— …А чем занимается ваш приятель?
— Он сочинитель. Неужели вы не слышали о нем? Пан Даймие часто бывает при дворе.
Улле неопределенно пожала плечами.
— Я мало кого знаю из ваших вельмож, барон, иначе не просила бы вас стать моим сопровождающим. Так значит, ваш приятель — сочинитель. И что же он сочиняет?
— Исторические романы о Великом Драконе, — с убийственно серьезным видом ответил пан Иохан и получил огромное удовольствие от изумленно округлившихся глаз Улле.
— О ком?!
— О Великом Драконе.
— Ваш приятель знаком с ним?
— Полагаю, что нет. Но у него богатая фантазия.
— Подумать только! А можете рассказать поподробнее об этих романах?
— Увы, не могу. Я их не читал.
— Ни одного?
— Ни одного, — подтвердил пан Иохан. — Я же сказал, что литературу терпеть не могу.
— Хм, ладно. Тогда спрошу у самого пана Даймие.
— Не советую этого делать, если только не хотите смертельно его обидеть. Понимаете ли, он полагает, что нет человека, не знакомого с его сочинениями. Нет и быть не может.
— А как же вы?
— Я хорошо притворяюсь.
— Ох, как у вас все сложно! Но что же делать? Вы меня заинтриговали. Теперь мне очень хочется узнать, о чем эти романы.
— Я достану для вас. Кажется, у герцога было несколько. Не думаю, что он забрал их с собой.
— Благодарю, — Улле с улыбкой коснулась его руки в перчатке.
Они прибыли, когда большинство гостей уже собрались. Пан Иохан не питал никаких иллюзий и прекрасно понимал, что их появление не останется незамеченным, как бы ему ни хотелось обратного. Еще он знал, что в салоне он встретит некоторых людей, которые будут отнюдь не счастливы его видеть. Стоило бы поразмыслить о предпочтительной светской стратегии. Будь пан Иохан один, он выбрал бы самую очевидную и прямую линию поведения, но он сопровождал даму — а значит, придется вести себя так, чтобы и в грязь лицом не ударить, и ей не навредить.
С непринужденным видом пан Иохан вступил в залу. На сгибе его руки невесомо покоилась ручка Улле. Незамедлительно он ощутил, как на нем и его спутнице скрестились десятки взглядов. А навстречу уже спешил хозяин дома, преследуемый целой свитой из девиц разной степени свежести и привлекательности, но с одинаковым выражением восхищения и преклонения в глазах. Пан Иохан немедленно отметил, что пани Оливии среди них нет.
Сочинитель был близорук, а потому не сразу разглядел лицо новой гостьи. А когда разглядел, то остановился так резко, будто с разбегу налетел на стену. В глазах его промелькнуло беспокойство — да что там беспокойство, почти испуг! Пан Иохан с подозрением покосился на Улле — та улыбалась с полной безмятежностью.
— Э… — начал было пан Даймие, но барон опередил его, поняв, что ситуацию нужно срочно спасать, иначе все инкогнито Улле рухнет.
— Позвольте представить вам мою сестру… двоюродную. Панна Улле только вчера прибыла с Западного побережья.
— Э… очень приятно, сударыня, — с некоторым напряжением выдавил сочинитель и поцеловал протянутую драконицей руку. — Иохан, я так рад вас видеть! — продолжал он уже более живым голосом. — Хотя никак не ожидал, что вы здесь появитесь. Я думал, вы вернулись в Наньен.
— Дела вынуждают меня задержаться на некоторое время, — спокойно ответил барон.
— А… да… конечно, — пан Даймие снова с тревогой взглянул на Улле. — Иохан, можно чуть попозже попросить вас на пару слов?
— Конечно.
Раскланявшись, они разошлись — пана Даймие ждали другие гости.
Улле с любопытством озиралась вокруг.
— Это и есть ваши сливки общества?
— Они самые, — вполголоса ответил пан Иохан.
— Пока что не вижу ничего особенного…
— А я ничего особенного и не обещал.
— Ну, знакомьте меня с этими сливками.
Они сделали круг по зале, то и дело останавливаясь, чтобы поговорить с каким-нибудь знакомым пана Иохана. Посланница Улле очевидно получала удовольствие, с живостью вступая в беседу. Что до барона, то чем дальше, тем сильнее ему становилось не по себе. Женщины вовсю строили ему глазки, а он первый раз в жизни не знал, как реагировать. Одна старая знакомая, пани Аманда, так и вовсе, приблизившись, беззастенчиво повисла у него на свободной руке, прижалась к плечу и пропела игриво:
— Ах, какой же вы ветреник, пан Иохан! на прошлой неделе, говорят, вас видели с сестрой Иштвана Наньенского, а нынче вы с другой дамой! Вы меня просто убиваете!..
— Улле — моя двоюродная сестра, — сухо ответил барон, пытаясь отстраниться от своей бывшей пассии. Но ее как будто приклеили самым надежным каучуковым клеем.