Следом пришла другая картина. Дракон взмывает в воздух, ведомый чем-то, а яйцо остается в окружении родительского огня. Заколдованное золото хранило тепло и не позволяло огню убежать далеко от яйца. Дракон прилетает, оставляет что-то – меня! – на другой половине пещеры, занимает своё место, а потом оборачивается...
Дальше я знала. Огонь погас, потом вспыхнул вновь, а потом – распространился по всей сокровищнице, потому что Альдо не знал, что с ним делать.
– Посиди с ним, – велел мне Альдо. – Я схожу за золотом.
Он наверняка тоже видел эти образы. Выглядел мужчина как-то уж очень шокировано, и у меня были подозрения касательно нестабильности его состояния. Впору бы испугаться, но если я буду тут сидеть дрожать, то кому помогу? Не себе и не дракончику точно.
К тому же, Альдо продолжал проявлять сознательность: отыскал в огромном сундуке сапоги, обулся, достал оттуда огромную шаль из очень плотного материала. Земнолесский шелк порвать трудно, в нём наверняка будет легче перенести золото. Потом покосился на меня и -вот уж чего я точно не ожидала! – взял ещё одну шаль, уже потеплее, и набросил мне на плечи.
– Не мерзни, – наклонившись ко мне, на ухо прошептал Альдо. – Я скоро вернусь, и мы будем решать все наши проблемы. А пока посиди тут.
– Хорошо, – вздохнула я.
Он ушел. Я подтянула к драконьему яйцу ближе целый на вид стул, устроилась на нём, подобрав под себя ноги, чтобы окончательно не задубеть. Не слишком приличная поза для принцессы, но зато теплее! К яйцу я дотянулась одной рукой и мысленно пообещала, что мы с Альдо сделаем всё возможное, чтобы его согреть.
Дракончик ответил теплом, но уже едва ощутимым. Он замерзал слишком быстро, осознала я. Если немедленно что-нибудь не сделать, то мы уже точно не успеем его спасти.
Сердце сжалось от боли и страха за это крохотное существо. Оно не заслужило страданий! Никто не заслужил! Мне всё ещё хотелось верить, что Альдо успеет, что-то придумает. Он отец этому дракончику или кто? Должен же прийти на помощь малышу, вытащить его из этого состояния заледенения!
«Мама», – позвал меня дракончик.
Я вздрогнула. Мама... Но ведь это точно невозможно! Наверняка была какая-то драконица, но куда она подевалась? Почему оставила яйцо Альдо Велле, если все, от первого короля до последнего простолюдина на материке знают, что дракон Альдо опасен! Точно не лучшая кандидатура, чтобы оставить ему ребенка.
А если он сделал что-то со своей парой? По древним легендам, драконица могла стать матерью не живорожденного малыша, а именно драконенка в яйце только в том случае, если обрела свою истинную пару. Да и всё это – больше к животным, не к людям. Неужели была ещё и драконица, утерявшая человеческую ипостась? И куда она подевалась? Что сделал с ней Альдо? Как он сам сумел вернуться и вновь стать человеком?!
Ответов на эти вопросы не было. Зато вернулся Альдо. Он притащил огромное количество золотых монет и нес их так легко, словно они практически ничего не весили. Впрочем, он и яйцо носил, как пушинку, а я вряд ли сумела бы сдвинуть его с места. Сразу видно, что дракон могуч.
Разложив золото на мраморном полу, Альдо умостил яйцо сверху. То повозилось, покрутилось и практически сразу устроилось максимально удобно. Однако этого было мало, оно всё ещё мерзло.
Альдо гипнотизировал яйцо, наверное, минут пять, но тщетно. Огонь так и не появился.
– Может быть, пламя провоцируют какие-то эмоции? – предположила я в надежде помочь. -Ну, например, злость? Может, тебя разозлить?
Дракон взглянул на меня, сглотнул и сообщил:
– Кхм, меня провоцирует возбуждение. Нервное возбуждение, я имел в виду! То есть. В общем, – он сдался, – наверняка принцессам такое предлагать неприлично, но если ты меня поцелуешь, возможно, что-то и получится.
Вообще-то все эти «поцелуй и исцели меня» обычно были настоящим бредом и редкостной ложью. Но Альдо выглядел очень серьезно, и.
И я, подумав, что хуже точно не будет, вскочила со своего стула, подошла к нему и таки поцеловала. В губы – и не задумываясь о последствиях.
Вероятно, Альдо поначалу искренне пытался вести себя как настоящий лорд. На поцелуй он ответил – ещё бы! – но бережно, осторожно, вполне учитывая пожелания дамы. Если учесть, что дама, то есть, я, до того целовалась по-настоящему только однажды, и то, кавалер сбежал, как только понял, что целует принцессу, то его осторожность, вкрадчивость пришлись мне по душе. Я в самом деле наслаждалась нашим единением, тем, как бережно обнимал меня за талию Альдо, как жарко было от его прикосновений.