– Мышь! – Я взвизгнула, скидывая с себя тонкое одеяло, вскочила. Испугавшийся грызун запутался в одеяле, пронзительно запищал.
За окном занимался рассвет, все в комнате спали. Пока я не закричала, конечно. Девочки немедленно заворочились на своих местах.
– Что случилось?
– Кто-то кричал?
– Дайте поспать…
Я, преодолевая омерзение, поймала мышку в ладони, прямо поверх одеяла, пошла к окну. Не сказать, что я боюсь мышей. Скорее, здраво опасаюсь. По войне хорошо знаю, что в случае чего они могут стать как спасением, так и источником какой-нибудь неприятной болезни.
– Фелис, что это у тебя? – Взбудораженные девочки окружили меня, требуя раскрыть одеяло. Я аккуратно приподняла одеяло, показывая серую спинку.
– Что ты будешь с ней делать?
– А что я должна с ней делать? Выпущу. – На этих словах я толкнула створки окна и стряхнула мышь в траву перед окном. Только и мелькнул тонкий хвост.
– Это тебе подкинули, – закивала моя соседка.
– С чего ты взяла?
– У нас мышей не водится, это надо искать в кухне или амбаре… – Аккуратно заметила другая наложница.
– Да не эта важно, – махнула рукой та, что предположила в мышке врага. – Несколько месяцев назад император приблизил к себе одну из девочек…
– Марджери? – Предположила я.
– Как раз нет. Сянь, она в соседней комнате живет. Несколько раз мышей в постели находила, пока не захворала. А как выздоровела, так император про нее и позабыл совсем.
Ах, вот оно что… Несложно догадаться, чьих рук это дело. Впрочем, здесь не одна Марджери претендует на руку и сердца Луна. Думаю, найдутся желающие. Ну, нет уж. Меня свести им точно не удастся.
Однако мышами дело не обошлось. Видимо, ловить их оказалось накладно, поэтому через день я обнаружила, что мое платье разодрано в лапшу. Надеть это на себя не представлялось никакой возможности. Но я была не из стеснительных. Поэтому на завтрак в общую залу гордо вышла в ночной рубашке.
Даже шепотки притихли, наложницы смотрели на меня во все глаза. Матрона Цинь не сразу заметила мой наряд… Точнее, его отсутствие. И тут же подскочила со своей мухобойкой.
– Фелис! Несносная девчонка! – Крик её разносился по всей зале. Я думала, что оглохну. – Ты совсем стыд потеряла?! – Как будто он у меня был. – Где твоя одежда?
– Мне кажется у нас завелись мыши, госпожа Цинь, – прямо глядя на женщину, ответила я. – Мое платье настолько испорчено, что в нем невозможно ходить.
– Что за чушь ты несешь?! – Пальцы вцепились в мою руку. – Пошли!
В своей комнате я продемонстрировала матроне, что осталось от платья. Она еще долго кричала, что мы все тут пигалицы, которые не понимают, как им повезло, а ведь могли просить милостыню на рынке или собирать рис. Но, кажется, она прекрасно поняла, что происходит.
В последующие дни на мою постель выливали баночку с тушью, еда неожиданно оказывалась пересолена и ещё куча всяких мелких неприятностей. И я никак не могла понять тех, кто это делает. И хотя я понимала, что скорее всего не сдам зачинщицу, но проучить как следует стоило бы.
Однако это была недоступная мне война. Я участвовала в сотнях битв. Я знала, как победить противника в честном бою, я знала, каково это – перерезать горло в ночной тиши вражеского лагеря. Я знала, как направить конницу, чтобы она разбила стройные ряды противника. Но я совершенно не понимала, что делать с этим клубком змей. Невидимый враг пугал.
В ожидании очередного четверга я уже планировала, как отказаться от свидания с императором? Боги, он ведь даже не подозревает, что здесь творится на самом деле. Я была готова притвориться больной, мертвой, все что угодно, лишь бы не идти к Луну.
И, смешно сказать, теперь дело было не в постели. Одна мысль о том, что творил со мной император, вызвала сладкую дрожь, а внизу живота становилось горячо. Хотела бы я это повторить? Да. Признавать это? Ни за что. Но проблема была в ином. Император поиграет со мной и выбросит, как и ту девочку, которой носили мышей. Но жизнь моя в гареме станет невыносимой… Почти уже стала.
И когда в четверг перед ужином к нам в комнату зашла матрона, сердце мое стучало как бешеное. Женщина обвела нас колючим взглядом.
– Фу И, Его Величество просил тебя сегодня составить ему компанию, – склонила она голову чуть. – Собирайся в купальню.
Все кинулись поздравлять Фу И мою хорошенькую соседку, похожую на фарфоровую куколку. Я выдохнула. Боги обо мне, кажется не забыли.