- Живая... Как же так, я же видел... - дурея от неприкрытой радости мужчина сжал в удушающих объятиях ее талию.
Девушка помрачнела, в затуманенном пеленой слез взгляде острыми осколками прорезалась жгучая ненависть.
- Магия. - бросила, словно ругательство. - Все беды от этой скверны.
Она призадумалась и с тяжелым вздохом начала свой рассказ, мягко перебирая пальцами темные пряди.
Затопивший волной страх, охватил ведьмачку, когда она увидела сияющий посох Карантира у самого затылка любимого. Не успеть, слишком далеко. Казалось бы лёгкое касание светящегося набалдашника, и вместе с голубой вспышкой сильный ведьмак падает как подкошенный, в широко распахнутых глазах отражается тот же кромешный ужас, что и на лице девушки. Словно весь мир одномоментно померк, а время остановило свой безудержный ход.
- Нет! - навигатор поворочавается, уже занося кинжал над охваченной паникой Рэйной, но она едва ли замечает движение, все ее внимание приковано к бессильно раскинувшему руки на льду возлюбленному. Острое лезвие вспарывает кожу и ведьмачка отшатывается. От удара кулаком о ненавистную рожу треснули костяшки, вспышка боли лишь подкинула в костер ее ярости дров и она обезумевшим зверем кинулась на эльфа, чьи безуспешные попытки отбиться девушка даже не замечала. Кромсала уже давно бездыханное тело на кровавые ошмётки, будто боясь , что проклятый навигатор может восстать.
Лишь убедившись, что Карантир более никогда не станет помехой на ее пути, на подгибающихся ногах кинулась к Эскелю, падая на колени рядом с мужчиной и припадая ухом к едва заметно вздымающейся груди. Живой! Сердце билось тихо, но быстро-быстро, будто пойманная в силки птица. Но недвижимый, лишь с жутко распахнутыми в ужасе глазами. Зрачки расширены так сильно, что почти закрывают золотую радужку.
Рэйна затравленно озирается, завидя обступающих ее солдат.
- Да чтоб вы все пропали! - кричит, вкладывая всю ненависть, весь страх в вибрирующий от злости голос. Взмах и клинок, подкрепленный силой Аарда, с хрустом вгрызается в толщу льда. Проворными змейками расползаются скрипучие трещины и, казалось бы, непробиваемая преграда с натужным стоном проваливается под ногами врагов. Их собственные тяжёлые доспехи неумолимо затягивают кричащих нелюдей прямо на дно бессердечного моря, пока на дрейфующем клочке льда не остаётся бессознательный мужчина и дрожащая девушка, что своим телом прикрывала его от холодного ветра и соленых брызг.