— Отравить хотели не его, а меня. Не спрашивай, почему – я сама еще не знаю, и до сих пор не нашла преступника. Но это он пытался меня отравить, и он же послал сегодняшних зомби. Некоторые, достаточно сильные, сирены могут поднимать мертвых из могил.
— Значит, тебя пытается убить какая-то сирена?
— Да. Я в тот день плохо себя чувствовала, поэтому не готовила. Специальный яд для терасов никак не вредит людям, поэтому на повара это никак не повлияло. Но блюдо с отравленной заправкой получил, к сожалению, не человек, а именно терас. С этого все началось.
Она не лгала. Кимберли не убивала его. Лицо Фрейзера оставалось спокойным, но с души почему-то будто камень упал. Теперь он точно знал, что она не заслуживала быть связанной. Она права, все началось с отравления. Если она не убивала Роя, то и история с родителями была не такой, какой она виделась по документам.
— Ты не убивала своих родных, верно?
— Нет, - тихо ответила Ким, и Фрейзер расслабился, не ощутив никаких признаков лжи.
— Что произошло?
— Не твое дело. – Она опустила голову и отвернулась. – Если ты можешь чувствовать правду, то знаешь, что я не солгала. Все остальное тебя не касается.
Она была права и Фрей видел, что она больше ничего не скажет. Вот почему она расплакалась. Он попытался припомнить, что именно сказал ей в переулке и в следующее мгновение сам ужаснулся от собственной жестокости. Да, он специально старался уколоть ее побольнее, но тогда еще не знал, что она не виновата. Она потеряла родителей, которых, очевидно, сильно любила, а он не только напомнил ей об этом, но и обвинил в их смерти.
Мужчина сжал зубы, понимая, что она и правда больше ничего ему не должна. Но… это означало, что теперь он должен ее отпустить. А этого ему делать почему-то не хотелось.
— Что случилось с сестрой?
Ким тяжело вздохнула, но все же ответила:
— Я почти уверена, что та же сирена спровоцировала аварию. Меня попытались отравить на следующий же день, поэтому Инанна сразу заподозрила что-то неладное.
— Она за этим поехала в Париж? Чтобы выяснить что-то об убийце?
— Откуда ты знаешь, где она? Ах да, ты же собирал информацию. В общем, да, ты прав.
— Но почему не полетела ты? Ведь ты же сестра Лейлы? Разве Инанне дадут информацию о жертве?
— Уже дали. Инанна не хотела, чтобы и я там светилась, поэтому поехала сама, учитывая, что ее дар может помочь разговорить любого.
— Ну конечно. Она ведь сирена. И что? Нашла что-нибудь?
— Нет. Она возвращается завтра. Мы решили сосредоточить поиски здесь.
— Что ж, я буду рад помочь.
Кимберли резко вскинула голову.
— Ты не ослышалась, - усмехнулся он мягко. – Я преследовал тебя, считая, что ты убила Роя. Теперь выяснилось, что убийца – кто-то другой. Но я все равно продолжу его искать.
— Ты меня не слушал? Этот убийца – не человек, Фрейзер! Ты не должен в это вмешиваться!
— Я уже.
Он наклонился и ловко отвязал ее руки, затем сел на корточки и принялся разминать хрупкие запястья, зная, что они не болят. Ему просто хотелось прикасаться к ней. Вся неприязнь исчезла, осталось лишь бешеное желание обладать ее телом. Его совершенно не смущал тот факт, что она не человек. Ну и что? Он встречал множество куда более отвратительных и бесчеловечных людей, а Кимберли… Кимберли была не такой. Теперь он мог рассмотреть все их прошлые встречи с иной стороны. Теперь он ясно видел, что у нее были не сообщники, а преданные друзья. Она была храброй и сильной характером, интересной в общении и… доброй.
Как же он не заметил этого раньше? Она ведь так быстро простила его назойливость. Он сменил гнев на милость на следующий день после обморока, и вместо того, чтобы продолжать вредничать, Ким приняла его и тоже старалась наладить отношения, не желая воевать.
Почему он был так слеп? Он всегда доверял себе, но не доверился собственному телу, которое захотело ее. Его член не вставал теперь даже на Сесилию, которую он поймал на измене, а Кимберли он вообще считал убийцей и все равно хотел ее.
В его груди разлилось нечто горячее, хищное… Чувство собственничества. Оно было ему ново, но он сразу его узнал и теперь принял с распростертыми объятиями. Он мягко удерживал руки Кимберли, ощущая, что в этот самый момент все расставлено по своим местам. Он также понимал, что ощущение этого пройдет, стоит им прервать физический контакт.
Он не хотел, не мог этого допустить… Он хотел ее в своих объятиях, в своем доме, в своей постели. Прямо сейчас.
Фрейзер подхватил ее за бедра, рывком сняв с кресла, и встал, удовлетворенно ощущая, как его ноша прижалась к нему всем телом. Кимберли от неожиданности схватилась за него руками и ногами.