Те, кто не был связан обязательствами, пытались покинуть страну. Хорошим это для них не кончилось.
Редкие всплески недовольства подавлялись безжалостно, отсюда затравленные жители окрестностей, шарахающиеся от вооружённых незнакомцев.
А недавно полыхнула вспышка.
То есть сначала освободился Таннис.
Силавис с содроганием представил, как разворачивается гражданская война, но бывший наследник его удивил. Он просто тихо исчез в неизвестном направлении. Его мельком видели на границе, а дальше – тишина.
И свет очищения.
В тот день дворец словно пробудился от долгого кошмарного сна.
Многих, очень многих влиятельных и высокопоставленных придворных пришлось отправить в целительское крыло. Самого же повелителя отнесли в спальню, как он попросил – повыше. Подальше от очага распространения плесени, которой отчего-то больше нравились нижние этажи. Очнувшись от внешнего воздействия, Эранис ужаснулся тому, что натворил, и постарался оказаться как можно дальше от источника заразы. Мало ли, тот снова оживет!
Тогда Силавис впервые услышал о нестандартном обитателе дворцовых закоулков. Даже заглянул в тайный ход, чтобы изучить его поближе, и поспешно ретировался, оценив масштабы бедствия.
– Похоже, нам тоже туда придется наведаться, – переглянувшись с Таннисом, заявила я. – Подчистить хвосты, так сказать.
И не теряя времени, мы последовали за Силависом, оставив повелителя отдыхать. Наша недолгая беседа вытянула из него все силы. Видно, плесень не только контролировала бедолагу, но и знатно от него подпитывалась.
Воин-советник чувствовал себя куда лучше.
– Во дворце мне становилось дурно, потому я старался как можно чаще уезжать, – честно сознался он по дороге вниз. – Выдумывал предлоги вроде участившихся волнений на границах, пожаров в лесу и всякое такое, и пропадал с отрядом на недели. Те, кто жил здесь постоянно, сейчас и головы поднять не могут, почти как Си… Эранис.
Он запнулся на титуле и покосился на Танниса. Что скажет бывший наследник? Как теперь именовать его брата и кто теперь взойдет на престол?
С этими, несомненно, важными вопросами придется подождать. Хотя бы до тех пор, пока мы наверняка не разберемся с заразой. Ее нельзя оставлять, ведь малейший клочок способен восстановиться и оплести замок так, что не спасется уже никто. Как выяснилось, у эльфов к вампиризму лишь частичный, физический иммунитет. А на ментальном уровне они наоборот удивительно совместимы. Почти как недостающее звено в пищевой цепочке.
Эльф, одержимый плесенью – жуть вообще.
Хуже вампира, тех хоть опознать можно!
Ближайший ход в тайные лазы открывался прямо из спальни повелителя. Удобно для вируса, устроился за стеной и нашептывай себе гадости!
Но сразу за камином никаких признаков плесени не обнаружилось.
Мы шли довольно долго, забираясь все ниже. Вокруг похолодало, по коже пробегал морозец то ли от влажного воздуха, то ли от дурных предчувствий. Жезл я достала из-за пояса и держала наготове. Вряд ли споры на меня выпрыгнут, но готовой нужно быть ко всему.
Выпрыгнуть может разное.
На потолок я тоже посматривать не забывала, потому первой заметила алые росчерки мха.
– Не торопимся, – прошипела, дергая для пущего эффекта Танниса за рукав.
Он застыл, огляделся и вслед за мной уставился на потолок, откуда многозначительно свешивалась спелая гроздь спор.
– Быстро же эта дрянь очухивается! – со смесью восхищения и ужаса отметил Силавис, отскакивая на безопасное расстояние – куда-то за нашими спинами.
Меня обуревали примерно те же эмоции, плюс немного омерзения. Дрянь, кажется, шевелилась, нацеливаясь на меня, как на самое слабое звено.
Вместо того чтобы смиренно принять свою участь, я подняла повыше жезл, готовясь обороняться.
И по обыкновению ничего не произошло.
– Милая, ты забыла что это артефакт Истинного пламени? – горячо шепнул мне на ухо Таннис, оказываясь за моей спиной. Чтобы наши головы оказались на одном уровне, ему пришлось ссутулиться и прижаться теснее.
После чего он крепко обхватил рукоять поверх моих пальцев.
Полумесяц слабо засветился, набирая мощность.
Плесень явственно заволновалась. Я бы даже сказала засуетилась, насколько это возможно в ее положении.
Но поздно.
Наши соединенные ладони нагрелись, сияние стало ярче, и через мгновение затопило весь коридор. Стало больно глазам, я зажмурилась, но все равно, когда полыхнуло, чуть не ослепла.