Людмила и сейчас ничего не поняла, но моментально почуяла - дело важное. Как-то мигом в единую картину сложились и воскресное невыполнение плана, и медлительность бригадиров при получении нарядов. Она прислушалась. Да, и тишина на одному из молотовых участков вписалось в ту же картину.
- У нас… штамп того…
Людмила прищурилась и скривилась от неприятного предчувствия.
- Та-ак?.. – поощрила она подбирающего не подбирающиеся слова Дмитрия.
- Сломался… - проговорил он, глядя, как его укрепленный ботинок елозит по бетонному полу.
Людмила запрокинула лицо к потолку своей кабинки и тяжело вздохнула. Вот оно что…
- Только что или с ночной? – уточнила, уже зная ответ.
- С ночной, - обреченно вздохнул Дмитрий.
- Поняла. Займусь. – И, задумавшись на пару мгновений, выдала: - Пока приберитесь на своем участке. Сейчас ремонтники приедут.
Дмитрий встал, чтобы уходить, и Людмила вспомнила ещё один момент:
- И Машу на кране разбудите. Ей придется помогать ремонтникам сверху.
Дмитрий кивнул, не оборачиваясь, и, все так же рассматривая носки ботинок, двинулся на свой участок.
«Ну, етить через колено! Ну, засранцы! – ругалась про себя Людмила, набирая по внутреннему телефону Наташку. - Нет бы сообщить как-то!»
- Ал-лё, - протянула Наташка, то есть Наталья Анатольевна.
- Наташ, нужна бригада на замену штампа.
- Куда? – лениво процедила Наташка.
Люда так четко представила, как Наташка любуется новым маникюром, что показалось - видит эту картину своими глазами. Но комментировать не стала - все же это только кажется. И сдержано, по-деловому сообщила:
- Молот с массой падающих одна тонна.
Наташка помолчала – наверное, жмурила сильно накрашенные глаза, - а потом сказала:
- А дублеры есть?
Людка, чтобы не разораться радостно, моментально представила, что сидит в морозилке, и совершенно перемерзшим голосом проскрипела:
- Есть.
На самом деле ей хотелось торжествующе провыть в трубку: «А как же! Конечно, есть! Естественно, есть! Чтобы у меня и не было?! Есть! Есть! Есть! Или я не Люда Попова!» Но с Наташкой надо по-Наташски, лениво и томно. И поэтому Люда сдержалась и промолчала.
- Ну ладно, - пропела Наташка почти с сожалением. – Тащи их к молоту. Сейчас пришлю своих.
Что бригада ремонтников будет, Людка не сомневалась. Если необходимо приложить минимальные усилия и получить результат, который можно показать как свой, собственный, у Наташки томность чудесным образом перетекала в ловкость, сравнимую разве что с ловкостью выдры. Хотя, конечно, она оставалась собой, той самой Натальей анатольевной, томной и ленивой, просто поворачивалась другой своей стороной. Единственное, в чем можно было сомневаться, так это расценит ли ремонтная начальница эту ситуацию как перспективную, чтобы покрасоваться потом перед начальством.
Люда это, конечно, учитывала. И поэтому, на случай, если Наташку все же неожиданно одолеет работун, нужно было как можно скорее организовать доставку дублирующего штампа, чтобы к моменту прибытия ремонтной бригады всё было готово.
Этот дублер был тайной гордостью Людмилы. Когда «раздавали слонов», ну, то есть была возможность заказать дубли, старший мастер их заказал и не сообщил об этом Людмиле. Не из вредности, так-то он мужик неплохой, и ей, Людмиле, никогда не ставил палки в колеса. Просто он ушел в отпуск, да и уходил впопыхах, потому и забыл.
И на Людмилу, оставшуюся за старшую, горой мокрого снега свалилась необходимость оформлять, организовывать доставку в цех и сдавать на склад сменные штампы. И, никогда ранее не занимавшейся таким, ей пришлось изрядно повозиться.
Нет, был вариант подождать старшего мастера из отпуска. И никто бы её не осудил, старший мастер – так точно. А на случай аварии запас в цехе должен быть всегда. Это как питьевой фонтанчик для рабочих – вопрос безопасности и трудоспособности. Особенно при их объемах выпуска.