посланница. — Им наверное ничего не грозит.
— А нам? — тут же спросила Ядвися, которую безмятежность Улле выводила из себя.
— Если я правильно понимаю ситуацию, то и нам тоже, — загадочно проговорила драконица.
Ядвися немедленно загорелась любопытством и пожелала узнать, как же понимает ситуацию ее подруга по несчастью. Она уже открыла рот, но ее отвлекло замеченное краем глаза движение: со склона спускался, лихо скользя на осыпающихся камешках, еще один бандит в полумаске и шляпе, с пистолетами за поясом. Видимо, это и был тот человек, которого так ждали сторожившие девиц налетчики, ибо при его приближении они разом повернулись к нему, словно по команде.
— Это что такое? — свирепо вопросил он, невоспитанно ткнув пальцем в Ядвисю. — Ее вы зачем сюда притащили? По-моему, ясно было сказано, что…
— Но она была вот с ней, — заоправдывался первый малый, и столь же хамским жестом указал на посланницу Улле. — И мы подумали…
— Мало ли кто с ней был! Это не значит, что всех надо тащить сюда.
— Так мы можем вернуть ее обратно в вагон, — предложил второй. — Пускай сидит там, с остальными панночками.
Главарь помолчал, оглядывая девиц по очереди цепкими светлыми глазками.
— Теперь ни к чему, — отрезал он. — Берите и ее тоже наверх. А впрочем, я сам ею займусь.
— Только попробуйте пальцем меня тронуть! — взвизгнула Ядвися, вдруг не на шутку испугавшись: в голосе разбойника ей почудилось что-то очень кровожадное.
Визг ее не возымел никакого действия. Разбойник подступил к ней, примеряясь, как спортсмен-тяжеловес подступает к грузу, крякнул и самым непочтительным образом закинул ее себе на плечо, да так ловко, что Ядвися и взбрыкнуть не успела. И посланница Улле никак ему не помешала — верно, потому, что точно так же поступили и с ней.