- Я с тобой скоро дышать разучусь. - не то чтобы ведьмак не хотел детей, но до недавних пор и помыслить о подобном не мог. И, откровенно говоря, страшился подобных перспектив. Он не помнил собственной семьи и не мог представить себя самого в роли отца.
- Кажется ты упоминала Иорвета... - Геральт задумчиво покрутил свой стакан, наконец-то поднимая тему, что так его интересовала. Мужчина, которого он назвал "Роше" злобно оскалился, услышав знакомое имя, словно бык, завидевший алую тряпку.
- Неужели этот мудак ещё не сдох? - шипение, полное ненависти и несдерживаемой злобы, слабо походило на человеческую речь.
- Этот мудак... - Рэйна угрожающе встала, высвобождаясь из теплых объятий, ощущая как внутри подымается лавина гнева. - Этот мудак самый благородный из встреченных мною эльфов. - тихо, но тем не менее угрожающе проговорила она. - Он вытащил меня из такого дерьма, что тебе и не снилось. Тогда как подобные тебе откупились мною, как куском мяса.
- Иорвет и бескорыстность это что-то несовместимое. - Роше гнусно ухмыльнулся, с презрением смеривая ведьмачку взглядом. - Решила стать эльфской подстилкой?
Дернувшийся было Эскель опоздал, взбешенная ведьмачка юркой лаской перескочила стол, едва не снеся защвеневшую посуду, сбила мужчину с ног, сжимая пальцы на его горле. С силой приложила затылком о каменный пол и леденяще-холодным голосом произнесла:
- Ты защитил мою семью и только это сейчас поможет сохранить тебе жизнь. - она сжала чужую шею посильнее, с удовольствием ощущая как под пальцами нервно дернулся кадык. - Но ты сейчас бездарно просрал свой иммунитет. Так что ещё одно слово, полуслово или даже вздох в неуважительном тоне и я самолично сброшу тебя в пропасть. - нехотя отпустила языкатого идиота, напоследок от души пнув того.
- Я предупреждал, Вернон. - Геральт безразлично взирал на безобразную картину. - Ещё раз ляпнешь что-то в подобном духе и наша дружба может невзначай дать трещину. - присел на корточки, протягивая побагровевшому от унижения мужчине руку. - Рэйна одна из нас, наш друг и наша сестра. Оскорбляешь ее - оскорбляешь меня, уяснил?
- Уяснил. - процедил тот сквозь зубы, бросая на девушку беглый взгляд, полный затаенной злобы. Она ясно понимала, что теперь поворачиваться к этому человеку спиной явно не стоит.
Прикосновение мозолистой ладони к спине немного остудил пыл ведьмачки. Что ж, Эскель всегда умел своим несокрушимым спокойствием уравновновесить ее взрывной нрав. Тихо, слишком тихо для человеческого слуха, но все равно различимо шепнул:
- Не злись на него, у них с Иорветом долгая и сложная история, которую так сразу не поймёшь.
- Но ты слышал что он ляпнул?! - девушка снова взвилась, сверкая раздраженным взглядом. Ведьмак ласково улыбнулся, касаясь кончиками пальцев бледной щеки.
- Я знаю что это неправда и ты знаешь. Стоит ли распыляться на пустые слова?
Сердце защемило от его незыблемой уверенности в ней, такой искренней, словно это была прописная истина.
- Достойна ли я такого доверия от тебя?
- Ты достойна целого мира, душа моя. - нежность, искристая словно первые рассветные лучи, укрыла расстревоженную душу, успокоила уставшее сознание.
Нарочито громко стукнув дверью, в зал ввалился взмокший Ламберт, неторопливо снял рубаху, утирая мокрый лоб. Словно красуясь, что для него было так же привычно, как солнце во время грозы. Рэйна окинула внимательным взглядом всех присутствующих, мгновенно подмечая с каким интересом на это представление смотрит светловолосая чародейка, доселе не вступавшая в диалог. По тонким губам ведьмачки скользнула поистине змеиная улыбка. Значит ее язвительный товарищ открыл свое проспиртованное сердце для любви? Что ж, теперь она сторицей отплатит за все истрепанные нервы. Богатая фантазия стремительно рисовала перед внутренним взором картины идей сладкой мести и девушка превдкушающе примружилась. А языкатый ведьмак и не подозревая какая беда уже нависла над его головой с беззаботным весельем щёлкнул подругу по носу, словно ребенка.
- О чем задумалась, егоза? Скопилось у тебя интересных баек? - мужчина налил себе стакан разящего спиртом пойла, с удобством устраиваясь в кресле и закидывая ноги в потёртых сапогах на столешницу с надеждой поглядывая на Рэйну. Он знал как ее бесило подобное поведение, для воспитанной в дисциплине ведьмачки такое святотатство было словно серпом по яйцам. Но ее подозрительного благодушия ничего попортить не могло.
- Рассказать есть что, а похвастаться нечем. - задумчиво побарабанила пальцами по крепкому дереву столешницы. - Разве что о нильфгаардских солдатах, размазанным по переулку.
Геральт отвлекся от своей тарелки, вскидывая голову.
- Занятную кровавую баню ты тогда учинила. Хорошо, что успели быстро убраться из города.
Во взгляде ее давешнего недруга Роше на мгновенье промелькнуло что-то похожее на уважение. Все же он придерживался старой поговорки "Враг моего врага - мой друг".
- Давай подробнее, раз уж начала. - Ламберт поудобнее раскинулся в своем кресле, настраиваясь на интересный рассказ. Ведьмачка с деланным недовольством закатила глаза, понимая, что теперь от нее не отстанут.
- Да толком нечего рассказывать, тройка чёрных хотели надругаться над девочкой, я помогла, она отдала Право Неожиданности и по иронии судьбы оказалось что пока я шинковала этих мразей ее матушка разродилась сыном. Вот и сказочке конец.
Неожиданно голос подала та самая черноволосая чародейка:
- Ребенок для ребенка, вот уж что действительно иронично. - за пропитанным ядом тоном тщательно скрывалась какая-то затаенная боль и разочарование. Девушка даже на миг ощутила укол жалости, увидев уязвимое место Йеннифер, но все же усилием воли прогнала неуместное чувство.
- Тебя это злит, ведьма?