— Подплывём ближе, и тогда, оценим обстановку, — сказала Юлия Дэну, глядя в сторону острова, и, поправляя свою треугольную шляпу.
Вдоль корабля, над палубой, взад вперёд, летал попугай Боцман и громко кричал:
— Остров Кенгуру! Остров Кенгуру!
Джонка Тигр, с востока, подходила к острову. Начиналось утро, и поднималось тропическое солнце. Весь остров, с его восточной стороны, был покрыт тропической зеленью, а на берегу произрастали высокие пальмы. Ещё через два часа, корабль подплыл к острову на расстояние пяти миль. Юлия, вновь, оглядела остров в подзорную трубу. Она увидела, вдали, скалу, возвышающуюся над горой, где-то вдалеке, в глуби острова, и прикованную, к ней, принцессу.
— Вижу, принцессу! — воскликнула Юлия.
Дэн взял трубу, у Юлии, и посмотрел в сторону скалы.
— Она прикована к скале, — заключил Дэн.
Юлия взяла, у Дэна, трубу, и сказала:
— Скоро, мы её освободим.
Юлия, ещё раз, оглядела остров, через подзорную трубу, и скомандовала:
— Приготовиться к высадке!
— Приготовиться к сражениям! — громко, чтобы слышали все, добавил Дэн, вытирая пот со лба.
Корабль подплывал к берегу живописного тропического острова, на котором раскинулось царство Дракона. То, был остров Кенгуру.
-
В кабинет, к Дракону, вбежал Франц.
— Я пришёл, Ваше Трёхглавие, — сказал он.
— В тюрьму, Франца! — заорал Дракон, тут же, головой Завр, своим стражникам, свирепея и негодуя.
— Рабы из загона сбежали! Ты, куда смотрел? Я снимаю тебя с должности главного шпиона, — выкрикнул разъярённый Дракон, головой Тавр.
— Он, во всём, виноват, и, пусть, сидит в тюрьме! — гаркнул Дракон, головой Кавр, голове Завр и голове Тавр, а также и всем остальным, кто находился вокруг него.
Стражники, моментально схватили Франца, и поволокли его из кабинета, и, затем, из дворца, в ближайшую тюрьму.
В этот миг, в кабинет к Дракону вбежал старший стражник и, сходу, закричал:
— Ваше Трёхглавие! Ваше Трёхглавие!
— Что случилось? — испуганно и громко спросила голова Завр, глядя, с испугом, на стражника.
Стражник громко крикнул Дракону:
— Беглые рабы перебили весь отряд погони!
Голова Кавр щёлкнула языком, и спросила, глядя на стражника:
— Как, всех?
Стражник отдышался, и, очень уставший, тяжело дыша, тут же, ответил:
— Всех, Ваше Трёхглавие! Кто убит, кто ранен.
Дракон, от досады, махнул, сначала, одним крылом, потом, другим крылом, и начал нервно ходить кругами по кабинету, не зная, какое принять решение. Хилл встал с кресла, и крикнул Дракону:
— Беглецов нужно, немедленно, поймать!
— Они хорошо стреляют, — предупредил стражник, — у них ружья и пистолеты, а также, боеприпасы к ним.
Хилл предложил Дракону:
— Ружья и пистолеты беглецы захватили у охраны, при побеге, Ваше Трёхглавие. Стражники были пьяны. Поэтому, всю охрану надо наказать.
Дракон, ещё сильнее, рассвирепел, и головой Тавр, громко приказал Хиллу:
— Всю охрану этого загона заковать в цепи и кандалы, и отправить, их всех, на серебряный рудник. Пусть, они, отныне, добывают для меня руду.
— Будет исполнено, мой Дракон, — ответил Хилл.
Дракон, ещё раз, прошёлся, взад-вперёд, по кабинету, и, головой Завр, приказал Хиллу:
— Послать, за беглыми рабами, конницу! Весь эскадрон Колоды! И, немедленно! Быстрее! Быстрее!
Дракон уставился, всеми тремя головами, на сидящего в кресле своего помощника, и крикнул ему головой Завр:
— Что сидишь? Вперёд! Бегом! Исполняй! Довести, мой приказ, до Колоды.
Помощник побежал исполнять распоряжение Дракона. Дракон поглядел на Хилла, всеми тремя головами, и голова Завр вскрикнула, с досадой:
— Где же, наш колдун Феликс?
— Чёрт, возьми! Когда он не нужен, он путается под ногами, а когда он нужен, его нет, — взбесился Хилл, и нервно заходил кругами по кабинету, сложив руки за спину.
Дракон и Хилл решили ждать колдуна Феликса. Ночь кончилась, наступило утро и, затем, жаркий тропический день. В главном зале дворца продолжался пир, где придворные, служители Дракона, и его друзья-пираты, справляли пятисотлетний юбилей Дракона, без самого юбиляра. В кабинет, из главного зала, доносился шум от большой, празднующей, пьяной кампании. Играла музыка, и шла пьяная пляска. Хилл предложил Дракону:
— Предлагаю, прекратить пир.
Дракон, с большим шумом и грохотом, прошёлся, взад и вперёд, по кабинету, немного подумал, и ответил, головой Завр:
— Пусть, пьянствуют.
— Это — мой праздник, — сказала голова Тавр.
— Мне — пятьсот лет! — добавила голова Кавр.
Наконец, в кабинет, в открытое окно, влетел огненный шар, и опустился перед Драконом, на паркетный пол кабинета. Шар крутился, но через десять секунд, потух, исчез, превратившись в дым. Потом, раздался хлопок, и перед Драконом, из дыма, предстал Феликс. Феликс был одет в чёрную мантию, и держал в руках зеркало. Зеркало было, в размерах, с половину человеческого роста, и с ним Феликс, почти никогда не расставался. Само зеркало имело волшебные свойства, и являлось, для Феликса, рабочим инструментом.