Любовниц было шестеро, все мелкие по росту, щуплые, покладистые, худородные, как и жена, только неразговорчивые.
А Берта молчать не стала. С тех пор они с мужем жили отдельно, правда, моя молочная сестра раз в полгода проводила неделю-другую с мужем, в надежде, что он ей ребёночка сотворит, таковы уж были вбитые в неё предками представления о долге, но всё никак.
Она уже и смирилась. Но супружеский обет блюла.
Поэтому я так и удивилась её словам, даже о боли в висках забыла.
Смотрела пристально, будто только что со стороны сказали, что это Берта — крылатый демон Двуликого. Даже тогда удивилась бы меньше.
Моя наперсница-подруга присела на край кровати и принялась говорить, опустив голову. Долго, едва всхлипывая ближе к концу, но я поняла. Подсела рядом и обняла за плечи.
— Я живая, госпожа. Тёплое к тёплому. Я устала, госпожа. На одну ночь только бы вырваться, а там… Но если вы не пустите, не пойду.
Последнюю фразу Берта произнесла столь решительно, распрямилась, глаза засверкали, ну и впрямь, урождённая княгиня!
Словно я её отдать жизнь просила, о долге её вспомнила.
Я улыбнулась и была рада этой комичной, хотя по сути и не очень, ситуации. Никто не идеален, ведьме ли судить о чужой нравственности!
— Делай так, как задумала. Только не спрашивай разрешения, по моему мнению, так ни один мужчина не стоит того, чтобы отдать ему власть над собой, — вздохнула я, повторив то, о чём не раз говорила сама себе наедине, но на этот раз слова получились не очень убедительными.
Вспомнила нити в тумане, тянущиеся к рукам и ногам, и поднесла руку к шее, будто почудилось, что ноги-руки свободны, а шея ещё опутана ими.
Вот и Берта посмотрела так, будто я сказала, что замуж пойти не так уж плохо. И тут же засобиралась лекарку звать, а сама решительно заявила, что не покинет меня сегодня.
— Иди, — повторила я. — У меня служанка бургомистра побудет. До особого распоряжения.
Ждать его долго не пришлось, в таких случаях чиновники Тайных дел действуют быстро. Не успела Берта отлучиться, как затянутый в чёрный костюм, как в футляр гробовщика, посланник в присутствии бургомистра и его помощника передали мне послание с королевским гербом на сургуче.
В гостиной за закрытыми дверьми нас было четверо.
И я должна была просчитать вердикт следственной комиссии немедленно, дабы избежать кривотолков и инакомысленных трактовок. В комнате разило дорогими шипровыми духами, которыми уливался бургомистр и дешёвым одеколоном его помощника.
Я сломала сургуч и развернула письмо. Пробежала глазами по строкам и равнодушным тоном, хотя далось это непросто, произнесла, рассеянно глядя перед собой:
— Слава Богам, никакой чужой магии не было. Это всё всплеск моей силы, должно быть, переезд так меня взволновал. И более ничего.
2
Телеграмм было три.
Я так и не привык к этому новому изобретению людей для скорого сообщения между собой.
То ли дело раньше: гонец вёз письмо или приказ, а если в итоге ты получал дурные вести, то мог излить ярость на вестнике! А нынче: как прикажете истязать бумагу, в которой всего-то одна сухая строчка?
Строчек было три. Три телеграммы — три строчки.
«Дичь затравлена. Загонять предоставлю вам».
«Деньги перевёл в местное отделение банка. Через три дня вы можете их там получить. С покорностью ваш, СС»
Эти мои банкиры весьма нерасторопны, не то что их предок, державший деньги всегда наготове.
«Моя птичка грустит. Так мы не договаривались», — писал лорд Лаветт.
Ох, и это ещё я привёл послания в удобоваримый вид, в реальности же вместо точек предложения оканчивались странным словоблудием «тчк». Это тоже бесило неимоверно.
Первая телеграмма поступила от потомка Рикона, он выполнил то, что обещал, а я ещё не исполнил свою часть договора, даже не продвинулся. Вернуть имя опальному роду и сделать его таким знатным, чтобы ни одна шавка не тявкнула в его сторону — дело небыстрое. И частично оно зависело от Ниары Морихен.
Ведьма способна на многое, а королевская кузина на то, что неподвластно ведьме. Вместе же они гремучая смесь!
И, как назло, у меня не хватало свободных средств, чтобы навестить Ниару и утешить в её позорном положении. Например, подарить ей то, что она оценит: драгоценные камни. Но сейчас деве не до выбора драгоценностей.
Рикон позаботился о том, чтобы до королевской семьи дошли вести о произошедшем на днях с их родственницей. А я, взяв силы от Оливии, довершил главное — теперь все считают, что это Ниара чуть не убила своих спутников во время прогулки по лесу.