– Забавно-то оно забавно. – Да не совсем, мысленно добавила Айрин. – А как ты с ними повстречалась ?
– Я брела от Провала, искала Гарди и заблудилась, или мне показалось, что заблудилась, а дракон отыскал органные меха, а потом отыскался и Гарди...
– А гоблины устроили на нас засаду, – продолжил гарпий. – Они подвергли меня суду за то, что я вроде как совратил Глори, но блестящая речь адвоката Хамфгорга...
– Погодите, – остановила горгона, – у меня голова идет кругом. Я, как и все матери, желаю добра своему сыну, но должна сказать, что он у меня мальчик глупый, некрасивый и бездарный. Я хотела бы, чтобы все стало иначе, но...
– Судя по рассказу Глори, твой сын попросту стал другим человеком, – сказала Чем.
– Айви! – догадалась королева. – Ее влияние!
– И я так думаю, – согласилась Чем. – Смею утверждать, что мы попросту недооценивали ее способности. А она взяла и изменила Хамфгорга! То есть все хорошее в нем попросту усилила.
– Ну а как же дракон? Дракон ведь плохой – злобный, жестокий. Получается, Айви должна была усилить его злобность и жестокость?
– Нет, талант не так уж глуп, я думаю. Он выбирает, что усиливать. То есть усиливает только то, что Айви подсознательно хочет усилить, что она выбрала для усиления...
– А я считаю, что надо быть огром среди волшебников, чтобы сдвинуть с места моего увальня, – все еще не хотела верить горгона. – Уж думала, с годами поумнеет, но теперь ему восемь, а в голове по-прежнему пусто...
– Ему всего восемь лет? – воскликнула Глори. – Тогда твоему сыну до гениальности, честное слово, какой-нибудь шаг остался. На суде он произнес просто блестящую речь!
– Да, – вздохнул Гарди, – он произнес блестящую речь и выиграл процесс, но вождь гоблинов, отец Глори, на все наплевал и приговорил меня к сожжению...
– Но я не оставила Гарди и прыгнула следом за ним в костер, – сияя глазами, рассказывала Глори. – Айви приблизилась к нам – и вдруг проснулся наш талант, и мы растворились в воздухе. Поднялся страшный шум, суета. Мы воспользовались этим и убежали.
– И снова талант Айви! – догадалась Чем. – Талант, силы которого мы еще не знаем. Гарди и Глори раньше ничем не выделялись среди лишенных волшебной силы соплеменников, но в них кое-что дремало. До времени. Трагические обстоятельства и мощь нашей маленькой волшебницы объединились – и две половинки стали единым целым! Половинка таланта – нечто фантастическое, новая страница в истории ксанфского талантоведения.
– С половинкой души мы ведь уже встречались, – напомнила Айрин. – А теперь вот половинка таланта. Вполне закономерно.
– Не стану спорить, – улыбнулась Чем, – в магии Ксанфа еще много тайн. Но вот что ясно: раз так замечательно совпали дарования Глори и Гарди, значит, они идеально подходят друг другу.
– Итак, мы с Гарди убежали, – продолжала Глори. – Гоблины помчались по нашим следам. Айви, Хамфгорг и Стэнли воспользовались этим и тоже скрылись. Гарди поднял меня, и мы летели, пока он не устал. Потом мы отыскали какое-то дерево и проспали всю ночь. – Тут Глори почему-то покраснела и как бы уточнила: – Часть ночи.
– Мы оставили преследователей с носом, – вступил Гарди, – но они продолжали рыскать, продолжали искать нас. Весь сегодняшний день мы провели в страхе – боялись, что нас обнаружат. Потом мы услыхали шум битвы. Я решил подлететь к гарпиям и попытаться объяснить им, что я жив и здоров, что гоблины не...
– Понятно, – сказала Чем. – Но гоблины и гарпии отказываются от мирных переговоров. Боюсь, что мы не сможем...
– Я могла бы привести отца, – сказала Глори, – но он такой упрямый.
– А я мог бы притащить Хегги, – сказал Гарди. – Среди наших куриц любой петушок все равно что принц, нас любят и слушаются. Но старуха упрямством не уступает папаше Горби.
– Постарайтесь привести их и сделайте так, чтобы они не передрались, – сказала Чем, – а я попытаюсь их убедить. Красноречием я несомненно уступаю Хамфгоргу, но... может быть, нам удастся потушить пожар войны.
Гарди и Глори согласились попробовать. Мелькая соблазнительными ножками, Глори стала взбираться по южной стене, а Гарди взмыл в небо.
