— Люциус, если ты не откажешься от идеи женить нашего сына из-за своей выгоды, клянусь Мерлином, разведусь с тобой, — довольно чётко и громко произнесла женщина, встав со своего места. — Подумай, готов ли ты потерять семью, ради своих амбиций и мнимого величия семьи.
Нарцисса гордо покинула столовую залу, оставляя мужа в одиночестве.
Глава 1
Война закончилась три года назад, но это могло порадовать лишь тех, кто не участвовал в битвах. Маги, которые не знали, что такое жить в палатке целый год, скрываясь от пожирателей, праздновали победу и радовались жизни, в отличие от Гермионы Грейнджер.
И вот сейчас она сидела на широком подоконнике в гостиной комнате своей квартиры, окна которой выходили на парк. И там за оконной рамой кипела жизнь. Люди спешили кто куда, парочки просто прогуливались, держась за руки и изредка быстро целуя друг друга, чтобы никто не видел. При этом девушка почти в каждой паре начинала смеяться, пряча лицо на груди у кавалера. Наблюдая за подростками, Гермиона им завидовала. Ведь это так прекрасно — жить, наслаждаясь каждым моментом.
— Гермиона, ты меня слышишь? — В мысли девушки ворвался голос её лучшего друга, Гарри Поттера.
— Да, я тебя слышу. Ты говорил о том, что мне нужно обратиться к психиатру из-за панических атак. И в который раз я скажу тебе только одно слово — нет. Давай уже закроем эту тему, — произнесла девушка, слезая с подоконника, и отправилась в кухню.
Естественно, брюнет последовал за подругой, пытаясь убедить ту всё же обратиться к специалисту.
— Пойми, я хочу, чтоб ты вылечилась и вернулась к работе. Мы не справляемся без тебя. — И тут он одёрнул сам себя, понимая, что сказал лишнее.
— Забавно получается. Ты не хочешь, чтоб я просто пришла в себя, а именно вернулась к работе. — Девушка налила себе бокал вина и, сев за стол, продолжила: — Гарри, скажи мне одно: ты хоть раз можешь просто поддержать, как друг? Мы с тобой через столько прошли, а теперь я слышу о том, что ты не справляешься и хочешь взвалить всё на девушку с нарушенной психикой? В один из дней появилась мысль согласиться на твоего хорошего врача, но теперь я понимаю, что не пойду на это.
Девушка посмотрела на друга. Да и что ещё она могла сказать, если всё и так было ясно. Гарри не интересовало то, как живёт его подруга. Молодому человеку нужна была от девушки польза, как и в годы войны. И более его ничего не интересовало. Гермиона не обижалась, ибо понимала, что слава слишком сильно вскружила ему голову. Точно так же, как и её бывшему молодому человеку — Рональду Уизли.
Как она могла потратить на такого человека полтора года жизни и запустить себя? Увы, ответа не было. Зато было чувство вины из-за гибели родителей.
Это случилось во время битвы за Хогвартс, девушка понятия не имела, что псы Тома добрались до них. Сообщили об этом только через месяц после того, как всё закончилось. Пару нашли в старом заброшенном здании, тела было невозможно узнать, настолько сильно их измучили заклятиями и физическими пытками. И день, когда ей сообщили об этом, запомнился, кажется, на всю жизнь.
— Гермиона, можно тебя на минуту? — окликнула девушку директриса школы. Та обернулась на голос любимого учителя и сразу направилась к ней.
— Да, что-то случилось? — Улыбнулась Грейнджер и внимательно посмотрела на пожилую женщину, которая смотрела куда угодно, но только не на свою лучшую ученицу.
— Пройдём в мой кабинет, — ответила Минерва и направилась по коридорам, зная, что девушка последует за ней. Да и глупо было думать, что может быть иначе.
Следуя за директором, Гермиона думала о том, что могло такого произойти, раз они направились туда, где нет лишних ушей.
Оказавшись в том месте, где раньше восседал один из величайших волшебников, женщина предложила присесть, а сама взмахом палочки приготовила чай. Девушка уже не могла даже представить, что же такое ей хотят сообщить. И вместо слов и долгих речей Минерва протянула конверт.
— Что это? — спросила Гермиона, взяв его в руки.
Женщина ничего не ответила, лишь присела рядом, жестом показав, чтобы она его открыла. И та не стала медлить. Распечатала, достала листы, что оказались обычными фотографиями, и, посмотрев их, замотала головой.
— Нет, нет, нет, этого не может быть. Я же спрятала их, поменяла имена и фамилии, стёрла память о себе. Никто не должен был их найти, — закричала Гермиона, не замечая дорожек слёз. Внутри поселились лишь пустота, боль от потери близких людей и огромное чувство вины.