— Если тебе юбка идти мешает, давай задеру.
Мужчины, переглянувшись, загоготали.
Я одарила их гневным взглядом и, гордо вздёрнув подбородок, спросила:
— Куда идти?
Указав на дальние строения, сказал:
— К Белой башне. Там теперь твоя обитель.
Я спешно направилась к самой высокой постройке, стены которой были обмазаны белой глиной.
Люди, встречающиеся на пути, с нескрываемым любопытством разглядывали меня. И выкрикивали вслед: «Она избранная».
Я старалась не вглядываться в их лица. Хотелось скрыться, убежать… умереть.
Скатывающиеся по щекам слёзы не было возможности смахнуть. От этого внутри разгоралась злость.
— Да снимите вы эту верёвку! — потребовала я, уставившись на стражников.
— Ага! Нет уж, — замотал головой один из них, — махнёшь на нас ладошкой и заколдуешь.
Шумно вздохнув, процедила сквозь зубы:
— Я не ведьма.
— Хью, не верь ей, — опасливо проговорил мужчина, стоящий по правую руку.
— Ха! Конечно, дружище, — хмыкнул второй стражник, — если она сказала, что не ведьма, то мы должны поверить? Ага… уж проще разбежаться и удариться об стену.
Джон беззвучно рассмеялся, и, устремив взгляд на башню, еле слышно проговорил:
— К нам уже идут, — схватив меня за связанные руки, злобно прошипел: — иди побыстрее.
Повернувшись, увидела трёх приближающихся женщин. Та, что постарше, шла, опираясь на палку. Девушки семенили чуть поодаль.
Стражник дёрнул меня за руку. Поддавшись безмолвному приказу, сделала несколько шагов.
Пожилая женщина, приблизившись, остановилась напротив, и отвесила мне звучную пощёчину.
Зажмурившись, я рвано выдохнула.
Я устояла, лишь благодаря тому, что меня притянул к себе стражник.
— Придушить тебя мало, ведьмино отродье, — раздражённо произнесла она.
— Миледи, не прикасайтесь к ней, — тоненьким голоском сказала девушка, одарив меня пренебрежительным взглядом.
— Разок можно, — бросила женщина, и, сузив глаза, процедила: — а моему внуку придётся залезать на эту суку, пока не обрюхатит её.
Она обречённо вздохнула и прикрыла глаза.
— Миледи, нас ожидает владыка, — робко произнесла юная девица, смерив меня брезгливым взглядом.
— Да… Идём, — отозвалась женщина.
Взяв пожилую леди под руки, девушки направились в замок.
Стражники оттащили меня в сторону, чтобы пропустить их.
— Как ещё леди Арвен не огрела тебя клюкой? — усмехнулся мужчина.
— Кто она? — спросила, нервно сглотнув.
— Ты из какой глуши выбралась? — удивился стражник.
— Эта почтенная леди–бабушка лорда Нолана, — пояснил другой и сильнее сжал мне руку.
Стиснув зубы, я продолжила идти.
Если так меня «радушно» встретят все родственники Нолана, то я не проживу и трёх дней.
Горько усмехнувшись, прошептала:
— Скорей бы…
— Хью, да ты видел этих убогих девок, которых согнали на площади? — поинтересовался стражник, — видимо, в их глуши не интересуются кто живёт в замке.
— Ага, собрали со всего королевства одно отрепье.
Рассмеявшись, стражники подтолкнули меня к массивной двери. Стукнув несколько раз по ней кулаком, один из вояк выкрикнул:
— Уснули там, что ли⁈
— Иду! — выкрикнула женщина.
Послышался металлический скрежет. Когда двери распахнулись, стражник рыкнул:
— Теперь она твоя, — пнув меня в спину, добавил: — в полночь к ней заявится лорд Нолан.
Служанка, нахмурившись, затараторила:
— Развяжите ей руки. Куда бы она делась? Мимо стражников мышь не проскользнёт… Ох, детонька…
— Она ведьма, лучше не трогай верёвку, — предупредил женщину вояка. — И не смотри ей в глаза.
Отмахнувшись, служанка пробубнила:
— Нет больше ведьм в нашем королевстве. Развязывай ей руки.
— Но… — хотел было возразить мужчина, но, поджав губы, достал нож.
Когда путы спали, я прижала ладони к груди.
— Зайди, — служанка, покачав головой, зацокала языком, — вся измазалась в грязи… Ох…
— Вот-вот отмой её, — оскалился стражник. — Для лорда.
Мужчины закрыли за мной двери.
— Следуй за мной, детонька, — с теплотой сказала пожилая женщина.
Подобрав подол платья, я пошла за ней, по тёмному коридору.
Глава 6
— Не отставай, — через плечо сказала пожилая служанка, — сейчас поднимемся на самый верх.
— А что там? — спросила я, всматриваясь в темноту.
— Там покои для… — женщина запнулась и, остановившись, повернулась ко мне, — скажи, как тебя нарекла мать?