Впрочем, нор Барвен мог и ошибиться. Или просто не увидеть того, кто по природе приходился ей сородичем, а по убеждениям — врагом. Кстати, есть ли в этом мире еще какие-нибудь расы, кроме нэрвени, людей и гномов? Яна очень надеялась, что ей обо всем расскажут — разумеется, если удастся добраться до замка своих сторонников. Конечно, сиреневый мог полететь за подкреплением, но вряд ли они смогут ее догнать. Разве что какие-то другие нэрвени разглядели бы ее с земли и поинтересовались, что там за чудо-юдо летит? Конечно, она могла подняться гораздо выше, но тогда ей грозила опасность не заметить замок и пролететь мимо.
Сначала Яне казалось, что она летит уже сутки, хотя этого никак не могло быть. Она тысячу раз пожалела, что не взяла наручные механические часы, раз уж единицы времени здесь оказались по какой-то странности идентичными земным. Но кто же знал? Потом она решила, что наверняка проглядела замок и будет теперь лететь вокруг света без остановки. Пока не помрет от усталости. Терпение ее уже было на грани, когда внизу показались зубчатые башенки.
6.
Со всех сторон замок Брейар окружала вода. Он стоял на острове посреди небольшого озера, и попасть туда можно было только по длинной узкой насыпи, которая заканчивалась подъемным мостом — разумеется, разведенным. Луна отражалась в воде, все вокруг сияло, и картина показалась Яне сказочно прекрасной. Феерию, однако, омрачали практические соображения: как попасть на остров.
Нор Барвен сказал: ни в коем случае не подлетать, подойти пешком, показать стражнику треймир. И все бы ничего, но идти в замок босой и голой Яне ну никак не улыбалось. Приземлившись в прибрежных кустах, она вернула себе привычный облик и натянула один из прихваченных комплектов белья — самый невзрачный и, как это часто бывает, самый удобный. Тем не менее, задачу это не решило. Была бы поблизости хоть какая деревня — можно было бы попытаться украсть вывешенное на просушку платье. Но никаких деревень, подлетая, Яна не заметила.
Пока она размышляла, издали донесся топот копыт и скрип колес. Яна быстро спряталась за кусты и осторожно выглянула, наблюдая за дорогой. Скоро к насыпи медленно подкатила крытая повозка, которую тащила пара лошадей-тяжеловозов. На козлах сидел мужчина в такой же одежде, как у гномов, только попроще. Крестьяне или ремесленники, подумала Яна. Наверняка что-то привезли в замок.
Остановив повозку на берегу, возница слез на землю, потянулся и хлопнул ладонью по матерчатому пологу:
— Эй, слышишь? Мы у озера. Мне надо отлить.
Полог заколыхался, и из повозки вылез второй — заспанный, с сеном в волосах.
— Мне тоже надо, — сказал он, и оба скрылись за деревьями.
Яна быстро проскользнула в повозку. Вообще-то сначала она собиралась просто посмотреть, не найдется ли там какой-нибудь одежды или хотя бы тряпки, в которую можно замотаться. Но повозка была до самого верха забита сеном, и она нырнула в него, закопавшись так глубоко, как только смогла.
Сено кололось и лезло в глаза, дышать было нечем, да еще страшно чесалось в носу от мелкой трухи. Мышью подобравшись к пологу, Яна проковыряла в нем дыру — стало легче. Рюкзак остался в кустах, замаскированный ветками, и ей очень хотелось верить, что за ним удастся вернуться. Если, конечно, все пройдет нормально.
Возница и его товарищ подошли к повозке, вытащили немного сена на землю и улеглись на нем спать. Видимо, по ночному времени в замок не пускали никого, и они остановились на берегу дожидаться утра. Через несколько минут над озером разносился молодецкий храп, но Яна так устала, что это ей нисколько не помешало заснуть. И проснулась она, только когда повозка вздрогнула и покатилась.
Через дырку в холсте удалось разглядеть кусочек леса за озером. Уже рассвело, но солнце, похоже, еще не поднялось из-за деревьев. От воды тянуло холодной сыростью.
— Стоять! — услышала Яна грубый оклик, и повозка остановилась.
— Кто, зачем? — поинтересовался тот же грубый голос.
— Крестьяне из Авилы, податное сено привезли в замок.
— Подорожную!
Произошла какая-то заминка — видимо, у крестьян проверяли бумаги: пропуск или что-то в этом роде. Не успела Яна удивиться такой неосторожности — как будто бумагу нельзя подделать! — что-то тонкое и длинное пронзило сено буквально в нескольких сантиметрах от ее головы. Палка или, может, копье, которым повозку проверяли на предмет затаившихся злоумышленников. Яна сжалась в комочек и зажмурилась, представив, как копье пронзает ее тело, но ей снова повезло. Потыкав сено еще несколько раз, стражник пропустил повозку на опущенный мост.