Они остановились перед лифтом и Ким нажала на кнопку вызова.
— Спасибо, что снова меня подвезли, - сказала она.
— Да не за что. – Вдруг двери лифта раскрылись и Фрей вспомнил тот день, когда узнал, что Ким его соседка. – А как у вас дела с Калебом?
Они вошли в кабину и девушка пожала плечами.
— Все нормально. Почему вы спрашиваете?
Фрейзер нажал на кнопку остановки и кабину немного тряхнуло. Затем он повернулся к Кимберли.
— Вы знаете, почему я спрашиваю.
Она оставалась спокойной, и мужчина понял, что и в этом плане она ему так просто не поддастся.
— Знаю, - согласилась она. – Но я уже предупреждала, что вы не интересуете меня.
— Возможно, мне удастся изменить ваше мнение.
Он резко обхватил ее талию и прижал к себе, ощутив, как ее полная грудь расплющилась о его грудную клетку. Фрей мысленно выругался, признав, что ему нравилось держать Кимберли, а ее полные губы будто были созданы для греховных поцелуев. Они манили его, обещая райское блаженство.
Ким приоткрыла рот от неожиданности его напора. А затем его рот накрыл ее губы, и девушка на несколько мгновений застыла изваянием.
Но он не дал ей опомниться. Его губы терзали ее, жадно и властно, показывая, чего и как он хочет. Ким схватилась за его плечи, неожиданно ощутив, как внутри словно что-то взорвалось, опаляя каждый нерв желанием.
Затем она очнулась и оттолкнула его от себя. Это получилось лишь потому, что Фрейзер позволил себя отстранить. Он отпустил ее и сделал шаг назад. Однако его глаза пожирали ее губы, шею, грудь, и уходили все ниже… Его дыхание было тяжелым и частым. Он выглядел так, будто его самого этот поцелуй застал врасплох.
И Ким поняла, что это действительно так. Ни она, ни он сам не ожидали, как это будет на деле. А эта недолгая близость потрясла их обоих, заставив остановиться, чтобы убедиться, что все это по-настоящему.
Несколько долгих мгновений они смотрели друг другу в глаза. Затем бешеное желание одновременно толкнуло их вперед, и они слились в страстных объятиях.
Его руки были повсюду, они гладили и сжимали, а Ким тихо постанывала от его горячих и сильных прикосновений. Она вцепилась в его рубашку, привстав на носочки. Их губы терзали друг друга, не в силах насытиться. Языки сплелись в бесконечном танце блаженства.
Фрейзер властно обхватил ее ягодицы и поднял вверх. Ким тут же обхватила его талию ногами, еще больше вжимаясь в его тело. Ее соски болезненно ныли, и она стала тереться ими о его грудь, мечтая, чтобы между ними исчезли слои ненужной одежды.
Фрейзер издал какой-то гортанный рык, упиваясь ею и оставляя будущие синяки на нежной коже. Он сделал пару шагов вперед, прижав Ким к стене, а затем стал совершать поступательные движения бедрами. Его член рвался на свободу, желая до последнего миллиметра погрузиться в горячую влажность этой девушки.
Как только их губы разъединились, по кабине прошелся сладостный вздох Кимберли. Фрейзер зарычал и впился в ее шею, зарывшись рукой в волосы и оттягивая голову назад. Он яростно желал хоть как-то пометить эту женщину, чтобы все видели и знали, что она принадлежит ему.
Сверху что-то зашипело, а потом до них донесся голос диспетчера.
— У вас там все в порядке? Почему лифт остановился?
Фрей в последний раз лизнул нежную кожу шеи, которая сильно покраснела от его манипуляций, а затем поднял голову, встретившись с Ким глазами. Ему показалось, что цвета в них смешивались в движении, но, конечно же… это ему просто привиделось.
Он аккуратно поставил девушку на пол, пытаясь отдышаться. Ким все еще сжимала его плечи и тоже старалась восстановить дыхание.
— Эй! Меня слышно? У вас все нормально?
Фрейзер прислонил Ким к стене, догадываясь, что она тоже еле стоит на ногах, затем подошел к панели и нажал на кнопку.
— Все хорошо, - ответил он. – Спасибо, сейчас поедем.
Он поморщился, осознав, насколько хриплым был его голос.
Вновь нажав кнопку остановки, он повернулся к Ким. Она прикрыла рот рукой, до сих пор не веря, что все это произошло.
Фрейзер злобно усмехнулся, радуясь, что не один настолько ошарашен. Он жутко злился на себя за то, что вообще поцеловал ее. Пару минут назад это показалось ему неплохой идеей, он надеялся так скорее расположить ее к себе, однако, сам попался в свою же ловушку. Черт, да он вообще не мог припомнить, чтобы когда-нибудь страсть туманила ему голову настолько сильно. Он будто с цепи сорвался и знал, что, если бы не диспетчер, то он взял бы Кимберли прямо здесь. И, черт побери, это был бы лучший секс в его жизни. В этом он был уверен.