– Папа! – крикнула гоблинка со стены, – тебя зовут в крепость, на переговоры с посланницей гарпий. Иди!
– Дудки! – прозвучало издалека.
– Не придешь, я спрыгну со стены и убьюсь, – пригрозила Глори.
Угроза подействовала – папаша Горби согласился пожаловать в крепость.
У Гарди получилось быстрее.
– Ступай на переговоры, – велел он старухе предводительнице, – а то полечу к нашей королеве и расскажу, как ты спекулируешь яйцами. Я все знаю.
– Не спекулирую, а меняю, – каркнула гарпия. – На мясо! Для вас!
Но уговаривать больше не пришлось – старуха полетела в крепость.
– Первым делом, – начала Чем, когда договаривающиеся стороны, набычившись, встали друг перед другом, – прошу объяснить вашим бойцам, что мы здесь хорошо вооружены – стрелами и взглядом нашей уважаемой горгоны. Так что штурмовать крепость не имеет смысла...
Горби и старуха гарпия не стали спорить и оповестили своих, но вражда между ними от этого не уменьшилась. Смирить строптивцев – вот задача! Люди хотели мира и прекращения кровопролития, но гоблины и гарпии хотели войны, хотели лить кровь, и как можно дольше.
– Более тысячи лет гарпии и гоблины убивали друг друга, – продолжала Чем. – Скученность ваших предков в пещерах, взаимные обиды – все это повлекло ряд бесчестных деяний и с той, и с другой стороны и в конце концов стало причиной войны. Король Ругн положил конец этой войне. С тех пор в течение восьми столетий гоблины и гарпии жили относительно мирно. Провал и живущий в нем дракон препятствовали вражде. И вот случилось нечто невероятное – вспыхнула любовь между го...
– Убью петуха! – прорычал Горби. – Заклевал дочурку, невинную мою телочку!
– Пенек трухлявый! – каркнула гарпия. – Да твоя телка сама его совратила своими паршивыми ножками. Гоблинки все такие, с давних времен! Уж она поплатится!
– Ножки у нее, допустим, что надо, – пробормотал Гарди.
– Ну сейчас я их разукрашу желтеньким! – каркнула гарпия и поднялась в воздух. Но Чем вскинула лук, а горгона угрожающе повернула прикрытое – пока прикрытое – лицо. Гарпия опустилась, бормоча ругательства.
– Так вы, вы оба, насмерть стоите против брака между гоблинкой и гарпием? – спросила Чем.
– А как же! – рыкнул Горби. – Не дам позорить род гоблинов! Глори станет женой гоблина – и только гоблина!
– Никогда! – крикнула Глори.
– Род гарпий и так держится на честном слове! – каркнула старуха. – Не позволим гоблинкам воровать наших петушков! Гоблины, убирайтесь домой! Гоблины, не смейте убивать наших мужчин!
– Паршивые гарпии, держите своих петухов под замком! Пусть они не летают где попало и не нападают на наших невинных девушек! – не остался в долгу Горби. – Ведь мы, гоблинские мужчины, не гоняемся за вами, вонючими курицами!
– Мы летаем орлами! Нас вам не достать! – отфутболила старуха.
– Все понятно, все понятно, – вмешалась Чем. – Но глупо закрывать глаза на правду; эти абсолютно несхожие существа – Глори и Гарди – влюблены друг в друга. В сущности, здесь нет ничего странного. Смешанные браки и потомки от смешанных браков встречаются в Ксанфе на каждом шагу. Вспомним грифонов, водяных, химер, василисков, бандикут, не говоря уже о нас, кентаврах. А сами гарпии... сами гарпии, вспомните, потомки все тех же смешанных браков! Вспомните своих предков и смягчитесь!
– Но гоблины здесь ни при чем! – крикнул Горби. – В нас течет наполовину людская кровь!
– Да, этим вы схожи с эльфами, гномами и ограми, – согласилась Чем. – А за огра, Горби, ты свою дочь выдал бы?
Горби от неожиданности залопотал что-то невнятное, а гарпия сипло захохотала: – Да, выдай ее за огра, пенек! Внучата будут и умнее дедушки, и личиком покрасивше! Горби сжал кулаки.
– Так вот, – быстренько заговорила Чем, – смешанным бракам у нас в Ксанфе никто не должен препятствовать. Может, в Обыкновении принято, чтобы люди женились и выходили замуж только за людей, а прочие только за прочих, но мы не в Обыкновении, господа. В Ксанфе поощряется свобода браков...