Видимо, придется его брать с собой в Вальден. Не знаю, как именно убедить Танниса в том, что для него же лучше уехать… Притвориться беспомощной девицей?
А в этом что-то есть…
Поверит, точно поверит!
Успокоившись, я с облегчением залезла во вполне приличный душ. Тот, кто оборудовал пристройку, знал толк в сибаритстве. Кажется, это сделал еще предыдущий, настоящий Хранитель, поскольку артефакт, приводивший в действие систему, питался от Библиотеки, да и выглядело все довольно старомодно. Зато роскошно! В отличие от скромного, аскетичного холла тут все сияло: и мрамор, и позолота, и обработанное особым образом дерево с южных склонов эльфийского полуострова – там, у океана, специально годами вымачивали стволы в прибрежных водах, чтобы на выходе получить почти не гниющий, прочнейший материал. Чаще из него строили корабли, но, видимо, предшественник Танниса желал ощутить себя мореплавателем.
Пушистый ковер в спальне, в котором я утонула по щиколотку, окончательно убедил меня в том, что эльф этот не из простых. Уж что-что, а фольмарскую продукцию из шерсти медведя-оборотня сходу отличу. Коврики свежие, из прошлогодней коллекции.
Кто бы ни снабжал бедолагу вещами, не скупился на лучшее.
Ароматы, доносившиеся из кухни, манили и торопили. Я быстро натянула сменную одежду – то, в чем я проходила лабиринт, проще выкинуть чем починить, – и поспешила на молчаливый зов.
Жареные колбаски, воздушный омлет, свежий хлеб, только что испеченный в скоростной магической печке последнего поколения. Кстати, очень сомневаюсь, что эдакую технику воспроизвела Библиотека. Тоже, поди, от щедрот душевных того, кто заточил здесь Танниса.
Мельком брошенный в холл взгляд подтвердил, что тот сияет чистотой. Все было готово к нашему отправлению. Вот только поедим…
– Светлейший Илмарин?
Голос, донесшийся от дверей, заставил меня подпрыгнуть. Даже эльф и тот чуть не подавился колбаской.
Надо же, не такой он и травоядный. Порцию мяса умял чуть ли не быстрее меня.
– Простите, что я не по графику, но Сиятельный настоятельно рекомендовал мне проведать вас как можно скорее. У вас все в порядке?
Посетитель неумолимо приближался. Мы с Таннисом застыли с полными ртами и выпученными глазами, глядя друг на друга в замешательстве.
Не сговариваясь, решили пустить дело на самотек и посмотреть, что выйдет.
Ну правда, не набрасываться же на посланника Сиятельного?
Кстати, кто это?
В эльфийских титулах я разбиралась слабо.
В школе такому не учили – нам хватало тонкостей по драконьему этикету, человеческому и оборотническому. Ушастые так давно и прочно сидят в своих лесах затворниками, что их уже практически в расчет не берут. А редкие птицы, долетающие до академий или каких-то должностей, или же торговцы – те общаются на человеческом и на титулы откликаются соответствующие.
Зачем засорять детям голову лишней информацией?
Тем временем говоривший переступил порог, заметил мою обувь рядом с останками эльфийских тапочек и резко замолчал.
Я аж из кухни слышала, как в его голове ворочаются шестеренки.
– У вас гости, Светлейший? – уже другим, лишенным подхалимажа ледяным тоном поинтересовался неизвестный. – Что-то случилось с защитой? Вам угрожает опасность?
Он наконец добрался до кухни и замер на пороге, оглядывая наше мирное пиршество.
Возможно, избыточное для раннего утра, но у каждого своя норма завтрака.
– Никакой опасности нет, – безмятежно отозвался Таннис, дожевав и проглотив кусок. – Присоединяйся, Силавис, я поставлю еще одну тарелку. Еды хватит на всех!
– Благодарю за гостеприимство, Светлейший, не откажусь. Только кто это? Вы уверены, что ее не подослали злоумышленники, планирующие ограбить собрание величайших сокровищ всех времен? – невежливо указывая на меня пальцем, настойчиво предположил Силавис.
Его явно напрягло присутствие посторонних в доме фальшивого хранителя.
Что ж. Не буду облегчать ему жизнь.
Я любезно улыбнулась, сверкнув клыками. У меня их чуток побольше, чем у обычного человека или эльфийки, а сейчас я выглядела именно человеком. Самым обычным, только очень-очень зубастым.
– Ну что вы, конечно, меня никто не подсылал! – заверила я. – Я сама пришла за сокровищами.
Таннис, стоявший к нам спиной у плиты, закашлялся.
Силавис тоже подавился заготовленной речью и машинально присел за стол.