- Ты, видать, не понимаешь... - его тихий шепот был громче всех бахвальных речей. - Эльфы и краснолюды уже попали под раздачу, как считаешь, если у голодной гиены закончится добыча, как скоро она начнет нападать на кого покрупнее?
Рэйна имела множество пороков за душой, но уж точно не глупость. Посыл она поняла мгновенно, если обезумевший король охотится на нелюдей, то рано или поздно придет очередь ведьмаков, что тоже к ним относятся. Еда стала безвкусной, аппетит пропал. Разве она многого хочет? Лишь жить в покое со своей семьёй. Почему именно теперь, когда она вновь обрела дом, проблемы сыпятся как из рога изобилия?
- Но! - Лютик снова скрылся за личиной глуповатого балагура и Рэйна в уме сделала пометку присмотреться к нему поближе. Ее напрягало столь близкое общение такого лицемера с ее семьёй. - Так или иначе все кончено, Радовид мёртв, и, - он заговорщески поиграл бровями, понижая голос. - И не без помощи одного небезызвестного нам ведьмака.
Девушка закатила глаза, ну как же, где политические дрязги, там и жопа Геральта рядом. Конкретно этот ведьмак мог посоревноваться с ней в искусстве сбора неприятностей.
- И давно он тут был? - пусть она спрашивала о Белом Волке, но втайне надеялась услышать хоть что-то о совсем другом мужчине. За долгие месяцы разлуки она не получила ни одной весточки от Эскеля и лишь хотела знать все ли с ним в порядке.
- Считай полторы седмицы как они отбыли. Одна ты запаздываешь. - ведьмачка подняла на барда удивленный взор.
- О чём это ты? Лето только подходит к концу, раньше осени меня никто не ждёт.
Лютик аж оторопел. Когда на пороге его таверны появилась Рэйна, он искренне полагал, что она идёт вслед за другими обитателями Каэр Морхена, дабы защищать Цириллу от Дикой охоты.
- Так ты не знаешь...
- Не знаю чего? - девушка подалась вперёд, ощущая как по хребту пробежал холодок и свернулся тяжёлым комом дурного предчувствия где-то в животе. Что-то определено происходило и ей это не нравилось. Бард задумчиво побарабанил пальцами по столу, не зная с чего начать и этот звук вызвал в голове ведьмачки стойкую ассоциацию с заколачиваемыми в крышку гроба гвоздями. Стук-стук-стук, шкряб.
- Они в беде. Большой беде. - девушка покачнулась, в голове зашумело но она заставляла слушать себя последующий рассказ.
- Цири, Дитя-неожиданность Геральта вернулась и за ней скачут всадники Дикой охоты. Он принял решение укрыть ее в Каэр Морхене и уже там обороняться. Они собрали кого смогли, чтобы дать бой, но... - Лютик нервным движением взьерошил напомаженные кудри. - Но это же Дикая охота! - мир перевернулся, под ногами словно разверзнулась дыра прямиком в ад, опаляя кожу жаром боли. Внутренности резало холодными шипами ужаса. Исчезли звуки, запахи, ее душа вопила, билась изнутри о задеревяневшее тело, пытаясь найти выход. Личный филиал ада догнал ее, уцепившись когтистыми пальцами в тонкую шею. Вдох-выдох. Через силу, с болью, будто воздух вдруг стал кислотой, что гоняла во венам концентрированную боль. В глазах барда она видела отражение того же страха, что сейчас терзал ее саму.
- И ты говоришь мне только сейчас? - до треска вцепилась напряжёнными пальцами в столешницу. Не сдержалась, перешла на крик:
- Ты морочил мне голову всякой хренью, зная что моя семья в опасности?! - в ярости подскакивает, взмах руками в бессильной ярости и тяжёлый дубовый стол отлетает в сторону, словно пушинка. Под подошвами сапог скрипят осколки посуды, так пронзительно, будто в этих побитых черепках стонет ее душа. Агония пляшущих чертей под кожей, желающих порвать хрупкую преграду тела и сжечь весь мир, пройтись тяжёлой поступью по пеплу собственной боли. Колкими иглами страх вонзается в сердце, слишком больно, слишком знакомо, слишком... Рэйна царапает холодными пальцами грудь, в безотчетном желании физической болью затушить это полыхающее пламя в душе. В ее глазах отражаются искры тех адских костров, на которых коптится ее душа и Лютик в ужасе отшатывается от этого зрелища.
- Я не знал, видят боги, я не знал... - он отступил от напряжённой девушки, чувствуя себя мошкой под звериным взглядом жёлтых глаз. Движение, быстрее ветра и чудовище выглядывает наружу из-под прикрытия человечности. Ведьмачка сжимает в кулаке ворот украшенного камзола, не церемонясь, до треска в шелковой ткани. Встряхивает, отчего кудрявая голова барда болтается из стороны в сторону, как у курицы.
- Отчего же ты не с ними, не там, а, друг? - тихо шипит ему в лицо, особенно издевательски выделяя последнее слово. Она и сама знает ответ - Лютик не воин, в бою от него будет больше проблем, нежели пользы. Но все ее нутро выкручивало от желания уколоть, причинить боль, лишь бы не гореть в одиночку.
- Мне нужен маг. Нужен портал. - чеканит каждое слово сухим, ломающимся точно мертвые ветви голосом.
- Ты верно плохо меня слушала... - попытался возразить бард, от чего гримаса злобы ещё больше исказила черты Рэйны. - Все чародеи, кому удалось выжить, давно бежали из города.
В злом бессилии девушка отталкивает его, воя от отчаянья, шатаясь из угла в угол как дикий зверь в клетке и не находя выхода из подступающего безумия. Она никогда не молилась, никогда не верила в богов, считая человеческие религии лишь трусливой попыткой переложить ответственность за свои поступки на эфемерную высшую силу. Но сейчас Рэйна была готова упасть на колени перед кем угодно, молить до хрипоты, наплевав на собственную гордость лишь бы помогли.
Нет! Она остановилась, судорожно ища решение, история не должна повториться, ещё одной потери ведьмачка просто не переживёт. Бросилась к выходу по пути бросив злобное:
- Молись бард, молись чтоб я успела, иначе я вернусь за тобой. - в ее расширенных зрачках Лютик ясно видел, что это вовсе не пустая угроза. Он и сам искренне боялся за друзей, но теперь к переживанию добавился ужас от того, что может произойти в случае трагедии. Мужчина давно приметил за ведьмаками одну черту - пусть свиду они и кажутся безэмоциональными, но если уж они испытывают что, то лавина их чувств способна снести все живое. Если любят, то до последнего вдоха, если мстят, то до последней капли крови. Даже страшно было представить, что способна натворить ведьмачка, которой больше нечего терять.
- Помоги им... - тихо шепнул вслед. Заметил как напряжённая девушка вздрогнула, но так и не обернулась.
- Иначе и быть не может.
Она гнала от себя страшные образы своих самых жутких ночных кошмаров. "Ведьмакам так просто сны не снятся" - некстати всплыло в голове давнее замечание Геральта. Да будут эти сны прокляты. Отгоняла мысли, что снова опаздает, когда взбиралась на коня и когда выпущенной стрелой неслась улочками вечернего города. Кто-то вскрикнул, не успев убраться из-под тяжёлых лошадиных копыт но петли ее личного ада так туго затянулись на шее, что Рэйна едва ли обратила на это внимание. Так трудно дышать, словно на грудь водрузили могильный камень. "Пожалуйста, только живи, только дождись меня..." - мысленно молила она в пустоту. Где-то на задворках сознания мелькнул логичный вопрос, отчего же в час беды ее не позвали, отчего оставили в неведении. Но что проку от пустых размышлений? Страшно, так страшно, что не смотря на середину лета знобит до дрожи в конечностях. Ну почему несчастья сыпятся на нее как из рога изобилия? Чем она так прогневила Предназначение? Гонка на пределе возможностей, люди, дороги, дома проплывали мимо, как в тумане. И лишь ужас стал ее верным, неотступным спутником.
"Здравствуй, мой ад, я не скучала"