К храму Мелитэле они подошли уже после захода солнца, небольшая, но очень уютная территория производила очень домашнее впечатление. Рядом с самым строением находилось несколько огородов, на которых явно выращивают лекарственные травы. Матушка Нэннеке оказалась низенькой пухлой женщиной в летах, но с удивительно добрыми глазами и по-девичьи лёгкой походкой. Она приняла их без лишних вопросов, лишь с напускной строгостью подарила Геральта за то, что давно не навещал.
Когда Рэйна наконец засела попариться в баньке старая настоятельница сама пришла к ней. Долго смотрела ласковым взглядом, перед тем как заговорить.
- Маленькая девочка с глазами волчицы.
- Что, простите? - ведьмачка удивлённо привстала с узкой деревянной лавки. Жрица Мэлителе расположилась рядом, с поистине материнской нежностью поглаживая девушку по голове. Такой непривычной, что у непознавшей любви матери Рэйны защипали глаза. Она сердито отвернулась, стыдясь тому, как расчувствовалась.
- Я вижу в тебе большую силу и большое смятение. Ты способна изменить мир но не знаешь своего места в нем, не видишь Пути.
Девушка вздрогнула, слова Нэннеке били в самую цель.
- В тебе нет гармонии с собой, а без гармонии никак нельзя.
- Что же мне делать, матушка? - спросила ведьмачка, опустив глаза в пол.
- Изгнать ненависть из своего сердца, она не даёт тебе покоя, скапливается как яд на змеиных клыках и рано или поздно начнет сжигать все на своем пути, словно лесной пожар. - тихие но такие верные слова.
- Но я не могу не ненавидеть, это смысл меня самой.
- Ты сейчас врешь только себе, - нежно улыбнулась матушка и в уголках голубых глаз лучиками собрались морщинки. - У тебя есть смысл жизни, и не стоит зацикливаться на мести. Каждому уготован свой стежок на гобелене судьбы, и королю и воришке. Нужно только немного смирения и прощения.
И так же неожиданно как появилась, настоятельница храма ушла, окончив этим разговор.
Смирение... Если бы все было так просто. Как забыть шрамы, что калёным железом выжжены на душе? А тем более забыть.
Утром Нэннеке благословила своих гостей на лёгкий путь и на том они и распрощались. Теперь Рэйну ждёт разлука с Геральтом и долгий путь в одиночесте. Они оба долго не могли подобрать правильных слов, чтоб прощание не выглядело слезливым и притянутым за уши.
- До встречи, брат. Береги себя. - непринужденно улыбнулась и первая повернула коня на запад, уговаривая себя не оборачиваться. Несмотря на очень похожий денёк отчего-то было немного грустно.
Западня
Рэйна короткими перебежками двигалась вдоль покосившихся плит городского погоста. Солнце уже село и тени расплывались по земле уродливыми чернильными кляксами. Глаза девушки постепенно подстраивались к отсутствию света, свою роль сыграла выпитая "Кошка". Азарт охоты пьянил не хуже хорошего вина. Ещё издали она услышала влажное чавканье, противник был совсем рядом. Ведьмачка намеренно приближалась с подветренной стороны, дабы не быть обнаруженной раньше времени. Мгновение спустя ветер донес тошнотворно-приторную вонь разложившейся плоти и сырой кладбищенской земли. Аромат смерти щекотал нос, побуждал врождённые инстинкты охотника на нечисть действовать, но нет. Холодный разум должен быть на первом месте. Рэйна присела на корточки, укрывшись за обросшим мхом могильным камнем и сжала рукоять серебряного клинка, ждущего своего часа дабы вдоволь вкусить крови. Облизнула пересохшие губы, напряжённым взглядом выискивая малейшее движение. Она уже пятый год прилежно выполняла долг ведьмака, но каждый раз был как первый, каждый раз ее темная сущность хищника, спрятанная глубоко внутри под оболочкой человечности, поднимала голову в кровожадном оскале. Втянула воздух сквозь сжатые зубы, наполняя лёгкие воздухом с привкусом тлена. Её ожидание было оправдано, едва ночная тьма поглотила последний солнечный луч твари выползли из укрытия.
