__
Дверь в камеру, где находились Клякса и его товарищи, отварилась.
— Свиньи! — раздался грубый рёв пьяного охранника, ввалившегося в камеру. Охранник размахивал плетью. Он был недоволен разговорами, которые доносились в коридор, и зашёл в камеру "развлечься", то есть, постегать плетью рабов, и показать, лишний раз, свою власть.
— Принцесса, на скале Змеиной горы, кормит мух, а вы будете кормить Дракона! — взвизгнул охранник, и нанёс удар плетью, по спине Кляксы.
— Ай! — взвизгнул, от боли, Клякса.
— Молчать! — заорал недовольный страж режима, размахивая плетью, над головой Кляксы, устрашая, тем самым, его и всех остальных невольников.
Наконец, охраннику надоело размахивать плетью просто так, и он решил пройтись ею по спинам всех рабов. Охранник размахнулся, и ударил плетью, по спине Кляксы, ещё раз. Клякса согнулся, от боли, и, вновь, взвизгнул. Рассвирепевший охранник нанёс ещё один удар по спине Кляксы, и размахнулся в очередной раз. Рядом стоявший, Фикса быстро сориентировался в обстановке, и со всей силы, находясь сбоку, огрел охранника по голове своим огромным кулаком. Охранник опешил. Фикса, со всей силы, ударил кулаком охранника, ещё раз. Охранник, сначала, схватился за голову, потом, медленно упал, потеряв сознание, и выпустил из рук свою плеть. Невольники соскочили со своих нар, и несколько рабов окружили лежащего охранника, растерявшись в ситуации, и, не зная, что делать дальше. Наконец, Клякса осознал ситуацию, и крикнул:
— Его надо связать!
— Снимай, с него, одежду! — приказал Фикса Кляксе, взяв, на себя ответственность за сложившуюся ситуацию.
— А дальше, что? — спросил один, из невольников.
Капитан поглядел на этого раба, и подал голос:
— Охрана пьяная. У них есть инструменты, и мы снимем, с себя, кандалы и цепи. Нужен кузнец.
К капитану подошёл, тяня за собой кандалу, один из рабов, и сказал ему:
— Я был кузнецом.
— Прекрасно, — обрадовался Клякса, снимая с охранника одежду. — Главное, всем соблюдать тишину!
Наконец, Клякса снял, с охранника, одежду, протянул её Фиксе, и предложил ему:
— Одевай. Ты, у нас, самый здоровый.
Фикса начал переодеваться. Он скинул, с себя, полурваную одежду, и отдал её Кляксе.
— Его, нужно, одеть в мою одежду, — приказным тоном, предложил Фикса, кивнув на охранника, валяющегося на полу.
Невольники, быстро одели одежду Фиксы на охранника, и связали его плетью. Фикса одел, на себя, одежду охранника, затем, взял из кармана, своей новой одежды, какую-то тряпку, и заткнул ею рот охранника. Клякса взял пистолет охранника, осмотрел его, и сделал вывод:
— Заряженный.
— Возьми его. Если что, стреляй, и не промахнись, — сказал, тихо, Кляксе, капитан.
Фикса перешагнул, через охранника, оглядел всех невольников, и приказал:
— Цепями и кандалами, не греметь. Все, за мной! И тихо!
Фикса открыл, настежь, дверь. В коридоре, освещавшемся свечой, стоявшей в подсвечнике, на стене, почти в самом углу, никого не было. Невольники старались не греметь цепями, и осторожно, бесшумно тянули свои кандалы.
Фикса уткнулся в какую-то дверь, и приоткрыл её. Он отошёл от двери, подошёл, тихо-тихо, к свече, горящей в подсвечнике, прикреплённому к стене, взял этот подсвечник со свечой, вновь, подошёл к двери, осветил её, и заглянул за дверь.
— Ага! Мастерская. Та самая, где нас перезаковывали, — шепнул он Кляксе и капитану, увидев кузнечные инструменты для заковывания рабов.
Невольники вошли в мастерскую, в которой, их всех, перезаковывали в цепи и в кандалы, и Фикса приказал тому невольнику, который назвался кузнецом:
— За работу! Быстро, и как можно тише!
Клякса, после того, как в мастерскую вошёл последний невольник, закрыл дверь. Кузнец-невольник взял инструменты, и, быстро снял с Фиксы цепи и кандалу.
— Молодец! — похвалил, кузнеца, Фикса.
Кузнец-невольник вручил Фиксе инструменты, и попросил его проделать ту же операцию, и снять с него цепи и кандалу. Фикса начал расковывать товарища. Но, у него плохо получалось, несмотря на всевозможные подсказки кузнеца. Наконец, через четверть часа, ему, с большим трудом, удалось снять кандалу, а ещё через десять минут, Фикса, кое-как, снял с невольника-кузнеца, и цепи. Фикса вручил ему инструменты, и приказал:
— Расковать всех! Поторопись!
Кузнец-невольник начал, по очереди, освобождать от цепей и кандалов всех своих товарищей. Вскоре, все рабы были раскованы. Освобождённый от оков, Клякса почувствовал облегчение. В его голове забрезжила надежда обрести свободу.