Она нахмурилась, глядя на меня и сложив руки на пластиковой столешнице.
Что-то в её выражении говорило мне, что такая мысль приходила ей в голову.
Я очень старалась не читать её больше необходимого минимума, так что не прикасалась к её свету, чтобы подтвердить это впечатление.
Её пальцы теребили потрескавшийся металлический край стола с зелёным узором.
Этот дом выглядел так, будто его обставляли примерно в 1954 году.
Выцветшая клетчатая ткань висела на окнах в качестве импровизированных занавесок и, возможно, раньше это были дешёвые полотенца для рук. Кухонные шкафчики были покрашены белой краской, но уже сделались серыми, а краска во многих местах истёрлась до дерева.
Пол, наверное, тоже когда-то был белым, но теперь тонкий линолеум пестрел чёрными отметинами и порвался по краям. Вода, попадавшая через разбитые окна и протекающую крышу, оставила следы практически на всём.
Перед нами стояли кофейные чашки, наполненные порошковым растворимым кофе и фильтрованной вскипячённой водой — и то, и другое предоставили мои люди.
Кажется, чашки нашли в доме. Тонкие, белые и абсурдно маленькие, они выглядели в духе того, что купила бы моя человеческая бабушка.
Брукс на моих глазах выдохнула, продолжая ковырять линолеум.
— У нас недавно был суицид, — сказала она.
Я моргнула. Я ощутила, как упомянутые ей моменты связываются в её свете с эмоциями, которые до сих пор вызывал в ней инцидент.
После короткой паузы я вздохнула.
— Да, — сказала я. — Вы наверняка правы, — в ответ на её озадаченный взгляд я пожала плечами. — Новак. Она наверняка убила его. Она единственный член вашей администрации, которого мы точно опознали как сотрудника Тени.
Брукс медленно кивнула. Её глаза прищурились.
— А ваш муж? На кого он работает в эти дни?
Я глотнула остывшего кофе, избегая её взгляда.
— Мы получили сводку, — сказала Брукс. — Его видели в Гонконге, Высокочтимый Мост. Вы же только что сказали, что это город Тени?
Я кивнула, по-прежнему не отвечая.
Однако она не желала сдаваться.
— Он работает на этого видящего, Тень? — спросила Брукс. — Или нет?
Поколебавшись, я показала одной рукой жест более-менее.
— Возможно, — сказала я. Когда она с неверием хмыкнула, я подняла ту же руку. — Всё сложно. У нас есть дочь. Он пытается её защитить. Нас обеих, на самом деле.
Но Брукс покачала головой, её лицо выражало нескрываемое раздражение.
— Как я могу вам доверять, если ваш собственный муж…
— Вам не придется доверять мне долго. Что касается Ревика…
Я поколебалась, вздрогнув от боли в сердце просто от упоминания его имени. Меня накрыло злостью, когда я вспомнила, как Даледжем высмеивал меня в точности за это.
— …Мой муж ушёл от нас совсем недавно, — закончила я, сосредоточившись обратно на Брукс. — Он не может навредить вам оттуда. Он также понятия не имеет, где я в данный момент. Если всё пойдет по плану, он и не узнает, пока нас след не простынет.
Раздражение продолжало сочиться из света Брукс, но она лишь кивнула, уставившись в стол. Я чувствовала, что ей кажется, будто ей приходится выбирать между одними лишь плохими вариантами.
Я не могла поспорить.
Я сверилась с временем в гарнитуре.
— Мы сейчас пошлём Талей и Чан обратно с вами, — сказала я, пытаясь приободрить её. — Если кто-то заметил ваше отсутствие в интересующем нас отношении, они подадут мне сигнал, и мы тут же будем действовать. В противном случае следуйте плану, который мы только что обсудили. Что бы ни случилось, мои люди вытащат вас оттуда невредимой, если вы захотите. Я сделаю всё возможное для этого. Обещаю вам.
Когда Брукс так ничего и не сказала, я показала очередной неопределённый жест рукой, по-прежнему стараясь не слишком читать её.
— Я также могу выделить вам больше моих видящих, если вы думаете, что сумеете провести их через охрану.
Я показала очередной плавный жест заверения видящих, озадаченная тем, что как будто уже не могу вспомнить свои человеческие повадки.
— Слушайте, — сказала я, переходя на свой калифорнийский акцент. Когда она наконец-то посмотрела мне в глаза, я наклонилась над столом. — Мы не собираемся давить. Я предлагаю вам выход. Я также предлагаю вам защиту. Если вы решите не делать этого, просто скажите моим людям, когда это станет важно. Они не станут вас похищать. Мы оставим вас там, если вы действительно захотите этого.