Юлия встала из-за стола, поблагодарила всех, и слуга, по распоряжению Чен-цзы, взял её за руку, и провёл её в помывочное помещение, где, уже, стоял большой таз с тёплой водой. Юлия, оставшись одна, разделась, и, в течение часа, полностью вымылась, смыв с себя всю грязь. Затем, она вытерлась полотенцами, оделась, после чего, пришла жена Чен-цзы, взяла Юлию за руку, и провела её в небольшую уютную комнату, находящуюся, формально, в женской части дома.
Весь пол комнаты был застелен циновками, и Юлия, тут же, сняла обувь. Ши Лян что-то сказала, ласковой доброжелательной интонацией, слегка улыбнулась, и удалилась, закрыв, за собой, дверь. Следом, предварительно постучав, в комнату вошёл сам Чен-цзы.
— Отдыхай до утра, располагайся, как у себя дома, — сказал он.
Чен-цзы вышел, закрыв за собой дверь. Юлия Иголочка огляделась. Возле топчана, стоял небольшой прямоугольный столик и два кресла, с подлокотниками. Топчан имел прямоугольную форму, и на нём лежал плетёный бамбуковый подголовник. Напротив топчана, у стены, стоял высокий платяной двухстворчатый шкаф. Окно было из стекла, но заклеено светло-голубой бумагой. Вдоль стен, стояли, на подставках, вазы со свежими цветами. В каждой, из четырёх ваз, находилось по три цветка. Цветы были красивые, но их виды Юлия не знала, и никогда ранее не видела. На стенах, были нарисованы пейзажи, и всевозможные птицы и звери. На столике стояла масляная лампада и подсвечник с незажжённой свечой, которые ночью, при необходимости, можно было зажечь, но только от открытого огня.
За окном, стало быстро темнеть. Юлия была вымотана, и очень уставшая. Она бросила свою сумку в шкаф, разделась, упала на топчан, положила свою голову на подголовник, накрылась покрывалом, и моментально уснула крепким сном.
__
Саид был пьян. Хилл, войдя со своими людьми в зал, где шла гулянка, понял, что серьёзного разговора, с Саидом, сегодня не получится.
Большой длинный стол, перед которым сидел Саид с друзьями, такими же служителями Дракона, был заставлен пустыми, и ещё нетронутыми бутылками вина. Все присутствующие были пьяны. В углу, шесть пьяных музыкантов исполняли весёлые мелодии. Под столом и в зале, на полу, валялись несколько пьяных собутыльников Саида. Они спали, и, от перепоя, храпели. В другом углу, стояла целая батарея ящиков с вином, привезённых с ликёроводочного завода, который снабжал спиртным весь остров. Другие, пьяные друзья Саида, которые ещё окончательно не свалились с ног, веселились и пели песни. Саид, в это время пьющий вино прямо из горлышка бутылки, увидел Хилла и его охранников.
— Э-э-э! Мо-ой дру-у-у-г! — выкрикнул Саид, пьяным-препьяным голосом.
Саид привстал, поставил бутылку на стол, но не сумел поставить её прямо, и она упала на бок. Вино, из неё, полилось на стол. Саид, жестикулируя пьяной рукой, крикнул, пьяным голосом:
— Вина, ма-ё-ё-му ддд-ру-у-у-гу-уу!
Саид махнул, правой рукой, и добавил:
— И-и, е-е-го-о-о д-д-дру-у-у-зь-я-я-м. Все-е-ем ви-и-и-на-а!
Саид сел, кое-как поставил опрокинутую бутылку, и сказал Хиллу, и его людям, приглашая, всех их на пьянку, за стол.
— Са-а-а-ди-и-и-тесь. Что-о сто-о-о-и-ите-е-е?!
Хилл дал знак своим людям, сесть за стол, подошёл к Саиду, и сел рядом с ним, уверенно располагаясь за столом.
Саид увидел, что обслуга банкета пьяна, и не может обслужить Хилла, и его охранников, встал и предложил:
— Обсл-у-у-га-а, пья-я-на-а-я. На-а-ли-и-ва-а-йте-е, се-ебе-е, са-а-ми-и. Чувст-ву-уйте-е-е, се-е-бя-я, ка-ак до-о-ма-а.
Саид развёл руками, сел, взял две бутылки вина, и сказал Хиллу:
— Хи-илл, вы-ы-ы-пе-ей с-о-о мно-о-ой.
— С какой радости, пьём? — спросил Хилл, беря стакан, и, наливая себе вина, из стоящей на столе бутылки.
Хилл поглядел на своих охранников, держа в руке стакан с вином, и, бодрым голосом, крикнул им: