И вот он лежит кулем картошки и совсем не реагирует на нее! Растолкать что ли? Да ну, как-то невежливо... Ведьмачке в голову пришла шальная мысль - а если прикоснуться к нему? Она густо покраснела от собственных фантазий, одно дело отвечать на ласки Эскеля, а вот ласкать самой это уже совсем другое... Нет, она отлично знала строение мужского тела, не раз доводилось лечить вернувшихся с охоты названных братьев но как оказалось есть большая разница, когда прикасаешься в целительных целях и когда...желаешь. Не посчитает ли он ее слишком пошлой?
Рэйна отмахнулась от доводов рассудка и нервно закусила губу. Руками огладила его живот, грудь, широкие плечи и припала губами к теплой коже. Опустилась ниже, оставляя цепочку влажных поцелуев вдоль торса, обвела подрагивающим языком стальные мышцы пресса, ощущая слегка мускусный привкус его кожи и легонько царапнула ногтями узкую дорожку темных волос, что призывно уходила от пупка под пояс бридж. От возбуждения дыхание девушки сбилось, а бледные щёки раскраснелись. Трепещущимися от волнения и нетерпения пальцами коснулась внушительной выпуклости под брюками, провела ладонью по всей длине и наконец сжала.
Внезапно мир перевернулся и девушка оказалась прижата к койке дрожащим от желания мужским телом. Бешено горящие жёлтые глаза без намека на сонливость и вибрирующее рычание в приоткрытые губы:
- Моё наваждение...
И жёсткий, болезненно-сладкий поцелуй, крадущий дыхание. Она тянет Эскеля на себя, выгибается в необузданном желании быть ещё ближе, ещё тесне, оплетает его шею как удав, сама углубляя ненасытный поцелуй, чтобы чувствовать друг друга без остатка, ведь иначе просто нельзя.
Его полусогнутые пальцы прикасаются к приподнятой груди, проводят по выступающим рёбрам и плоскому животу, спускаются ниже, проникают под тонкую кромку белья и наконец скользящими движениями оглаживает чувствительную промежность.
Рэйна уже не сдерживает громких стонов, ведьмак срывает с нее рубашку, покусывает белую кожу шеи, с животной жадностью оставляя на девичьем теле отметины принадлежности. Она судорожно выкрикивает его имя как молитву, уже не боясь что их кто-то услышит. Больше не ощущалась прохлада комнаты, казалось воздух раскален настолько, что вот-вот начнет дрожать от жара. Девушка скрещивает ноги на пояснице Эскеля, бесстыдно трётся промежностью о его пах, царапает напряжённую спину, оставляя свои отметины.
Взгляд глаза в глаза, проникновенный до боли, до дрожи ещё один поцелуй, смешивающий дыхание двоих. Его первое движение, нетерпеливое но вместе с тем осторожное, постепенно ускоряющийся темп, капли пота на высоком лбу и налипшие темные пряди. На заострившихся скулах играют желваки. Ведьмак сжимает ее бархатистое бедро до синяков, лёгкая боль раззадоривает обоих лишь сильнее, он прикусывает порозовевшее ушко, ловит губами жаркие стоны.
На пике наслаждения, глядя на своего мужчину помутневшими от страсти глазами, девушка одними губами прошептала:
- Любимый... - Эскель на мгновение замер, а затем и сам с рыком достиг финала.