Девушка удивлённо присвистнула, её посылали избавиться от гулей, что нашли пристанище на погосте, но сейчас она видела почти дюжину гравейров, трапезничающих не первой свежести мертвецом. Редкие твари, настоящие реликты, не каждый ведьмак может похвастаться встречей с такими. Ещё меньше выживают после этой встречи. Крупнее любого из известных трупоедов, быстрые и, что самое паскудное, до чёртиков ядовитые. Малейшая царапина и заражение трупным ядом обеспечено. Вот вам и плоды войны, даже забытые монстры повыползали из жопы, чтобы насытиться падшими. Ведьмачка медленно достала из кармана пузырек "Иволги", чтоб ни один блик на окованной серебряными шипами куртке, ни один скрип не выдал ее местонахождения. Пусть эликсир не понадобится, но все же береженного боги берегут. Крепкий спирт в зелье обжёг глотку, почти мгновенно на белой коже вздулись потемневшие вены, сплетаясь в пугающий узор. Выждав момент когда твари будут наиболее увлечены едой, Рэйна одним размашистым прыжком вылетела из укрытия, посылая вперёд себя огненную волну Игни. Пронзительный визг чудовищ подсказал что поток пламени попал точно в цель и она выиграла несколько секунд форы. Но гравейры быстро пришли в себя, с утробным рычанием окружая её, постепенно сжимая круг. Тактика этих чудовищ была проста как двери, один сбивает с ног, осталье уже не дадут подняться, пожирая заживо. Ведьмачка рубанула первого ринувшегося к ней монстра, серебро вспороло плоть как масло. Вторая тварь бросилась к горлу и девушка метнула огненный шар прямо в распахную пасть с частоколом зазубренных зубов. Если такие челюсти сомкнуться на руке, то с конечностью можно попрощаться. Прыжок, и воительница вскакивает на могильную плиту, лишь бы вырваться из круга осаждающих трупоедов. Подпусти их слишком близко, и это будет последняя в жизни ошибка. Излишне настойчивый монстр получает по уродливой роже кулаком в шипастой перчатке.
- Подавишься! - выкрикивает вслед убегающей твари. Бесстрашное веселье только придаёт сил и она крутит меч в эффектной мельнице, от резких движений пряди у лица, заплетённые в мелкие косички разлетаются причудливым веером. Склизкая, грязно-бурая кровь марает сосредоточенное лицо, укрывает липким зловонным слоем броню. Колющий удар и очередного гравейра ведьмачка поднимает на меч. Хоть твари и тупые как пробки, но сильные, обозленые от боли и их больше. А пространства на узеньких тропинках между могилками для виражей немного. Рэйна едва успевает отскочить от подкравшегося сбоку чудовища, но он все равно успевает зацепить короткими когтями незащищенную кожу шеи.
- Блядство! - ругается, с яростью ощущая как неглубокие царапины начинают невысимо жечь, а значит трупный яд проник в кровь.
"Не зря пила Иволгу, может пронесёт" - нервно думала ведьмачка, осознавая что слишком заигралась. К счастью гравейров осталось лишь двое и мутнеющее сознание не помешало добить и без того раненных и измотанных соперников.
Рэйна тяжело оперлась на клинок, изрубленные останки чудовищ щедро усеивали землю. Пальцы некотролируемо дрожали, перед глазами все плыло, словно она знатно напилась. Она подняла лицо к темному небу, подслеповато щурясь. Звёзды над головой танцевали польку или это уже начались галлюцинации..?
- Прости, душа моя, но я не умею быть осторожной. - слабо улыбнулась и осела на заляпанную слизью траву.