-С чего бы это?- Сайрус удивлённо поднял брови,- Несмотря на это представление, устроенное императором, чаша весов по-прежнему на нашей стороне. Я это прекрасно понимаю. И я никогда не ставлю на проигравшего.
-Главное, не ошибись в своих расчетах.
Лектор как-то с подозрением посмотрел на своего главного союзника, после чего резко обернулся и пошагал прочь. Вся его многочисленная свита, словно свора щенков, послушно последовала за хозяином. Сайрус, со своей неизменной хитрой усмешкой на лице, какое-то время провожал его взглядом. Когда герцог, наконец, скрылся за парадной дверью, старый интриган наклонился и прошептал на ухо своему сыну.
-Давненько я уже не видел нашего "друга" в таком возбуждённом состоянии. Подумать только... Фалангус только что прилюдно плюнул ему в лицо, а он лишь утёрся и пошагал прочь. Этот процесс войдёт в историю. Император был просто великолепен. Первый случай, когда обвиняемый сам судил своих судей и при этом одержал убедительную победу.
-Ты прав,- Велиан кивнул головой,- Ситуация становится непредсказуемой. Даже не знаю, чем всё это может закончиться...
Через пол часа зал заседаний уже полностью опустел. Герцоги собрались у своих дирижаблей и готовились к погрузке. Один только Фалангус пока ещё не собирался никуда улетать. Просто стоял в одиночестве около посадочной площадки и внимательно всматривался в даль. Он явно кого-то ждал. Его ближайший советник Гестор прибыл только через четверть часа.
-Император, боюсь, у меня нет хороших новостей. Наши люди только что провели краткие переговоры с четырьмя герцогами. Никто из них пока не решается, открыто перейти на нашу сторону и начать войну с Лектором Кардини.
-Давай поподробнее.
Гестор взял короткую паузу и перевёл дух.
-Ливия Медаги конечно от всей души ненавидит убийцу своего мужа и сыновей, но боится, что наших сил будет слишком мало для победы. Она ещё сказала, что время для мести пока не наступило, и ей нет смысла рисковать своим домом и семьёй, ради такой безумной авантюры. Андреас Пунио также не слишком заинтересован в новом союзе. Молодой герцог ещё постоянно твердил, что его земли больше не являются частью империи, и ему нет дела до наших игр за власть.
-Как насчёт Сайруса Адриапитоса?
-Он лишь посмеялся над нашим предложением. В чём-то его можно понять. В его глазах, Лектор Кардини всё ещё гораздо более сильная фигура, чем ты.
-Харольд Хортхольд?
-Даже не захотел разговаривать. Просто послал куда подальше... Совершенно пустой номер.
-Вот и хорошо,- Фалангус на секунду задумался,- Кое-кто из герцогов, сам того не подозревая, прекрасно исполнил свою роль.
-Ты говоришь загадками. Может, объяснишь подробнее...
-От союза откололось два великих дома. Это уже неплохо. Теперь нам нужно поскорей отправляться в Рим и собрать всю городскую стражу. Мы больше не будем сидеть в городе. Вместо этого, сами двинемся навстречу неприятелю. Враг всё ещё в несколько раз превосходит нас численностью, но я уже кое-что придумал, чтобы слегка уравнять силы.
29 декабря. Полевой лагерь дома Хортхольдов. Пятьдесят километров к югу от Рима.
Плотно позавтракав и выпив, как обычно, с утра две бутылки креплёного вина, Харольд выбрался из своего шатра и, слегка помутневшим взором, осмотрелся по сторонам. Солдаты уже начали разбирать палатки и паковать припасы. Туда-сюда сновали груженые повозки и фургоны. Через несколько часов армия должна по быстрому собраться и снова двинутся на север. Вот, и славно. После короткого перемирия, вызванного Судом Императора, воинственные сицилийцы, наконец, снова продолжат свой победоносный марш на столицу. На ветру гордо развевались сине-белые полотна с серебристым морским змеем - родовым символом дома Хортхольдов. Офицеры громко выкрикивали приказы. Ровными колоннами строились ландскнехты, а артиллеристы тащили огромные пушки, отлитые, наверное, ещё лет семьдесят назад. Прямо, душа радуется от такой картины. Им бы ещё славную битву, напоследок. А то эта война какая-то совсем неправильная. Города сдаются без сопротивления и встречают захватчиков, как освободителей. Так не годится. Большинство солдат в этой армии уже давно не было в настоящих мясорубках. Это плохо для сицилийских мужчин. Может, хотя бы штурм Рима окажется стоящим делом.
Едва герцог оказался на плацу, как один из офицеров тотчас подбежал к нему и указал пальцем на маленькую чёрную точку в небе.
-Похоже, у нас гости.
Взглянув вверх, Харольд нахмурился.
-И кого это ещё черти несут? У меня не так много лишнего времени, чтобы тратить его на всяких бездельников.
Точка, тем временем, всё увеличивалась в размерах и вскоре приобрела контуры небольшого скоростного дирижабля. Харольд скучал. Его свита и телохранители, на всякий случай, стояли рядом. Когда аппарат, наконец, приземлился и на землю, и из него лихо выпрыгнул высокий, широкоплечий человек с двуручным мечом за спиной, все одновременно ахнули. Даже сам Харольд, увидев гостя, не смог скрыть удивления.
-Вот так сюрприз...
На какое-то время вокруг повисла мёртвая тишина.
-Добрый день, сеньоры.
Император Фалангус спокойно вышел на плац и поприветствовал старших офицеров и герцога. Харольд усмехнулся.
-Я мог бы прямо здесь заковать тебя в кандалы. Войне настал бы конец, а у меня самого появилась неплохая возможность поторговаться с Лектором Кардини.
-У меня есть предложение получше. Предложить вам мир и союз.
В рядах офицеров поднялся дружный смех. Правда, после того как герцог резко поднял руку, все сразу замолчали.
-Чего-чего, а наглости у тебя хватает. Мне это даже нравится. Может, расскажешь о своём хм... предложении.
-Этот разговор не для посторонних ушей. Дело касается вашей семьи.
Харольд кивнул, после чего обернулся и гневно посмотрел на своё окружение.
-Вы слышали? Быстро все разошлись и занялись чем-нибудь полезным. Собралась тут кучка интриганов и суёт свои длинные носы в государственные дела.
Через несколько секунд плац опустел. Герцог молча подошёл к офицерскому столику, после чего взял оттуда закупоренную бутылку вина и налил по полному стакану себе и своему гостю. Выпили не торопясь. После этого Харольд отодвинул бутылку в сторону и внимательно посмотрел сначала на Фалангуса, а затем на оружие за его спиной.
-Мне вот просто интересно, чего это ты и вся твоя шайка Меченосцев постоянно таскает с собой эти длинные двуручные клинки? Вы, вроде, больше любите перерезать кому-нибудь горло в тёмной подворотне.
Фалангус в ответ лишь усмехнулся, после чего достал из ножен своё оружие и положил его на стол прямо перед герцогом. Светлый, похожий на серебро металл ярко блестел на солнце, а рукоятку и лезвие украшали несколько рядов странных, вычурных знаков.
-Меч для нас значит то же самое, что для вас - военная форма, знаки отличия и боевые награды. По нему можно узнать, кто ты такой, каково твоё место в обществе и каковы твои заслуги перед страной и армией. Кроме того, он лишь поначалу кажется таким тяжёлым и неудобным. Если обучаться с ним с раннего детства, то в умелых руках, он становится изящным и виртуозным оружием, идеально подходящим для боя сразу с несколькими противниками.
-Занятная вещица,- Харольд почтительно взял меч в руки и немало удивился, заметив, что металл, из которого тот сделан, значительно легче стали,- Когда-то очень давно, у моих предков существовали похожие традиции. Оказывается, ты воин, а не просто пустой шарлатан. А ещё у тебя хватило смелости и отваги, чтобы придти в мой лагерь и что-то предлагать. Я это уважаю. Только зря ты проделал весь этот путь. Никакого мира и тем более - союза не будет до тех пор, пока ты снова не передашь трон Иви I.
-Неужели, наш бывший император, а также его отец Сайрус и тайный кукловод - Лектор Кардини значат для тебя так много, что ты готов, пойти за ними куда угодно. Твои солдаты уже проливали за них кровь в предыдущей Войне за Престол. Что ты получил за это? Дом Кардини, без особых проблем прибрал к рукам Сардинию и Корсику, Адриапитосам достался Крит, а Хортхольдам - лишь пара безлюдных скал посреди моря.
-Не нужно говорить мне, что я плохой правитель!- Харольд резко обернулся и с гневом посмотрел на гостя,- Мне плевать на все эти награды и привилегии! В прошлой гражданской войне я служил не ради Иви Ленивого и тем более не ради Кардини и Адриапитосов. Я поступал так, как мне подсказывает мая совесть. А тех, кто являлся сюда и начинал намекать, что у меня неправильная совесть, я обычно велю вешать на ближайшем дереве!